ВАЖНЫЕ АНОНСЫ
ВХОД РЕГИСТРАЦИЯ Забыл пароль

Страница 67 из 75«1265666768697475»
Модератор форума: Brook, Shollye 
Форум » Ролевая Elite Gamers Team » Игры » Происхождение (В процессе!)
Происхождение
Brook
Охотница
Дата: Вторник, 09.12.2014, 21:21 | Сообщение # 1
Assassin vs Tamplier
Группа: Аллергия на флуд
Сообщений: 8765
Статус: Offline

Награды: 155


Авторы:
Keayru S. Brook / Эрик Крипке и Ко / Ubisoft

Консультанты:
Всемирная паутина знаний

Фэндом:
«Supernatural» / «Assassins Creed»

Время:
9 сезон / Наши дни

Территория:
США, округ Колумбия, г. Вашингтон, и весь шар земной

Ситуация:


– Человечество…, – произнесла Она, расхаживая по темноте залы в воздушном одеянии, и в сердце её таилась обида и злое негодование, – сколько себя помнит, – обернулась к неизвестности времён, – всегда задавалось вопросами. – выдержала недовольную паузу, – Откуда они пришли? В чём… смысл их существования? – перечисляла Она словно с насмешкой, – …Кто-то был до них? Тогда куда они ушли? – передразнила едко.

– Историки. – обозначила Она с презрением, – Главные хранители знаний. Они вели свои летописи с незапамятных времён. – встала перед серой, испещрённой трещинами стеной, возведённой словно стела памяти, – Наскальные рисунки, реликвии, – оглядывала и перевела взгляд на старый пыльный стеллаж, едва виднеющийся в темноте, – свитки и книги. Ни одного ответа, только вопросы и подозрения. – отвернулась, вильнув полами одежд и пышным головным убором, что ореол описывал её лик.

– Но что, если Сила, создавшая их…, – пошла выхаживать по полу неслышно и плавно, – ни такая, как они себе её представляют? Возможно ли, что их Создатель… или Создатели… оставили им эти Знания – в них самих? Что если избранные из них хранят эти Знания?... – подняла взгляд к проступившему ночному небу с тоской и болью.

– …Но послание оставлено _было_. – изрекла с нажимом и затем гордо воспряла, – Но эти глупцы…! Они не были способны принять дары Создателей и использовать их мудро! – мотнула головой и взгляд её нечеловечески прекрасных и таких строгих глаз забегал в поисках справедливости, – Они всё только рушили и погибли сами! Обратили дары в оружие, против Силы, что создала их… Они не достойны этих Знаний и… Даров, что им были даны – они не достойны!

– Посмотрим, что изменилось за эти тысячелетия… – с вызовом обернулась Она к своей милосердной собеседнице, что с досадой наблюдала за муками своей «сестры».
 
Brook
Охотница
Дата: Суббота, 05.09.2015, 10:04 | Сообщение # 991
Assassin vs Tamplier
Группа: Аллергия на флуд
Сообщений: 8765
Статус: Offline

Награды: 155
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, ИЕРУСАЛИМ

оцепленные погоней улицы города>

(ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР)



Назир (Джулиан) – Мира Наир (Кьяра)

Дамир Аль-Асир (Даниэль)

Травля тамплиеров по городу длилась до поздней ночи. Он понимал, что крысы креста разбежались по углам, и среди ночи страже их не переловить, как бы они ни знали город и его окраины. Каменные коробки домишек, поместья под стать дворцам, разрушенные деревянные постройки, узкие переулки, проломы в каменных изгородях, дворики с лавками за узорчатой решеткой, кабинки веранд на крышах... Любой ассасин найдет место для укрытия, и найдет того, кто рассудил также, но ассасин Назир оставил поиски на совести и утренний отчет стражам. Он решил, что будет полезней и проще выпытать у пленников места и явки, или в крайнем случае попытаться выманить на них их товарищей, если жизнь арестованных сколько-нибудь важна для них.

Назначение помощником начальника городской стражи по пути до дома к поминкам о Гарсиве стало для Назира большой неожиданностью. Он считал, что время еще не подошло... В иных обстоятельствах Назир был бы безмерно рад этому повышению, но душа араба болела и скорбила.



Джулиан воспользовался этим, чтобы уводить ассасина от своих товарищей:
– Они все же не сброд с улиц, справятся. – подбадривал своего сожителя по телу, хотя сам надеялся на обратное и опасался, а должен ли он вообще вмешиваться в это?



Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
– Рада видеть тебя, Назир, – улыбнулась, увидев знакомое лицо, и выдохнула с облегчением, отвечая тем же привычным жестом.

– И я, Мира. – кивнул, воодушевлённый встречей, – Не думал, что судьба даст нам ещё одну встречу!

Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
– Де Сабле сбежал? – еще раз глянула вокруг, но ни следа Змея видно не было.

– Эта Змея, кажется, нашла лазейку… – досадно и с гневом выплюнул Назир, – Но мы достанем его, даже из Преисподней!

Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
– Я пыталась достать его… – с досадой поджала губы.

– Не печалься. Клинок ассасина однажды пронзит его плоть! – обещал ассасин.

Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
– Но другие люди, которые были с тамплиерами, не сделали ничего дурного, – пыталась вступиться за знахарок, невольно ввязавшихся в чужую войну. Да и Эшли с Адэвале не были врагами Братства, хоть и оказались на стороне врага.

– Это не важно! – отрёк этиу оговорку разгорячённый солдат, – Если они могут изловить это зло, мы используем их. – был решителен, встал с колен на ноги и протянул руку женщине, поднимая с пыли и её, – Я рад, что смерть отвернулась от тебя, и ты уцелела. – благославил её за удачливость

Первый попавшийся страж уступил Назиру своего коня. Он вскочил в седло первым, не из грубости, а из убеждения, что она вполне стоит на ногах и в состоянии взобраться в седло. Лишь протянул ей руку, чтобы та подтянула на седло за его спиной. Потеснился, чтобы старая знакомая разместилась. Женатого мужчину не смущала близость с женщиной. Она в первую очередь ассасин, товарищ, свой парень.
– Альтаир и братья Аль-Саиф сейчас в городе. – сообщил ей через плечо, – Ты ведь помнишь их? – обращался к совместному прошлому. – Они сделают всё возможное.

Когда оба нашли свои места на седле, Назир с правильной посадкой и выражением лица начальника поддал под конские бога. Конь фыркнул и потрусил со двора по улице. Он направлялся в сторону городского центра.

– Начальник! Де Сабле ушёл, но мы схватили нескольких! Его лейтенанта и нескольких пособников. – рапортовал пыльный взмыленный страж.

Тогда Назир придержал коня и решил направиться в сторону Башни, чтобы дать распоряжения и лично проконтролировать допрос арестованных.

Виляя по улицам со строгим криком "Ха! Дорогу!" ассасин в латах разгонял редеющий под сумерки люд. Ему пришлось придержать коня, когда проезжал мимо безобразно развернутой и опрокинутой телеги, он приметил дворянина, маневрируя между стеной, бортом телеги и отвалившимся колесом на пути. Припозднившийся муж не вызвал у него подозрений, мало ли какие дела задержали его, но это если бы тот не обернулся...

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль)" ()
Пружинистой походкой вышел из комнаты, покинув дом дяди. В городе царило странное оживление, не характерное для этого времени суток совсем и это настораживало. Он не спеша шел по улицам, прислушиваясь к разговорам, увидел повозку, что перегородила центральную улочку, разбросав товар, вокруг валялись какие то обломки. Увидел стражу, что бежала по улицам, отошел в сторону, чуть нахмурясь. Что-то произошло в городе и это могло угрожать его родным. Он развернулся к дому, рванувшись предупредить, как вдруг…

– Шайтанов потрах! – выругался грязно высокопоставленный страж, дернул поводья, – Предатель! Взять его!! – и направил саблей отряд за собой в сторону своей цели.

Отряд пеших стражей потоком обогнул круп начальничьего коня.

– Упустите – ответите головой!! – грозил Назир.

Он был возмущен до глубины души! Судья из Акры! Имел дерзости и бестыдства явиться в Иерусалим! Под самый нос сарацин! Шакала нужно было изловить любой ценой! С тем, что де Сабле тоже здесь, говорило опытному ассасину, что врагом замышляется что-то важное! Конечно, ассасин Назир о подноготной этого достопочтенного молодого господина. А Назир как помощник начальника стражи иерусалимской мог только сослаться на сведенья от Братства Ассасинов, которые в последнее время оказывали несколько услуг Салах ад-Дину в борьбе с неверными захватчиками. И тем не менее, это знание было им полезно.

Стража с лязгом лат и топотом десятка сапог посыпались по улице следом за опальным господином.

Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
Индианка последовала за братом-ассасином по улицам города, удивляясь размаху устроенной им облавы. Мрачную крепость, стоявшую в отдалении ото всех прочих строений, она узнала сразу. Мира знала, что там располагается тюрьма, но бывать внутри ей еще не доводилось. Да и не получилось бы, если бы Назир на правах стражника не провел ее с собой.

Они подъехали к тюремной Башне с высокими оборонительными стенами. Эта Башня служила и тюрьмой и тайно опорной базой для лучших воинов Правителя, ибо в этой тюрьме содержались не простые заключённые, а политические – важные для королевства, потому и стража здесь была не рядовая. Раньше для Назира дорога сюда была закрыта, но с получением печати о назначении на начальничий пост, пусть если и временно, то теперь двери Башни были для него открыты.

Он прошёл через постовой пункт у ворот по мосту через ров, провёл через двор и в главную офицерскую башню с казармами. Здесь было темно, сыро, пахло воском и гарью от свечей и факелов, солдатский пот и спёртый сырой запах.


Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
– Кого-то удалось захватить? – тихо поинтересовалась она, изучая внутренние помещения, через которые они проходили.

– Двух мужчин и одну женщину. (Кармелит, Якоб, Аяла) – отозвался Назир на её вопрос, лязгая доспехами в тяжёлом подъеме по ступенькам винтовой лестницы, – Среди них лейтенант де Сабле, их священник и падшая женщина, которая отдалась им. – не скрывал, что доволен уловом, – Боль и страх развяжут им языки. – заявил Назир о своём намерении, – Особенно женщина и священник. – выбрал сразу первых, – Пусть мысль стать «мучениками» в их вере утешает их. – говорил с гордо поднятой головой, не выражая к людям Креста жалости, что отняли у него семью – отца, потом брата, а жива ли матушка?…

Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
Один из залов был отведен под тренировочную площадку. Женщина замедлила шаг, наблюдая за учебными битвами стражников. Она вовремя остановилась – чьи-то дротики просвистели перед ее лицом и вонзились в стену.

Назир как ученик в Братстве ассасинов испытал приятное чувство ностальгии. Когда-то давно он тренировался подобно этим ловцам и охотникам за головами.

Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
– Неплохая у вас тут подготовка, – отметила она. Рядом с ее ногой послышалось шипение, и ассасин рефлекторно отступила назад. – Она так всех гостей встречает? – кивнула на выползшую змею, обходя ее стороной.

– Как в старые добрые времена. Помнишь, Мира? – обратился к ней с приятной грустью, – Иногда я скучаю по тем временам. И в тоже время вспоминаю их, как самые тяжёлые. Но тогда…, я знал покой и не ведал тревог.

Провёл её в комнату секретариата. Сейчас там никого не было.
– Уже несколько лет я служу и сарацинам и Братству. Это не просто. – снял шлем и положил на стол, провёл руками по мокрым волосам.

Взял кувшин за витую ручку, два кубка, и, выплеснув из них остатки в сторону на пол, наполнил оба водой:
– Но меня вдохновляет мысль, – заговорил вдруг, – что дело это правое – против неверных псов, что разоряют наши земли и души. – протянул ей один из кубков, – Я слышал, ты оставила путь ассасина, чтобы вернуться к мужу? – в голосе его было подобие зависти и в тоже время радости за сестру, отпил, – Ранение? Или… Вы молите Всевышнего о даре дитя? – вопрос с отцовской улыбкой из вежливости.

Он понимал, что если она здесь, то вряд ли стала матерью…, но как знать. Дело, было давним…, когда-то, когда он был очень юн и встретил Миру в тренировочном лагере… Нет, не стоит ворошить прошлое.

– Я рад, что ты нашла себе мужчину. – выразил свои вежливые поздравления, – И наверняка, он достойнейший из достойных? – решил посмущать сестру.

– Меня тоже Всевышний наградил. – не остался сам в долгу, – Красавицей женой, сыном и дочерью. – похвалился мужчина, скучающий по дому и домашнему очагу, – Я так мало бываю с ним… – вздохнул, но понимал реальность и свой долг, улыбнулся.

– В прочем, оставим эти разговоры на потом. – кивнул, признавая, что сейчас не время, – Я собираюсь заняться допросом арестованных. – заявил о своих планах на этот час, – И буду рад твоему участию. Эти шакалы хотели тебе страшной смерти. – смерил её в знак, что видел костёр и чует от неё запах масла, что придавал ей фарфоровый землянистый вид, – Эти их «костры ощищения»… – фыркнул с презрением и шагнул к ней, по-братски положил ладони ей на плечи, – Я понимаю твой страх и твой гнев. Вижу его в твоих глазах. – глядя прямо в её изумрудные большие глаза своими ореховыми.

– Используй эти чувства во блага дела. – подбадривал и не осуждал её за слабости перед смертью, ибо сам страшился её, зная, что теряет…, – Отплати им за их зло. – кивнул с призывом, – У тебя будет возможность. Идём. – отступил и пригласил за собой в коридор.

Он направлялся по внутренним коридорам в сторону башни с камерами, где были заперты пособники Ордена неверных.

Продолжение следует…


Ролевая [Elite Gamers Team]

 
Ангел-Я
Охотница
Дата: Суббота, 05.09.2015, 11:17 | Сообщение # 992
Ангел
Группа: EliteGamer
Сообщений: 2846
Статус: Offline

Награды: 71
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим, дом Багира>

(Вечер)




Валенсия Алонсо (Амора) - Дамир (Даниэль Джексон)

Багир - Адила (Адель) - Алина (Терра) - Джек - Ясмин (Ессения)


Цитата Mia111 Дамир ()
- Прости, покину Вас я не надолго, проверить стоит мне готовность к отплытию, - поцеловал он Ленси, - я скоро, - не стал он волновать ее, - вернуться обещаю поскорее, - коснулся щечки, - не грусти, - проверил хлыст, что починили днем к радости его. Испробовав, остался он доволен, сейчас провел он по нему как по - родному, выходя из комнаты


- Так вечер уже на земли спустился, не ждёт ли это до рассвета? – Валенсия начала волноваться. Дамир только вернулся, и опять уходил. Она опустила голову, смахнув со щеки не прошеную слезу, кивнула, - хорошо, иди, и будь осторожен! – поцеловала его, обняла и проводила взглядом, когда он выходил из комнаты.

Подошла к люльке, разглядывая спящего и сопящего малыша. Улыбнулась. И тяжело вздохнула, чувствуя что-то недоброе должно произойти.





Изабелла


Цитата Mia111 Багир ()
достал чернилы и перо, черканув пару строк с просьбой о помощи, отправив слугу в богатый и знатный дом вперед


Она получила небольшой свиток, развернула его, читая строки.

Взяв бумагу и макнув кончиком пера в чернильницу, Изабелла написала ответ, велев слуге передать письмо его Господину.

Сама же она отдала приказ страже собираться и подготовить лошадей.

Оделась, и вскоре выехала из-под сени дома верхом на своем жеребце, чтобы лично встретить повозку из дома Багира. За ней ехала её стража.

Она уже слышала о том, что случилось в городе. И печалило её то, что произошло с монахом, который не успел покинуть её дом, как попал в тюрьму. Женщину это очень расстраивало.




Как и предчувствовала Валенсия, что-то серьезное случилось. Дамир так и не вернулся, зато пришел его дядя, сообщив, что им нужно собраться и уехать. Сердце кровью обливалось. Молилась, чтобы с её любимым ничего не произошло.

К Ленси пришла Алина, помогая собраться ей и собрать сына
.

Валенсия и Алина скрылись под паранджой, а Адила и Ясмин переоделись в мужские одежды. На головы накрутили чалмы, скрывая тканью и лица. Джек тоже скрыл своё лицо.



Адила (Адель)


Адила, точнее это была Адель, попросила еще господина Багира дать им какое-нибудь колюще-режущее оружие на случай непредвиденных неприятностей.

- Благодарим Вас за всё да хранит всех нас Аллах, - прощаясь, сказала Адель и поцеловала Багира в щеку.

Вставив ногу в стремя, она уселась в седле. Переживала за Даниэля и Дамира, но надеялась, что с ними всё в порядке.



Алина (Терра)


Алина помогла своей Госпоже усесться в повозку, передала ей на руки её сына, и забралась сама, присев рядом с Валенсией.



Джек


Джек проверил девушек, как они разместились в повозке, и запрыгнул в седло, чтобы ехать рядом с повозкой.



Ясмин (Ессения)


Цитата Mia111 Багир ()
прошел чуть в коридор, перехватывая Ясмин: - Береги себя! Мы свидимся еще коль на то воля Аллаха будет, - склонился к ее устам, оставляя страстный поцелуй


Ясмин ответила на поцелуй, впиваясь в его губы, сжимая пальцы на его плечах, скользя ими вверх, крепко обнимая за шею, - Мы обязаны еще увидеться, - провела пальчиками по его щеке и поцеловала вновь, - береги себя и свою семью, - и она вышла на улицу, усаживаясь верхом на коня.

И они выехали в ночь, покидая дом Багира.

Адель ехала впереди повозки, а Ясмин и Джек по бокам от повозки.



Госпожа Изабелла


Вскоре повозку окружила стража. Джек сжал пальцы на сабле, готовый защищать женщин.

К повозке, на белом жеребце, подъехала статная женщина. Она чуть спустила ткань, открывая своё лицо, - Моё имя Изабелла. Господин Багир ибн аль-Асир написал мне о вас. Я сопровожу вас в безопасное место. Езжайте за мной, - она вновь прикрыла лицо шалью и поехала вперед.

Кортеж двинулся следом за ней.

Изабелла сопроводила их в один из своих домов. Возвращаться в дом, из которого она выехала, было рискованно. Мало ли кто видел, что утром её дом покидал священник, который сейчас был арестован. Поэтому гостей из европы Изабелла привезла в другой свой дом.

- Комнаты для вас уже готовы. Располагайтесь, - гостеприимно предложила Изабелла.

Засуетились слуги, помогая гостям спешиться и выбраться из повозки.

Гостей проводили в их комнаты, вскоре принесли ужин и тазики с водой и полотенца для вечерних омовений.


 
Strangerous
Охотник
Дата: Понедельник, 07.09.2015, 14:40 | Сообщение # 993
Принц Тьмы
Группа: EliteGamer
Сообщений: 2154
Статус: Offline

Награды: 19
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, ИЕРУСАЛИМ

оцепленные погоней улицы города>

(ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР - НОЧЬ)



Аяла (Эггси)


Лошадь упрямилась, чувствуя совсем не хозяйские руки. Животное фыркало и недовольно топталось на месте, не желая скакать ровным галопом.

- Ну же, дружочек... давай.... не подводи меня... - взмолилась шепотом Аяла на подергивающееся ушко скакуна, поглаживая по крупу и стараясь заставить его двигаться дальше. Но когда животное сдвинулось, наконец, с мертвой точки, на пути возникло новое препятствие: какой-то весьма неловкий мальчика, должно быть подмастерье, рассыпал все свои поделки из телеги прямо на дорогу, перегораживая путь.

- Вот же невезенье... - вздохнула обреченно Аяла, замешкавшись и совсем не замечая, как сверху, по крышам, за ней крадется чья-то тень.

Цитата Brook ()
Обогнув беседку на крыше с оранжерей, Якоб подкрался к краю и, примеряясь, немного замешкался, да таки спрыгнул прямо на седло, ухнув тяжело за спину девушки. Лошадь дёрнулась, осев в ногах, а девушке Англичанин зажал рот рукой и:
– Хья!! – сорвал коня с места, пришпорив.


Девушка даже ахнуть не успела. Лошадь, ощутив дополнительную тяжесть, тут же сорвалась с места, да так, что Аяле пришлось схватиться за гриву животного чтобы не вывалиться из седла. От ужаса, сердце девушки ухнуло куда-то в живот. Ей не хватало воздуха. Рука, зажимающая ей рот, явно была мужской. Аяла попыталась отстраниться от напавшего и убрать от себя его руку, но лошадь скакала так быстро, перепрыгивая через препятствия, что вместо того, чтобы скинуть незнакомца, девушка только теснее припала к его груди спиной.

*О, Боже Всемилостивый... Убереги...* - мысленно обратилась к Всевышнему, чтобы он даровал ей легкую смерть. Когда лошадь замедлила ход, Аяла зажмурилась, понимая, что сейчас ее либо просто сбросят, как лишний груз, либо пырнут ножом куда-нибудь в бок.

Цитата Brook ()
Он был так раздражён, что даже не знал, какие слова подобрать в упрёк девушке. Отпустил повод, взял девушку под талию и без церемоний, хотя и не позволяя себе грубости, ссадил её с седла на пол.


Но, на удивление девушки, ее просто ссадили с животного, твердо ставя ногами на землю. Такой аккуратности от разбойника Аяла не ждала. Подняв свой взгляд на напавшего, Аяла ахнула и прикрыла рот ладошкой в осознании того, какую глупость она совершила.

*Так это была Его лошадь...* - подумала девушка, ощущая бесконечную тяжесть вины, опадающую ей на плечи. - *Могла бы и сама догадаться по тяжелому мечу, который еле стащила с седла... Какая же я дура...* - корила она сама себя, виновато поджимая губы.

Цитата Brook ()
– Так ты ответила мне на мою благосклонность, …Блаженная? – кивнул Тамплиер, указывая кивком на лошадь – на её бесстыдный поступок, оставивший его без коня в трудную минуту, – Похоже, ни так ты беспомощна, как я считал. – был грубоватый комплиемент, – Я заблуждался. – признал, не скрывал упрёка, поджимая сдержанно губы.

Цитата Brook ()
Терпеливо вздохнул Тамплиер, достал из-за пояса найденный кулончик и…, перекрестясь в раскаяние перед своим Господом над его головой, куда и глянул бирюзой покрасневших глаз, да на пальцах протянул девушке:
– …Этого на первое время тебе хватит. – отдал ей крестик с кристалликом и её платок, который сейчас ему заменял длинно спущенный хвост ткани от тюрбана, который он заткнул под виском, – Глупая. …Я предлагал тебе убежище и дом. – выразил глубокое разочарование.

Цитата Brook ()
Не дожидаясь каких-либо извинений, Капитан натянул поводья и размашисто развернул лошадь на другой путь, чтобы вернутся на шумные улицы и там слиться с толпой. Конь махнул задом, переступая звонкими копытами по мощённой камнями дороге, махнул хвостом, отодвигая девушку.
– Доброго пути. – пожелал ей с досадой и припустил лошадь тяжёлой рысью, оставляя девушку за своей спиной.


Глядя в след воину, быстро растворявшемуся в ночных сумерках, Аяла ощущала себя ужасно беспомощной, одинокой и... пожизненно виноватой. В одной ладони она сжимала такой дорогой ее сердцу золотой крестик, который Якоб вернул ей, пусть и не до конца понимая, в каком неоплатном долгу теперь она перед ним за эту услугу. В другой - деревянные четки, которые несомненно принадлежали этому светлоглазому воину, и которые Аяла так и не успела отдать законному хозяину.

На глаза навернулись слезы.
- Прости меня... Якоб... - прошептала девушка в темноту, утирая кулачком влажные щеки. Если бы она только знала, что эта лошадь принадлежит ему, если бы только догадалась... Но сделанного не воротишь. Каждое его слово было справедливым, и Аяла заслужила его немилость.

- Как бы я хотела, чтобы наше знакомство было другим... - тяжело вздохнув, девушка с грустью повязала возвращенный платок на пояс и огляделась. Темный проулок, в котором она оказалась, был ей не знаком. Не зная куда идти, Аяла решила сперва выйти на более освещенные улицы.

Едва она вышла на свет, как раздался грубый окрик одного из городской стражи:
- Хватайте ее! Я видел, она была с ним... с лейтенантом де Сабле!

- Что? - недоуменно хлопая глазами, Аяла, смотрела на толпу стражников, что неслась в ее сторону. Де Сабле... Это имя было ей откуда-то знакомо. Кажется, Гарсив в своих беседах с другими тамплиерами упоминал этого человека. Но Аяла была мало посвящена в дела мужа, как он утверждал, для ее же собственного блага.

- Подождите, здесь какая-то ошибка... Я не понимаю, о чем... - но договорить ей не дали, удар ладони наотмашь уронил хрупкую девушку на землю. Во рту появился противный медный привкус, щеку саднило. Двое мужчин грубо подхватили ее под локти и поставили не ноги.

- Заткнись, шлюха! Ты ответишь перед Аллахом за свои деяния! Да выжгет он твое порочное лоно, за то что отдалась ты врагу своего народа и душой и телом! - просвистело над головой девушки, подобно удару хлыста. Спорить с толпой вооруженных стражников Аяла посчитала крайне неразумным. Даже при большом желании ей было с ними не справиться, хотя в душе девушка была крайне оскорблена такими несправедливыми обвинениями.

*Так значит Якоб - тамплиер... И асассины знают, что он в городе... Ох, Господи, как же меня угораздило попасть в такие неприятности...* - покосившись на стражника, который ее ударил, Аяла пообещала себе, если представиться возможность, выцарапать ему глаза, ибо будет проклят тот мужчина, что поднял руку на женщину. - *У каждого здесь свой враг...*

Ночной город быстро остался позади. Сторожевая башня возвышалась над Иерусалимом подобно молчаливому стражу. Мрачному и опасному, там асассины вершили свой священный суд. Аялу протащили по затхлым и темным коридорам, которые она даже не успела разглядеть, потому что почти сразу кубарем прокатилась в свою камеру, устланную тонким слоем сырой соломы. Решетка двери за спиной захлопнулась с оглушительным лязгом, оставляя девушку в кромешной мгле, наедине с крысами и со своими собственными страхами.

Дневному свету путь сюда был закрыт, а бледного пламени факела было явно не достаточно для такого большого помещения. Первое время Аяла наугад шарила руками по стенам, пока глаза не привыкли к тусклому освещению. Камера представляла собой коробку из каменных стен, за исключением лицевой стороны, где была дверь. От пола и до потолка там высилась толстая решётка.

Должно быть, это временные камеры, подумала Аяла, решив, что здесь долго не держат. Вероятнее всего у темницы несколько этажей и каждый рассчитан на определённых преступников и определённые условия для их "комфортного" проживания. Когда глаза стали различать очертания коридора, Аяла тихо и опасливо подползла к решётке, пытаясь определить свои скудные шансы на побег. Никогда в жизни девушка и подумать не могла, что окажется в подобном месте. Впрочем, в последние несколько дней, её жизнь весьма отличалась от ожиданий.

Тишину этого мрачного места нарушал только тихий писк крыс и размеренный стук воды где-то дальше по коридору. Большинство камер, которые смогла разглядеть Аяла, были пусты. Но, в камере прямо напротив кто-то зашевелился. Девушка даже не сразу рассмотрела в тёмном клубке ткани человека. Выглядел он неважно, хоть Аяла и не могла толком разглядеть его лицо, она как-будто бы чувствовала, как плохо этому человеку. Хотя, кому может быть хорошо в темнице? Но, какого же было удивление Аялы, когда она узнала наряд этого человека. Это был священник. В душе у девушки все перевернулось. Она даже представить не могла, за что в темницу бросили служителя церкви. Схватившись за решётку руками, Аяла подползла ещё ближе, что бы получше разглядеть заключённого.

- С вами все в порядке? – шёпотом окликнула девушка священника. – Вы… вы же… монах, да? – неловко вопросила Аяла, сама не зная почему вдруг решила завести разговор. Должно быть из за того, что у неё в голове не укладывалось, как служитель церкви может оказаться в таком страшном и тёмном месте, ну и чтобы было не так одиноко и страшно.


Ангел Кармелит (Дантей)

Ангел рывком пришел в себя, закашлявшись от приступа едкой боли, изнутри все рвало и саднило, он приоткрыл глаза и понял что вокруг ничего не видит. Зажмурился и вновь открыл глаза, но ничего не изменилось. Липкая паника поползала по телу прошмыгнув в душу. *На все воля Господа* - прошептал про себя, все еще лежа на полу, выталкивая тяжело воздух из легких с усилием, вспоминая как дышать. Сделал несколько глубоких вдохов, что отозвались эхом во всем организме болью. Закашлялся вновь, хватаясь за грудь, стискивая, будто пытаясь что-то вытащить оттуда, сплевывая вязкое изо рта, ощутив солоноватый привкус крови. Осторожно вытер губы на ощупь, стараясь дышать неглубоко и осторожно. С трудом слабо пошевелился, пытаясь принять сидячее положение. Сил почти не было, а тело стало непослушным и неродным. Слабые шорохи стали его миром, он понял где находится по влажности и холодным стенам, припоминая с трудом последние события, откинул голову чуть назад, прислонившись спиной к стене из последних сил. Он не знал, что будет дальше, надеялся лишь, что те, другие спаслись. Раздался едва слышный шорох, а затем женский голос. Он машинально повернул голову на его источник, слыша легкий арабский акцент. Это было странно. Ангел чуть подполз к решетке, насколько хватило сил: - Почти, - ответил девушке, не вдаваясь в детали, не желая ее пугать, - монах с горы Кармель, - прошептал, прикрыв на миг глаза, - а вы? Как вы оказались здесь? - спросил шепотом чуть поморщившись, вновь прикрывая глаза.
(с) Mia



Аяла (Эггси)

- А я... Просто девушка.... - ответила с небольшой паузой Аяла. Рядом был служитель церкви, и это приносило некое успокоение. Девушка не привыкла сомневаться в тех, кто служит Господу. С большей охотой она верила, что монах оказался здесь из-за недобросовестных или бесчестных стражников, а может, просто по ошибке.
- Я... Сама не знаю, как сюда попала... Если честно, - несколько смущённо ответила Аяла священнику, решив умолчать об истиной причине своего сюда попадания. - Хотя... Вообще-то мне есть о чем раскаиваться, но вряд ли здешние стражники знают о моих бедах, а причины по которой я здесь, мне никто не называл... - вздохнула. - А вы...? За что вы сюда угодили? Я уверена... Это какая-то ошибка... - решила немного приободрить священника, внимательно вглядываясь в сумрак его камеры, чтобы попытаться разглядеть лицо собеседника.


Ангел Кармелит (Дантей)

Ее ответы были сбивчивыми, но монах не настаивал. - Помочь хотел, - ответил смиренно на вопрос ее, - да и Веры моей достаточно по их мнению для заточения. То воля Господа, я не робчу, - склонил он голову, - в твоих словах так много боли... - замолчал на миг, чуть повернул голову в ее сторону, - расскажешь мне, дитя? - вопрошал, - ты многое должно быть перенесла, коль есть раскаиваться в чем.
(с) Mia



Аяла (Эггси)

Аяла вздохнула и стыдливо опустила взгляд в пол. Она хотела чтобы её голос звучал ободряюще, а не тоскливо. Но... По правде говоря, ей очень хотелось кому-нибудь выговориться. Рассказать о том, что на душе накипело. И священник был самым подходящим кандидатом. Кроме того, он сам попросил её об исповеди.

*Как же, должно быть, он добр... * - с теплотой подумала девушка, понимая, что черствый человек, находясь в темнице меньше всего заботился бы о чужих страданиях.- У меня был муж... - начала Аяла негромко. - Мы жили счастливо, не знали бед и горестей... Но, несколько дней назад что-то случилось со мной... Повинуясь чьей-то чужой воле, я сбежала из дома, хотя не хотела этого... - поджав губы, Аяла ощутила, как слёзы подступают к глазам. - И мой муж, желая возвратить меня домой, был убит... Собственным братом... - чуть всхлипнув, Аяла утерла щёки. - Это все из-за меня... Я... Я так виновата... - закрыв лицо ладонями, девушка ненадолго замолчала, стараясь справится с рыданиями, что разрывали грудь. - Я лишилась дома... Семьи... Всего, что у меня было.. А потом... Потом я встретила человека... Светловолосого, чужестранца... С ясными глазами цвета морской воды... Он был добр ко мне... Предлагал мне пищу и кров, но я не могла принять такой щедрый дар от незнакомца... И... Я опять сбежала... Украла его лошадь... - Аяла тяжело вздохнула, признавая свою вину перед священником.

- Точнее... Я не знала, чья это была лошадь... Оказалось, его... Я была в таком отчаянии, не знала, что делать... Но... Все равно не должна была... Я не должна была воровать и... Мне так жаль... Я бы очень хотела перед ним извиниться... Да не знаю, представится ли теперь такой шанс... У меня осталась вещь, которую я хотела бы ему вернуть... - проговорила девушка, доставая из кармана деревянные чётки и принимаясь перебирать их тонкими пальчиками. - Скажите мне... Святой отец... Могу ли я надеяться на прощение после всего того, что натворила? - вопросила тихо Аяла, поднимая взгляд на монаха.


Ангел Кармелит (Дантей)

Ангел слушал молча ее исповедь, позволяя ее словам течь так как ей было удобно, боясь спугнуть. В любой исповеди главное раскаяние и готовность поделиться. - Дитя мое, твоя история печальна без сомнений, однако не бери так много груза на плечи хрупкие свои . Есть вещи на которые мы не в силах повлиять, то не наша участь и стезя. Мы - люди и этого довольно для ошибок наших. Твой муж теперь предстал пред ликом Господа, такова его Судьба и решение Всевышнего. Не вини себя за то что братья не смогли поладить меж собой. Господь все видит, Он может заглянуть в твое сердце и прочитать там все что потребуется, пред ним мы как на ладони. Сдается мне спор братьев не только из-за тебя, иначе они могли дело миром завершить, обойдясь без крови лютой и кончины одного из них. Ты не можешь нести ответ за их поступки. Не твоя рука клинок держала. Как грустно, что родные люди не могут мира меж собой найти, забыв про Господа, испросив прощения друг у друга, - вздохнул тяжело, -однако, если муж твой умер на твоих руках подле брата в сомнении я что не оставил он последней воли. Быть может прощение твое и искупление в принятие ее и выполнении, - повернул голову в ее сторону, - не думала об этом? А тот мужчина - чужестранец был добр, как велит Господь, вот только ты уверена что это не искушение? Чего стыдишься ты того что украла что-то вольно иль невольного аль искушения в час скорби? Ответь сама себе, - едва улыбнулся, - прощение - высшее благо, что дано нам Господом, в делах твоих не было злого умысла, милость Отца границ не знает, пока еще течет в теле кровь, пока бьется сердце, пока милосердие Господне пребывает с нами, надо исповедать нераскаянные грехи, тогда Господь облегчает эту душу от греховной тяжести. Он прощает грехи, а потом дает Свою благодатную силу на борьбу со страстями, но помни - предостерег вдруг, - новым грехом ты оскорбишь, обидишь Простившего тебе тяжкие, смертные грехи и не греши против Него и против ближнего, когда поймешь ты и примешь это в душе наступит мир, тишина и покой. Ты преступила чeрез свою гордыню, исповедовавшись и покаявшись в делах своих. Это хорошее начало, возможно вы свидитесь еще с тем господином, раз воля Господа на то, - он слышал как она перебирает что-то, - вещь должна найти хозяина своего, возможно это символ и залог грядущего. Господь не оставит нас, верь в него даже тогда, когда кажется что нет Надежды и мир рассыпается на куски у тебя перед глазами, ему под силу многое, - улыбнулся невольно.
(с) Mia



Аяла (Эггси)

Аяла внимательно слушала священника, ловила каждое его слово, чувствуя, как на душе становится гораздо легче. Аяла была не так хорошо знакома с верой христиан, но очень старалась, потому что выйдя замуж поклялась чтить веру мужа. Господь милостив и всепрощающь... Это она помнила наверняка. И хотя не переставала себя корить, в тайне все же надеялась на отпущение грехов. Когда же священник заговорил о Якобе, при слове "искушение" щёки девушки вспыхнули. Она почувствовала себя крайне неловко, хотя ни одна её мысль не была направлена на рыцаря, как на мужчину, скорее как на защитника... Покровителя... Не более, однако же, теперь, когда священник сам заговорил об этом, Аяла задумалась. Возможно ли, что Якоб вызывает у неё какие-нибудь "грешные" мысли? Нет! Исключено! Встряхнув головой, Аяла вновь обратила свой взгляд на служителя церкви.- Большое спасибо... Святой отец... Я.. Я даже не знаю, как вас благодарить... Могу ли я узнать имя того, кто был так милостив ко мне и облегчил мои страдания? - вопросила Аяла робко, надеясь, что если они выберуться отсюда живыми, она обязательно испечет священнику свежего сладкого хлеба, чтобы отблагодарить.


Ангел Кармелит (Дантей)

- Не стоит благодарности, дитя, - улыбнулся ей, - мне жаль что встретились мы в месте этом, - вздохнул сокрушенно, зная что вряд ли их ждет что-то хорошее в этих стенах, но Вера давала силы ему. Он не боялся смерти, поскольку был открыт пред Господом всегда. Та ночь в чужом доме, ему следовало испросить прощения за нее, использовать последние минуты пред неизбежным. - Не стоит благодарности за раскаяние свое, - улыбнулся, - был бы рад сделать намного больше, - вздохнул, - надеюсь на сердце твоем полегчало. Пройдет время и ты смиришься с утратой своей, подумай над последними минутами его в дань уважения к почившему. Я отпевал не так давно мужчину, что похоронен был по вере чуждой, решил исправить этот недочет, чтоб душа его нашла свой приют в небесных чертогах, - прикрыл глаза, - имя мое? Господь одобрил имя Ангел для меня, Ангел Кармелит, пришел я поклонится местам святым и не жалею об этом, - *теперь и умереть не жаль*, - надеюсь слова мои найдут отклик в твоей душе и ты услышишь Господа сама, да сохранит тебя он, дитя.
(с) Mia



Аяла (Эггси)

Аяла крепче стиснула в ладони четки и поднесла кулачок к губам. О, как бы она хотела поговорить с монахом подольше, послушать его истории, перенять его глубокую и чистую веру... Но... Только не в таких условиях, Аяла понимала, что скорее всего, Кармелит последний человек, которого она видит в своей жизни. Даже не вникая во вражду между асассинами и тамплиерами, девушка понимала, что из этой башни живыми не выходят, особенно, если подозреваются в связи с врагом. Аяла только хотела было попросить священника рассказать ей хоть одну из христианских притчей напоследок, но ее прервали на полувдохе.


Якоб Александр (Альтаир)

Долго он не мог взять себя в руки и просто лежал носом в грязный пол, пропитанный гнилью сырой соломы и мочой. Жалко спускал кровянистую пену с губ. Боль между лопаток на месте сокрушительного удара не давала дышать полной грудью. Шарканье сапог стражей где-то в дальней части коридора. Похоже, они играли во что-то за столом на дальнем посту. Женский неуверенный голос из-за стены, у которой его свалили грудой костей с пару часов назад, зашуршал по коридорчику между решеток. С глухим стоном, Якоб перевернулся на спину и стал ползти к стене, пока не ухватился за нее. Голос за этой стеной казался ему знакомым, пока его разум не прояснился. Он подтянул ногу к себе и, припав к решетке, с интересом прислушался. Разговор был чужой и... несколько интимный, подобный исповеди. Но был велик соблазн, и стал безудержным, когда из разговора он понял, что Безымянная Мокроглазка говорит о нем.
- *Искушение? Серьёзно?* - хмыкнул, глянув мутным прищуром через свою решетку в темноту камеры напротив, - *Да ладно. Это не правда...* - отринул со смущением, ведь давно отказался и отвык думать о женщинах как о женщинах, - Прошу прощения, святой отец. - подал ненавязчиво голос, - Но, кажется, моя очередь? Никто не возражает? - и обратился через решетку к соседке, - Мокроглазка? Будешь воровать дальше..., - пригрозил по-соседски, - и Господь не убережет тебя... - сокрушенно покачал головой, подшучивая, - Это что же ты такое утащила на этот раз? - прыснул и в пушистой улыбке растянулись его губы, - ...А Вы, святой отец? Похоже, мы с Вами были не осторожны в своем долге? - ирония над самим собой, - Я бы исповедался..., да здесь леди... - с ложным уреком покосился на стену, хлопнув по камню ладошкой.
(с) Brook



Аяла (Эггси)

*О, Боже-Господи-Иисусе...* - Аяла шарахнулась от стены, словно ее огнем обдало. Она узнала голос и это шутливый говор. *Не может этого быть...* - выдохнула она шумно, ощущая как бешено заколотилось ее сердце. Якоб был здесь, прямо за стеной, и девушка никак не могла понять, смеется ли над ней мироздание или подкидывает шанс на извинение и отпущение совсем всех грехов перед смертью.

Взяв себя немного в руки, Аяла подползла поближе к стене и приложила к ней ладошку.
- Якоб? Это ты? - решила уточнить на всякий случай, затем вздохнула. - Господь меня уже не уберег, столкнув с тобой у таверны. Теперь я здесь, и скорее всего, ничего хорошего мне не светит, потому что городская стража видела меня с тобой... - произнесла с некоторым упреком, но тут же добавила:

- Я взяла твою лошадь, и оказалась из-за тебя в темнице... Теперь мы в расчете... Мне кажется... - усмехнулась, хоть и горько, но без злобы, потому что была уверена, что она это заслужила.

- И о чем же ты хочешь исповедоваться? Какие грехи на твоей совести? Хм, наверное ты хочешь рассказать, как много девичьих сердец разбил пока не угодил в тюрьму? - облокотившись на холодную стену спиной, Аяла решила немного подшутить над весельчаком, что с такой иронией говорил обо всем на свете.

*Смелый...* - с мягкой улыбкой подумала девушка, все так же перебирая пальчиками его четки. - *Только беспечный...*


Якоб Александр (Альтаир)

- Оооо..., знал, что спросишь, - закатился хохотом. - Я должен ответить? - заглянул через решетку, посмеиваясь устало, но забавно, немного помедлил и признался. - Честно? - глянул на край решетки к ее стене. - Последняя женщина была у меня год назад. - пауза. - Удивлена? - спросил чуть задирая.
(с) Brook



Аяла (Эггси)

*Врешь ты все! Не верю!*
- Ни чуть... - соврала Аяла после некоторого промедления, хоть и звучало это довольно не убедительно. - А ты неплохо держишься... Хоть и не похож на того, кто даёт обеты... - усмехнувшись, добавила девушка, сделав почти комплимент тамплиеру, потому что, если Якоб действительно не врал, это было очень даже удивительно. Аяла знала, что мужчины-воины редко имеют постоянную женщину или жену, но под боком у них всегда кто-то есть.


Якоб Александр (Альтаир)

У лейтенанта аж бровь дернулась, он прыснул, вывернул шею и обернулся, красноречиво и почти восхищенно глянул в стенку.
- И похвалила и оскорбила. Как ...так можно?? - сокрушенно хохотнул. - Не похож? - переспросил. - Чем же это? - уточнил с неподдельным любопытством.
(с) Brook



Аяла (Эггси)

Девушка усмехнулась, довольная произведённым эффектом.
- Ну... Во-первых, - загнула один пальчик, выставив ладонь за решетку и помахивая ею, чтобы сосед мог видеть это. - Ты слишком болтливый, значит легко можешь найти подход к человеку. Во-вторых, - загнула второй пальчик. - Слишком весёлый... Балагур ... Женщины таких любят... - чуть улыбнулась, не сдержавшись. - И, в-третьих, - загнула ещё пальчик. - Ты воин... А значит, готов в любой момент расстаться с жизнью... А значит, должен брать все, что даёт тебе жизнь, ведь другого шанса может и не быть... - заключила. - Достаточно аргументов? - вопросительно вскинула бровь в стенку.


Якоб Александр (Альтаир)

Тамплиер пододвинулся к решетке, подогнув под себя ногу, прильнул плечом к пруту, замечая ручонку, выслушал.
- ...Как по косточкам разложила, - пробурчал с впечатлением, оценив со смущением ее проницательность, но решил не оставаться в долгу. - Я удивлен, - прильнул плотнее, протянул свою ладонь к ее, приглашая к чему-то.
(с) Brook



Аяла (Эггси)

- Мужчины очень часто недооценивают женщин... - усмехнулась. - ...и их проницательность. Возможно, именно поэтому частенько попадают в неприятности, связавшись "не с той" женщиной... - проговорила Аяла серьезно, не сомневаясь, что Якоб уже бывал в передрягах из-за противоположного пола и давая ему, своего рода предостережение. С интересом посмотрела на его протянутую ладонь, мягко улыбнулась и повела кончиками пальцев по его огрубевшей от бесконечных боёв коже, затем вложила свою ладошку в его руку вместе с четками, выражая доверие. Это был такой простой и такой необходимый сейчас жест. Держа Якоба за руку, Аяла чувствовала себя менее одинокой, и даже страх отступал, пока они вот так могли поддерживать друг друга во мраке темницы. Всего несколько часов назад они не были даже знакомы, а сейчас, девушка всерьез думала, что молодой лейтенант, возможно, ее единственный друг в этот мрачный период ее жизни.


Якоб Александр (Альтаир)

Он не ждал, что она отзовется и вложит свою ладошку в его ладонь, и его пальцы мягко сомкнулись, из тоски чуть поглаживая нежную кожу неиспорченных работой рук, улыбнулся себе грустно на ее замечание.
- Для замужней женщины ...не слишком ли ты внимательна к другим мужчинам? - подметил с интересом, чуть крепче сжимая четки между их ладонями.
(с) Brook



Аяла (Эггси)

Девушка печально и тихо вздохнула.
- Я уже не замужем... Я вдова... - ответила она негромко, ощущая, как сердце сжалось от боли и какой-то оглушающей пустоты. - И... Ты был добр ко мне... Я просто плачу тебе тем же... - все же улыбнулась, чуть сжав пальчиками его ладонь. - Кроме того... Я без разрешения взяла твою лошадь, с меня причитается...
Аяла очень хотела загладить свою вину перед Якобом, и эта неловкая поддержка в трудный час была пока что единственным способом показать ему, что она благодарна рыцарю за то, что он проявил к ней участие и за то, что не зол из-за угнанной лошади.


Якоб Александр (Альтаир)

- Соболезную тебе. - ответил лейтенант с честной грустью. - Вы детьми ...не успели обзавестись? - вопросил он с честным сочувствием, зная, как важно от супруга сохранить его плоть в наследнике, которых у самого не будет. - Ты одна. - чуть перемял пальцы, поясняя такое предположение. - Думаю, он был хорошим человеком? - уточнял свои догадки. - А за лошадь должна. - кивнул подтверждающе. - Моя... любимая лошадь. - лукавил. - Я был очень расстроен. заявил серьезно, но подшучивал тайком.
(с) Brook



Аяла (Эггси)

На вопрос о детях, Аяла ответила не сразу, тихо вздохнула, ощутив вдруг, что пустота расползлась еще больше по ее душе.
- Нет... У нас не было детей... Муж часто уезжал, а того времени, что мы проводили вместе, как видно, оказалось недостаточно, для того, чтобы Господь посчитал, что нам нужны дети... - вздохнула еще раз. - Он был... Заботлив... И нежен... И... Любил меня... Думаю, это большая удача для девушки моей крови, ты должно быть, знаешь, как иногда мужья жестоки к своим жёнам здесь...? - поинтересовалась негромко, а на слова о лошади почувствовала очередной укол вины. - Правда твоя любимая? О... Я... Прости... Мне так жаль... - Аяла искренне сожалела о своем поступке, и все, что ей оставалось, это виновато бубнить извинения. - Что я могу для тебя сделать? Как могу загладить свою вину? - вопросила девушка осторожно, надеясь, что благочестивый рыцарь даст ей шанс на искупление.


Якоб Александр (Альтаир)

- Знаю. Встречал. - вздохнул с досадой, хотя ни ему было судить об этом, он прикусил язык. - Однажды..., - вдруг заговорил, - Вы встретитесь. Ваши души. - проповедовал, поглядывая за решетку, - Так учит моя вера. Но... - сделал оговорку, - Ты не торопи эту встречу. - говорил о ее возможных мыслях расстаться с жизнью. - Это страшный грех. - пояснял ненавязчиво. - Всему будет свое время... - и улыбнулся, пожав ей руку. - А лошадь... - вернулся к этой шутке, - Забудь. Я милосерден. - чуть вздернул бровями с воодушевлением. - Не гоже ...с женщины просить расчета. - все еще подшучивал.
(с) Brook



Аяла (Эггси)

- Ты... Беспокоишься обо мне? - спросила с улыбкой, когда он заговорил о самоубийстве, не стала открывать правду о том, что такие мысли были, сжала руку Якоба в ответ. - Ты очень добр, рыцарь... Я была права насчет твоего сердца... - погладила пальцы Якоба своими. Он не переставал удивлять Аялу. Но удивлял радостно, потому что душа у него была на распашку и обид он не хранил, и это было удивительно для человека, который каждый день вынужден сражаться. - Если... Мы выберемся отсюда... Я что-нибудь для тебя приготовлю... - улыбнулась, радуясь, что проступок ее прощен. - Я очень вкусно готовлю... - заверила, чуть засмеявшись, но ответа от Якоба не получила.

Двое стражников, подхватив его за грудки, вытащили тамплиера из камеры. Аяла подскочила на ноги и мертвой хваткой вцепилась в ладонь рыцаря, глядя на него с мольбой. Хотя о чем она просила, и сама не знала. Чтобы вернулся живой? Чтобы нашел способ выбраться отсюда? Чтобы спас ее? Возможно все и сразу. - Нет.... нет... нет... - зашептала девушка, чувствуя, как на глаза снова наворачиваются слезы, она отказывалась отпускать ладонь Якоба, боясь, что больше никогда его не увидит. Но стражники грубо дернули тамплиера на себя, и Аяла услышала треск нити. Деревянные бусины четок заплясали по полу, рассыпаясь по всему коридору. А девушка до боли в пальцах схватилась за железные прутья своей темницы, беспомощно наблюдая, как уводят ее единственную надежду на спасение.

Ангел Кармелит
Якоб




Сообщение отредактировал Strangerous - Понедельник, 07.09.2015, 14:52
 
Lyna
Охотница
Дата: Суббота, 12.09.2015, 16:55 | Сообщение # 994
Гений, миллиардер, плейбой, филантроп
Группа: EliteGamer
Сообщений: 1305
Статус: Offline

Награды: 17
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, ИЕРУСАЛИМ

Тюремная башня>

(ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР)




Назир (Джулиан) – Мира Наир (Кьяра)


Цитата Brook "Назир (Джулиан)" ()
– Двух мужчин и одну женщину. (Кармелит, Якоб, Аяла) – отозвался Назир на её вопрос, лязгая доспехами в тяжёлом подъеме по ступенькам винтовой лестницы, – Среди них лейтенант де Сабле, их священник и падшая женщина, которая отдалась им. – не скрывал, что доволен уловом, – Боль и страх развяжут им языки. – заявил Назир о своём намерении, – Особенно женщина и священник. – выбрал сразу первых, – Пусть мысль стать «мучениками» в их вере утешает их. – говорил с гордо поднятой головой, не выражая к людям Креста жалости, что отняли у него семью – отца, потом брата, а жива ли матушка?…


- Боль и страх? С каких пор это наши методы? – Мира покачала головой. *Это не правильно.* Война всегда толкает людей на страшные поступки. Она наблюдала это ни раз, сначала на своей родине, затем в Восточной империи, и здесь, на Святой земле. Она признавала, что жестокость бывает необходимой, но мириться с этим с годами проще не стало.

Цитата Brook "Назир (Джулиан)"
– Всегда так было, сестра. – подтвердил он, немного удивляясь, – Должно быть, ты забыла…? – улыбнулся ей радушно, ведь она и по прежним временам не любила эту часть дела – допросы, считая насилие плохим средством, – Ассасины всегда добывали информацию разными путями. Помнишь? – заискиывающе приглашая вспомнить старшую школу, – «Мы подглядываем, подслушиваем, крадём, и выбиваем кулаком». – напоминал слова основ, – И убивали свидетелей. Они не должны выдать нас, и что мы теперь знаем. Такова необходимость. …Дело ни в жестокости. – потрепал её чуть по плечу, облегчая её совесть, ведь ему нужна её помощь.


Мира тяжело вздохнула. Конечно, Назир прав. Но… Всегда было это «но», позволявшее ей не замечать ту часть учения, которая была ей неприятна. Может, если бы она попала в Братство в более юном возрасте, наставникам удалось бы выбить из нее эти сомнения. *Я снова могу взять грязную работу на себя, как и с нашим внедрением к тамплиерам. Раз у тебя не хватает духу поступать, как необходимо,* - наигранно-дружелюбным тоном прозвучало в голове.

- Я понимаю, - вынужденно согласилась с другим ассасином. – И могу сделать то, что необходимо. Если это действительно необходимо, - ответила сразу обоим с раздражением на замечание незримой собеседницы. – Просто мне это не нравится.

Цитата Brook "Назир (Джулиан)" ()
– Как в старые добрые времена. Помнишь, Мира? – обратился к ней с приятной грустью, – Иногда я скучаю по тем временам. И в тоже время вспоминаю их, как самые тяжёлые. Но тогда…, я знал покой и не ведал тревог.


- Конечно, помню… как могла задать тебе взбучку на тренировочной площадке, - усмехнулась женщина и добавила уже серьезней: - Но я понимаю, о чем ты. Мне тоже временами не хватает того покоя, что я обрела тогда.

Цитата Brook "Назир (Джулиан)" ()
– Но меня вдохновляет мысль, – заговорил вдруг, – что дело это правое – против неверных псов, что разоряют наши земли и души. – протянул ей один из кубков, – Я слышал, ты оставила путь ассасина, чтобы вернуться к мужу? – в голосе его было подобие зависти и в тоже время радости за сестру, отпил, – Ранение? Или… Вы молите Всевышнего о даре дитя? – вопрос с отцовской улыбкой из вежливости.


- Разве вера определяет человека? Его пороки и добродетели? Многие среди этих «неверных», прибывающих с запада, такие же простые люди, как те, кого ты защищаешь здесь, в городских стенах. И все, чего они хотят – жить своей жизнью, - она вздохнула. Индианка считала, что давно научилась не совать нос в чужую идеологию, и все-таки каждый раз снова ловила себя на том, что ее это задевает. – Ничто не истинно, - просто напомнила она, полагая, что вопросы веры не должны иметь значения. Кивнула с благодарностью, принимая кубок, и ухватилась за возможность сменить тему: - Я не оставляла путь ассасина, всего лишь взяла небольшой перерыв, - прервалась, чтобы осушить кубок, в горле пересохло. – Мы с Марком давно хотим детей, но Небеса распорядились иначе. Значит, еще не время.

Цитата Brook "Назир (Джулиан)"
– Своей…, но отнимая нашу. – заглядывая ей в глаза, ища понимания как у единомышленника, – Если бы они просто приехали. Строили дома. Торговали на наших рынках… – перечислял, – Но им мало… Они принесли «свою жизнь», но приговорили «нашу». Зовут нас «язычниками»… – вздохнул. – Они пришли захватчиками. Захватчиками их и изгоним. – уверенно вздёрнул свой орлиный нос.


- Ты ровняешь их всех под одну гребенку. Но большинству переселенцев ничего и не нужно, кроме как строить дома и торговать. Они не в ответе за то зло, что творят те, кто жаждет большего. Людей, использующих свою веру, как оправдание, хватает с обеих сторон. - Женщина мысленно отругала себя за несдержанность. Ввязываться в спор при встрече со старым другом, какие выпадали не часто, желания не было. – Впрочем, я здесь не для того, чтобы испытывать твои убеждения, или делиться своими. Сегодня у меня другая миссия, - примирительно улыбнулась она.

Цитата Brook "Назир (Джулиан)" ()
– Я рад, что ты нашла себе мужчину. – выразил свои вежливые поздравления, – И наверняка, он достойнейший из достойных? – решил посмущать сестру.


- Не думаешь же ты, что я бы согласилась на меньшее? – улыбнулась она, но в голос закралась нотка грусти. Мира скучала по мужу. Нужно хотя бы послать ему весточку, что с ней все хорошо.

Цитата Brook "Назир (Джулиан)" ()
– Меня тоже Всевышний наградил. – не остался сам в долгу, – Красавицей женой, сыном и дочерью. – похвалился мужчина, скучающий по дому и домашнему очагу, – Я так мало бываю с ним… – вздохнул, но понимал реальность и свой долг, улыбнулся.


- Наш долг часто уводит нас от наших близких, - кивнула с пониманием. – Но семья это великий дар, и я рада за тебя. Береги их, - ободряюще улыбнулась.

Цитата Brook "Назир (Джулиан)"
– Используй эти чувства во блага дела. – подбадривал и не осуждал её за слабости перед смертью, ибо сам страшился её, зная, что теряет…, – Отплати им за их зло. – кивнул с призывом, – У тебя будет возможность. Идём. – отступил и пригласил за собой в коридор.


- Я не горю жаждой мести, Назир. Лишь хочу довести до конца начатое дело. Де Сабле не должен снова ускользнуть, - решительно заявила воительница. Голосок на задворках ее мыслей насмешливо фыркнул, но Мира проигнорировала его. Как далеко ей придется зайти, чтобы выяснить, где скрывается Магистр Тамплиеров? Как далеко она сможет зайти?..

Цитата Brook "Назир (Джулиан)"
– Стража говорит, видели тебя въезжающей с де Сабле въезжающей в город. – констатировал факт, но сейчас звучал как скрытый упрек, – Знаешь его? – кивнул на тамплиерского лейтенанта (Якоба), – Ты должна была выведать его слабые места. – утвердил уже опытный и закалённый ассасин, – Тебя этому учили – знай врага и союзника своего. – напомнил в аргумент, и преисполнился ещё большей жестокости и почти безумными глазами, переполненными болью утраты, которую всё это время он пытался загасить, – …Займись им. – зловеще, – Займись и выведай любой ценой, где де Сабле… Мы должны извести эту иноземную погань с наших земель…! – заклинал он сестру по Братству, – Не пожалею жизни своей ради этой великой цели, не пощадим и их! – обрекал пленников на муки и смерть.


Мира на мгновенье растерялась. Она не хотела рассказывать о своей афере с тамплиерами, но и скрывать, или тем более врать, не собиралась.

- Знаю. Я провела с ним некоторое время, подбираясь к его господину, - неохотно подтвердила она, уже понимая, к чему ведет ее товарищ. Ассасин почувствовала, как напряглась Другая. Сейчас их беспокойство было общим. Почему ей предстоит иметь дело именно с Якобом? Она так надеялась, что до этого не дойдет. – Я, - она запнулась, сглотнув ком в горле, - сделаю все, что в моих силах, - уклончиво пообещала. Индианка видела, что убеждать Назира искать другие способы бесполезно. Для него это дело стало личным, и все, чего она может добиться, это обвинение в лояльности к врагу. Если бы ее отказ помогать мог избавить несчастных пленников от мучений, она бы так и поступила. Но она понимала, что ничего не добьется, только напрасно потеряет доверие соратника. – Эмоциям нельзя давать дорогу. Прислушайся к собственным словам, - не с упреком, но с просьбой обратилась она.

Свои эмоции женщина всеми силами старалась отогнать подальше. Нельзя позволить им помешать делу. Они должны взять де Сабле и точка! Она прошла по коридорчику, по которому стражники уволокли Якоба, глядя прямо перед собой, чтобы не видеть пустых камер и не думать, сколько эти стены видели боли. И сколько еще увидят… Прежде чем выйти в поле зрения пленного лейтенанта, Мира остановилась и сделала глубокий вдох, собирая все свои силы и твердость, только потом шагнула из коридора в тусклый свет чадящих факелов.

- Стража сейчас прочесывает город, - начала она, меряя шагами небольшое помещение, чтобы не встречаться взглядом с заключенным. – Все выезды перекрыты. Рано или поздно, тех, кто был с тобой, все равно найдут. Твое молчание им не поможет. Но если скажешь, где они могли укрыться, облегчишь собственную участь, - повернула голову к мужчине с отчаянной мольбой в глазах, не вязавшейся со строгим тоном. *Не вынуждай меня, прошу.* Она знала, что никакие слова не заставят тамплиера выдать человека, заменившего ему отца, но не могла не попытаться.

Продолжение следует




Сообщение отредактировал Lyna - Суббота, 12.09.2015, 17:06
 
AlterEgo
Охотница
Дата: Суббота, 12.09.2015, 17:26 | Сообщение # 995
Гость
Группа: EliteGamer
Сообщений: 46
Статус: Offline

Награды: 0
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, ИЕРУСАЛИМ

тюремная Башня>

(ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР)



Назир (Джулиан) – Мира Наир (Кьяра)

Ангел Кармелит (Дантей)

Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси)

Якоб Александр (Альтаир)

Цитата "Мира Наир (Кьяра)" ()
- Боль и страх? С каких пор это наши методы? – Мира покачала головой. *Это не правильно.*

– Всегда так было, сестра. – подтвердил он, немного удивляясь, – Должно быть, ты забыла…? – улыбнулся ей радушно, ведь она и по прежним временам не любила эту часть дела – допросы, считая насилие плохим средством, – Ассасины всегда добывали информацию разными путями. Помнишь? – заискиывающе приглашая вспомнить старшую школу, – «Мы подглядываем, подслушиваем, крадём, и выбиваем кулаком». – напоминал слова основ, – И убивали свидетелей. Они не должны выдать нас, и что мы теперь знаем. Такова необходимость. …Дело ни в жестокости. – потрепал её чуть по плечу, облегчая её совесть, ведь ему нужна её помощь.

Цитата «Мира Наир (Кьяра)» ()
- Конечно, помню… как могла задать тебе взбучку на тренировочной площадке, - усмехнулась женщина и добавила уже серьезней: - Но я понимаю, о чем ты. Мне тоже временами не хватает того покоя, что я обрела тогда.

Мужчина расцвёл улыбкой и рассмеялся:
– Ты всё ещё помнишь те дни? О, Аллах, избавь меня от стыда! – всплеснул рукой, – Я был молод и неумел! Смилуйся же! Хотя бы сегодня! – просил её о снисхождении да те времена, когда он был очень зелен, а она уже обучена и закалена, близка к Посвящению.

Цитата «Мира Наир (Кьяра)» ()
- Разве вера определяет человека? Его пороки и добродетели?

– Преступление…, – начал Назир с неким чувством, – когда Верой они оправдывают свои злодеяния. – и не сомневался в этом, – Ставят целью…, средством…, и причиной. – покачал головой араб, не принимая этого, – Даже среди сарацин есть такой грех перед Аллахом… – признал и сокрушённо покачал головой.

Цитата «Мира Наир (Кьяра)» ()
- …Многие среди этих «неверных», прибывающих с запада, такие же простые люди, как те, кого ты защищаешь здесь, в городских стенах. И все, чего они хотят – жить своей жизнью, - она вздохнула.

– Своей…, но отнимая нашу. – заглядывая ей в глаза, ища понимания как у единомышленника, – Если бы они просто приехали. Строили дома. Торговали на наших рынках… – перечислял, – Но им мало… Они принесли «свою жизнь», но приговорили «нашу». Зовут нас «язычниками»… – вздохнул. – Они пришли захватчиками. Захватчиками их и изгоним. – уверенно вздёрнул свой орлиный нос.

Цитата «Мира Наир (Кьяра)» ()
– Ничто не истинно, - просто напомнила она, полагая, что вопросы веры не должны иметь значения.

– Ничто, сестра. – согласился, – Главное, …не мешай другим. – как совет.

Цитата «Мира Наир (Кьяра)» ()
Кивнула с благодарностью, принимая кубок, и ухватилась за возможность сменить тему: - Я не оставляла путь ассасина, всего лишь взяла небольшой перерыв, - прервалась, чтобы осушить кубок, в горле пересохло. – Мы с Марком давно хотим детей, но Небеса распорядились иначе. Значит, еще не время.

– Аллах воздаст тебе за твои старания. Дело твоё правое. – по-братски потрепал её по плечу, поддерживая, – Зульфия тоже долго не могла зачать…, но, – чуть смутился, – нас вознаградили. – желал и ей того же.

Цитата «Мира Наир (Кьяра)» ()
- Не думаешь же ты, что я бы согласилась на меньшее? – улыбнулась она, но в голос закралась нотка грусти. Мира скучала по мужу. Нужно хотя бы послать ему весточку, что с ней все хорошо.

– Да, ты всегда была… «с требованием». – посмеялся с доброй грустью, ведь его знаки внимания она отвергала, или так не замечала? Усмехнулся былым временам.

Цитата «Мира Наир (Кьяра)» ()
- Наш долг часто уводит нас от наших близких, - кивнула с пониманием. – Но семья это великий дар, и я рада за тебя. Береги их, - ободряюще улыбнулась.

– …И мы помним, что дела наши во благо всех и их тоже. Мы защищаем мир и справедливость. Это должно вести нас… Хотя, Аль-Муалим учил нас, что связи с близкими делают нас трусливее и менее решительными… Где-то он прав. – пожал плечом, – Но если мы помним о них, мы защищаем их своим клинком даже на другом краю королевства. – вдохновлял её.

Цитата «Мира Наир (Кьяра)» ()
- Я не горю жаждой мести, Назир. Лишь хочу довести до конца начатое дело. Де Сабле не должен снова ускользнуть, - решительно заявила воительница. Голосок на задворках ее мыслей насмешливо фыркнул, но Мира проигнорировала его. Как далеко ей придется зайти, чтобы выяснить, где скрывается Магистр Тамплиеров? Как далеко она сможет зайти?..

– Холодное сердце? – скорее одобрил, чем вопрошал, – Это правильно. – согласился снова, – Эмоциям нельзя давать дорогу… – рассудил, но ведь сам им то и дело поддавался.


Назир провёл Миру мрачными коридорами в зареве от факелов до каменной залы, откуда слышалась английская речь Неверных.

И он вывел Миру в коридорчик между камер, через который пленники переговаривались между собой, и даже смели шутить?

Прихватив знаком с поста двух надзирателей, Назир дал им указ выволочь мужчин и утащить в дальнюю часть помещения от камер, где был грубо обустроен пыточный угол для допросов:


Назир сохранял равновесие и ясность ума, пока ему на глаза не попался молодой христианский монах! И он узнал этого монаха Неверных!

Цитата Mia111 "Кармелит (Дантей) на похоронах Гарсива" ()
Он задержался у входа, не зная точно правильно ли поступает, но его поторопили и он вошел, встав рядом с могилой в некоторой растерянности, не зная, что следует делать, но подсказал внутренний голос и нужные слова полились сами.

Именно он провёл службу для его несчастного брата! Какое поругание! Скверна! Обман в ритуале перед Всевышнем!

– Ты! Собака! – ухватил его за грудки одной крепкой рукой мечника и дёрнул к себе, – Как посмел ты высмеять проводы человека в Сады Аллаха!? – налились гневом, а после и горячими злыми слезами его ореховые глаза.

Араб недоумевал! Самое сакральное действо в жизни человека – его похороны, и Неверный сыграл маскарад в тот священный для Назира и его семьи день!

– Признавайся, негодяй! – брызжа слюной, испутался воин в латах с безумными глазами в глаза, которые его не видели, – Христианин ты?! …или же имам, предавший свою службу перед Всевышним?! – негодовал глубоко убеждённый сарацин, что только посвященный в писание мог так отслужить заупокойную.

– Как мог – ты…? – почти на носочки поставил бедного пленника, уверенно шагая к стене с цепями, – Как ты мог предать священное писание! Преклониться перед врагом своего народа?! – ударил спиной и затылком о стену, – Страдай в раскаянии, …предатель!

– Или же ты и есть пришелец с Запада? – перехватил рукой под кадык, зашипел, – В тот день мой заблудший брат покинул этот мир, а ты, выродок шакала, обратил священный ритуал, – и ему в лицо, – в фарс!! – стиснул, едва превозмогая желание оборвать его жизнь прямо сейчас голыми руками с горячими слезами на глазах.

Окинул взглядом его рясу:
– …вы околдовали Гарсива, брата моего! – рычал обвинение всей их братии, – Обещания, полные лжи! Это вы – колдуны! Очаровали его! – и приблизился к его лицу, – Так гореть же тебе в твоих одеждах…, монах. – пытался всё поймать взгляд пленника, но тот как упрямо смотрел в сторону, – Но прежде…, я выдавлю из тебя сведенья о Змее де Сабле прежде, чем выдавлю жизнь из твоего тела! – зловеще обещал и крикнул надзирателям, – На цепи его! Разжигайте печь! – и снова вернул убийственный взгляд к пленнику, наклонился и с проклятьем прошипел ему в лицо, – Молись_своему_Богу, ибо здесь твоя жизнь прервётся в муках, как и его…

Оттолкнул и так прижатого к стене молодого мужчину:

– На крест его! – отдал приказ старажам, мотнув головой на рогатину.

Стражи привалили к стене постамент из двух скрещенных досок, и поволокли к нему христианского священника, чтобы после пыток распять его…

Разгорячённый близостью праведной расправы, Назир обратился к Мире:

– Стража говорит, видели тебя въезжающей с де Сабле въезжающей в город. – констатировал факт, но сейчас звучал как скрытый упрек, – Знаешь его? – кивнул на тамплиерского лейтенанта (Якоба), – Ты должна была выведать его слабые места. – утвердил уже опытный и закалённый ассасин, – Тебя этому учили – знай врага и союзника своего. – напомнил в аргумент, и преисполнился ещё большей жестокости и почти безумными глазами, переполненными болью утраты, которую всё это время он пытался загасить, – …Займись им. – зловеще, – Займись и выведай любой ценой, где де Сабле… Мы должны извести эту иноземную погань с наших земель…! – заклинал он сестру по Братству, – Не пожалею жизни своей ради этой великой цели, не пощадим и их! – обрекал пленников на муки и смерть.

Назира ничего более не волновало, кроме мести и долга, которые нашли друг друга в разбитом сердце воина, что не знало утешения. Ненавистный родственник пал от его руки, но это не принесло ему облегчения. Араб чувствовал себя обманутым и обведённым вокруг пальца, ибо брат ушёл в раскаянии, словно очнувшийся от чар, насланных Неверными священниками…

Сакральная бравада христианского монаха дергала Назира за усы, требуя ответить на этот вызов. Он не принимал объяснений монаха о своем маскараде на священном ритуале погребения, считая, что рожденный в вере, в этой вере и должен уйти к своему Всевышнему. Поэтому даже не стал продолжать этот лукавый спор.

– Испытывал ли ты достаточную боль, чтобы отказаться от своих слов, ...монах? – вперся глазами в его глаза, – Ты заступился за де Сабле, стало быть, ты знаешь его. И знаешь о его планах и убежище? – предположил Назир, взявшись за ворот мантии монаха да уверенно рванул, – Скажи об этом сейчас, и ты облегчишь свою участь.

– Зачем Глава этих собак тамплиеров прибыл в Иерусалим? Что он замышляет? Кто покрывает его? – потребовал вспыльчивый араб, принимая от палача раскаленную кочергу с плоским зияющим наконечником и прижал к влажной белой коже пленника с боку, не торопясь ее отнимать.

Сам же Назир внимательно сверлил его взглядом. Закаленное сердце не вздрагивало и не жалело, ибо за этим злом стояли великие цели, в которых дюжина отнятых жизней ничтожная цена за будущее целого народа. И его нестерпимо раздражало высокомерие, с которым монах не смотрел ему в глаза.

И кочерга стала касаться и прилипать к разным частям плоти.

Затем тряпка, которая прежде была рясой, была содрана окончательно и спала бесформернным облаком у босых ног.

По зияющим обоженным ранам захлестала плетка с узелками на хвостах.


Рука Назира была тверда, а взгляд иверд, и только подселенная душа всеми силами сопротивлялась, отчего удары раз от раза случались дерганными, словно на зло, то смазанными.

Мира
мученник Кармелит


«Мы так привыкли притворяться перед другими, что под конец притворяемся перед собой.»
/Франсуа де Ларошфуко/
 
Shollye
Охотник
Дата: Воскресенье, 13.09.2015, 01:35 | Сообщение # 996
.:Tamashi o tabe:.
Группа: Модераторы
Сообщений: 2277
Статус: Offline

Награды: 57
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО,
Постоялый двор в Иерусалиме>



(ПОЛДЕНЬ)
Робер де Сабле (Дезмонд) - Мира Наир (Кьяра)

Эшли (Лим)

Айшэ (Элланора) – Акра (Джек)


Адэ (Радун)


Цитата Brook «Якоб Александр (Альтаир)» ()
Животное сорвалось с места вскачь и ураганом влетело в кострище, пока сам всадник спрыгнул с седла и сбил девушку с ног, опережая её путь навстречу языкам пламени. Они покатились по полу, сбивая язычки пламени, что успели ухватиться клещами за пропитанную одежду.


Конь появился неожиданно даже для него. Он словно заговорённый смотрел на сильное животное и всадника, который смутно, из-за стрессовой ситуации, напоминал близкого человека. де Сабле не мог поверить. Это не мог быть он…




Очнулся он ещё в Акре. Тогда, когда Якоб коснулся руки Робера. Очнулся и не мог понять, что происходит. Дезмонд сидел тихо. Ассасин понял в Ком он находится по тому, как к этому Кому-то обращались. Что испытал молодой мастер было не описать. Это был и негодование: «данунахуйчёзаблять!», и ярость: «убью суку!», и уважение: «Это же сам де Сабле!», и страх: «что произошло?».
Но несмотря на то, что он мог воздействовать на тело, в котором оказался (как-то пошевелил пальцем тамплиера по своей воле, а не по его), только не стал. Нельзя менять историю. Дезмонд это понимал. Но постепенно…он проникался всё большим уважением к своему мудрому врагу. Тамплиер учил его, даже не осознавая этого. Дезмонд следил за его жестами, слышал его мысли. Быть по другую сторону оказалось для начинающего мастера ассасинов очень познавательно. Дезмонд учился. В учителях был отличный пример стратега, воина и целеустремлённого человека, пусть тот и был тамплиером.
Сейчас бывший Объект-17 чувствовал тёмную волну от своего учителя, и потому попытался того успокоить.




Цитата Brook «Якоб Александр (Альтаир)» ()
– Объяснитесь, что это значит? – зазвучал вдруг иначе голос англичанина, и взгляд его бирюзовых глаз глядел на Магистра Тамплиеров не с преданностью сына и верного слуги.
Это был сильный и независимый взгляд мужчины более старшего возраста и сильнее духом. И этот голос требовал с Магистра Тамплиеров.
Верный змеёныш обернулся Драконом, но из другого племени.


Змей наконец смог сбросить с себя оцепенение, чувствуя внутреннюю помощь. Робер смотрел в глаза Мужчины с неменьшей силой. Раньше в бирюзе был наивный, воздушный мальчик, в Акре, после разлуки, он увидел возмужавшего Юношу. Сейчас перед своими глазами видел Мужчину, Воина. *Вырос и появился яд у Змеёныша?* Тяжёлое молчание повисло во дворе.

Перед глазами Робера пробегала Их жизнь.
Вот Якоб прибывает в его лагерь с письмом от отца, друга де Сабле.
Вот Их первая битва вместе.
Вот Якоб пытается защитить магистра от гнева короля Ричарда, но оба оказываются в колодках под дождём.
Вот они завтракают на кухне вместе, и Робер вытирает молочные усики под носом приёмного сына.
Вот они празднуют победу, сидя за одним столом бок о бок.
Вот Робер получает письмо-указ от Ричарда дать Якобу отряд и отпустить на вольное служение их общему делу.
Вот они расстаются, обнимаются. Тогда они были словно отец и сын…

Это было тогда. А сейчас. Они стоят друг против друга, как враги. *Не делай этого Сашэ. Не предавай меня. Только не ты.*



Такого Дезмонд не ожидал увидеть/почувствовать/осознать. Великий Магистр Тамплиеров, Змея, Робер де Сабле…страдал!? Майлс чувствовал боль мужчины. *Может бы, когда я ссорился с отцом, то он ощущал себя так?* Пронеслась мысль, осев в сознании ассасина. Буря в душе тамплиера задела и подселённого. *Тогда я этого не понимал, а сейчас могу лишь…* Дезмонд нашёптывал, что нужно прикрыть глаза, просто моргнуть, и снова посмотреть на эту ситуацию. Посмотреть не как на врага…



Робер вздохнул, прикрыл глаза и посмотрел на Якоба, как на сына, который тем и является. Да только…

Цитата Brook «Якоб Александр (Альтаир)» ()
И в руке его блестело…





*Да ты блять, издеваешься!* Дезмонд не мог поверить в то, что видит.



Глаза де Сабле на один миг расширились, не веря в то, что он видит, и вновь вернулись в обычное состояние. Но молчание не нарушил. Трещал костёр, пожирая ткани, переступал с ноги на ногу конь, потирал кулаки великан Адэвале. Но все молчали.

Цитата Brook «Якоб Александр (Альтаир)» ()
– Отступи, если дорога жизнь. – и Орёл поднял светящееся Чудо на ладони, и его кинжально-острый взгляд словно клинок глядел в серые глаза Змеи.

Серая сталь глаз потемнела. Робер начинал злиться. Его щенок пытался цапнуть руку, которая его кормила. *Так вот значит как ты отплатил мне, Якоб Александр?*




*Не пори чушь. Он твой сын. Пусть и приёмный!* Заступился за мальчишку Дезмонд, ощутив с ним некую связь. Возможно он просто подключился к связи Робер – Якоб, но всё же чувствовал, что должен помочь тамплиеру не совершить ту же ошибку, что и он сам, когда выплёвывал в лицо отца жестокие слова.



Робер нахмурился. Ему не нравилось, что Змеёныш смотрит на него так, что нутро говорит, что не прав он. Тамплиеру казалось, что за ним следят. За ним и раньше следили, но сейчас чувство было совсем другим. Смотрели именно на него и, как казалось, наблюдали с очень близкого расстояния, словно стояли за его спиной. Усилием воли, Робер не позволял себе повернуться и проверить. Он знал, что рядом Адэвале и Эшли, и вообще много верных ему людей. Француз гордо поднял голову, не отвечая на угрозу. *Ты – мой сын. И после того, как ты «вернёшься» я выпорю тебя за непослушание.*

Цитата Brook «Якоб Александр (Альтаир)» ()
Пелена наваждения спала с глаз Якоба, и молодой Тамплиер, самый верный и преданный прежде, растерянно моргнул, оказавшись посреди двора супротив своего Господина.

В глазах отпрыска увидел толику понимания, и потеплело на душе отца.




*Ну слава Богу, а то я чуть не пересрался* Дезмонд был сосредоточен на своих чувствах, и потому эту фразу Робер просто не мог услышать.



Мужчина внутренне улыбнулся, увидев недоумение на лице Якоба. Он знал, что позже они обсудят всё. Робер простит его. Ведь он его сын. Француз даже гордился, что англичанин смог так выстоять перед ним. Когда-то Якоб был просто Змеёнышем, принадлежащем Змею, но в то мгновение Змей увидел перед собой ещё одного Змея. *Вырос. Как же ты вырос, Сашэ. Но по заднице всё равно получишь.*

Цитата Brook «Якоб Александр (Альтаир)» ()
И вот воины в чёрном, не похожие на обычных ассасинов – Белых Смертей, стали спадать со стен во двор, забрасывая двух повздоривших тамплиеров дротиками.


Магистр тамплиеров был непозволительно глубоко задет произошедшим, что даже не замечал, что происходит вокруг, полностью посвятив себя соперничеству. Это было ошибкой. Они появились словно из дыма. Словно лёгкая материя пепла и гари соединялась, сплеталась и производила на свет этих тёмных убийц.

Дротик врезался в землю почти у самого сапога де Сабле. Мужчина сделал шаг назад. Время отступать…

Цитата Brook «Якоб Александр (Альтаир)» ()
Как то и было положено по долгу, в мгновенном порыве сыновьей любви и преданности слуги, Александр бросился к своему Господину и Отцу, закрывая его спиной и оттесняя к дверце, что вела из поместья в открытый городской сад.


Робер доверял и ни на секунду не сомневался. Якоб хочет помочь, а не убить, спасти, а не погубить, быть рядом, а не против. де Сабле отступал, прикрываемый сыном. *И всё же, для меня ты всегда будешь Змеёнышем, малышом Сашэ, а никак не Змеем и воином Александром.* Не время было, но губы растянулись в улыбке.

Цитата Brook «Якоб Александр (Альтаир)» ()
Он сунул Господину Частицу Эдема:
– Вам! Я нашёл его для Вас!- воскликнул возбуждённо лейтенант и вытолкал Господина за дверь, попутно врезав ему, чтобы дезориентировать на какое-то время

Робер взглянул на священную, ценнейшую Цастицу Эдема и кивнул.- Я знаю, Сашэ. Ты молодец.- Робер кивнул, да хотел было возмутиться, что Якоб слишком уж настырно пытается его вытолкать, только получил удар, который дал секунды для Якоба. *Черт бы тебя побрал, мальчишка!* С помощью девушек, де Сабле бежал, оставив позади себя сына, защищавшего его отступление.

Цитата Brook ()
да следом вытолкал и Адэвале, – Позаботься о них!! Это мой последний приказ!! – да захлопнул дверцу и задвинул засов…

Робер оглянулся позади него бежал Адэвале. Он принял приказ своего господина и защищал цель как тигрица своего котёнка. Тамплиеру не нравилась формулировка капитана карательного отряда. *«Последний приказ»? Не смей там помирать, Якоб! Не смей умирать за меня, Змеёныш!*

Цитата Mia111 «Ангел Кармелит (Дантей Легран)» ()
Тряхнул он головой, отгоняя странную мысль, бросаясь им наперерез, потянувшись к кресту на шее, вспомнив в видение крест тамплиерский, достал крестик христианский, показывая им без слов, тяжело дыша, продолжая бежать с мужчиной рядом (Робер), сдерживая чужие имена, что рвались на язык:


Они бежали. Переулок за переулком, звук лязка металла о металл резал слух, доносясь то слева, то справа. Была настоящая облава. Робер спрятал Яблкоко в мешочке для денег на поясе, чтобы не потерять, а рука держалась на эфесе меча. Ему не составит труда вытащить за секунду его и пронзить врага. К ним присоединился христианский монах. Тем Робер всегда доверял. Они – служители Господа. Они не посмеют себе опорочить Великий Крест. де Сабле чувствовал защищённость: сильный наёмник Адэвале, священник и верный меч. Они смогут прорваться через любую преграду.

Цитата Lyna «Джасим (Оливер)» ()
- Сир! – окликнул он, сбавляя темп, но в попытке затормозить вляпался в спрятавшуюся от солнечного света в тени лужу, поскользнулся, проехался немного подошвами по грязи, но на ногах устоял, упершись рукой в стену. Выдохнул и вскинул голову на Предводителя Тамплиеров. – Туда нельзя, там стража, - махнул рукой в сторону улицы, с которой пришел. – Туда! – оглядевшись, указал на один из переулков. – Я служу Ордену и Вам! Доверьтесь мне, сир, я не подведу! – скороговоркой протараторил он, на более детальные объяснения времени не было.

Вдруг на них вылетел какой-то мальчишка. Лохматый, в простой одежде. Робер чуть было не отрубил ему голову, так как тот появился слишком неожиданно и тем более в тесном переулке четырёх дорог. Француз хохотнул бы на неуклюжесть ребёнка, но не время. Тот затараторил, будто боялся, что его убьют прежде, чем он расскажет всю Библейскую историю семьи Моисея.
- Служишь мне?- Скепсис появился в голосе де Сабле. Он знал каждого, кто служит ему.- Я тебя не знаю, мальчишка, но если говоришь правду, вознагражу.- Знал, что сейчас трудная минута и ему нужен соратник и помощник. Да к тому же, голубые глазки иерусалимского ребёнка подкупили. Мальчишка знал его, знал наверняка, что Робер может и убить за ложь, значит, пока его можно не убивать.- Хорошо, дитя. Ве…- договорить ему не дали. Заговорил служитель слова Господня.

Цитата Mia111 «Ангел Кармелит (Дантей Легран)» ()
- На окраине города, по улочке вниз, есть заброшенная церковь, там безопасно, я проходил недавно там. Найдете вы временное пристанище, я помогу – кивнул в сторону поместья, - встретимся в церкви, вас не должны поймать, важнее это остального, идите!

Цитата Lyna «Джасим (Оливер)» ()
- Я знаю, где это. Я здесь все-все знаю! Проведу такими местами, куда стража и не заглядывает! – переводил взгляд с матери на Магистра и, дождавшись подтверждения, повел своих спутников закоулками к церкви.

Робер слушал внимательно и уже старался выстроить план действий. Бежать и найти убежище – хорошо, но стоит подумать и о защите. И только сейчас он заметил Райхан. Мужчина сглотнул ком в горле. Одними губами произнёс «Райхан?». Он давно не виделся с ней. Она была важным человеком в его жизни. Убийца-Женщина-Хозяйка-Помощница…она могла быть разной. де Сабле позволил себе улыбнуться. Рядом с ней он мог чувствовать себя простым мужчиной, хотя сейчас опять же не время. Француз уважительно кивнул головой, приветствуя её.

Цитата Kapitel «Эшли (Лим)» ()
– Господин! – радостно воскликнула девушка и облегчённо вздохнув, подбежала к Роберу, видя, что внешне с мужчиной всё в порядке, вроде как.

Робер слегка успокоился. Эшли была рядом. Его маленькая девочка рядом, и она в порядке.- Со мной всё хорошо.- Постарался успокоить и её. Вдруг к ним присоединился ещё один…




*Ты что, мёдом намазан, что к тебе так липнут или тут такое место помазанное?* Дезмонд был напуган такими вот встречами на одном пятачке.



Робер и сам не понимал, как всё так сходилось. Но с внутренним сомнением был согласен и ждал подвоха, которого не случилось.

Цитата Mia111 «Дамир (Даниэль Джексон)» ()
- Сеньор, стража близко, надо уходить, - впопыхах искал нашивку, - я – тамплиер, сэр, свой, - протянул ему символ Ордена, - проездом в городе, увидел, что стража поднята по тревоге и решил узнать, что происходить. Я видел Вас издалека в доме Ги де Лузиньяна, служил в Ордене Судьей города Акры, Дамир мое имя. Увидеть Вас честь для меня, но сейчас надо уходить. Знаю церковь о которой говорит монах, там редко кто бывает.

- Я помню тебя Дамир, хоть лично не имели встречи.- Успокоился сам и своих спутников, что это не враг.- Я приму твою помощь, Дамир. Рад, что смогу служить с тобой плечо к плечу.- Робер был сторонником принципа «твоё войско – твоя семья». А в семье доверяют и помогают друг другу. О Дамире он знал из донесений. Над каждым тамплиером был кто-то, кто докладывался ему о каждом шаге каждого из братьев. Дамир был судьёй, и значимой фигурой в жизни города. Будучи в Акре, Робер читал донесения об этом молодом и подающем большие надежды тамплиере.

Цитата Mia111 ()
- Сейчас укрытия лучше не найти, ступайте, я задержу их, - повел головой в сторону, слыша уже лязг доспехов, - идите, встретимся в условленном месте.

- Да прибудет с тобой Отец Пониманая.- Пожелал удачи своему брату Робер, уходя с остальными в безопасное место.
Оказавшись внутри заброшенной церкви, де Сабле послал Адэвале исследовать церковь и принести всё, что может на его счёт понадобиться сейчас в трудную минуту. Девушек попросил сидеть на лавках и…просто быть готовыми ко всему. Сам же стоял возле дверей, держа меч наготове. Дамира слишком долго. Робер начинал нервничать. Ведь Якоб не знал о месте встречи. И вообще…Змеёныш не торопился вернуться в отцую змеиную нору. В окно ловко влетела тень, вырывая француза из раздумий. Робер хотел пойти в атаку, но это оказался его брат Дамир.




*У тебя все подчинённые такие внезапные?*



Робер огляделся по сторонам. Никого радом не было, но взгляд чувствовал на себе. *Что за чертовщина?!*

Цитата Mia111 «Дамир (Даниэль Джексон)» ()
- Сэр, - обратился он к Де Сабле, - уделите мне пару минут? - посмотрел на него выжидательно.

- В прошлый раз, когда мне это сказали, на меня напали.- Хмыкнул де Сабле, вспомная попытку ассасиншы Миры убить его.- Да, брат мой.- Они отошли подальше от остальных.- Говори. Что удалось узнать тебе.

Цитата Mia111 «Дамир (Даниэль Джексон)» ()
- у меня плохие новости, сэр, Якоба поймали, я подслушал обрывок разговора стражников... в городе комендантский час, усилены посты и паника. - замолчал, давая Роберу осмыслить полученные сведения.

*Сашэ…* Робер закрыл глаза да потёр переносицу пальцами в кожаной перчатке. Мужчина спрятал меч в ножны и посмотрел на Дамира тяжёлым взглядом. Его сына поймали. А ассасины, если и ловили живьём тамплиера, то потом жестоко пытали. Пытали его Змеёныша. Магистр тамплиеров ринулся бы в бой немедля, но он не был настолько глуп.




Дезмонд удивился. Он бы поступил именно так – опрометью бросился спасать бы дорогого для себя человека, но этот тамплиер просто глубоко вздохнул, потом ещё раз и ещё, успокаивая свою ярость. Майлс сделал также, да почувствовал, как сознание становится яснее, как появляются мысли и зарождается план. *Так вот как нужно поступать? Хм. Понял…Понял и запомнил.*



- Мы должны спасти его. Для этого необходимо разработать план. Ты со мной, Дамир? Пойдёшь за своим магистром в логово ассасинов, чтобы спасти своего брата?- Он был серьёзен. Ему нужна помощь, но Робер давал выбор мужчине. *Заставить человека идти за тобой против его воли – приобрести ещё одного врага, который воткнёт тебе кинжал в спину и будет прав.*


Дамир


- С вами! - он улыбнулся тонкими губами, - с вами, сэр, - утвердил, чтобы не оставалось сомнений, - однако, нам нужен хороший план, сэр. Башня почти не преступна, не говоря уже о куче стражников внутри, кроме того ассасины если не сами приложили руку к этому, то уже наверняка в пути или придумывают что-то - вздохнул, - должны мы осторожность соблюсти, мы их последний шанс. Они - имел в виду и ассасинов и власти вкупе, - не остановятся на них, их будут пытать, а раз видели Вас, то и подавно. Они лишь средство достижения цели, а цель - Вы, - уверен был, - вы и сами знаете это. Ловушка... которую мы должны перехитрить и выбраться из нее. Сунуть голову в пасть, но не дать укусить, - серьезен был.


Робер де Сабле


- Рад это слышать, брат мой.- Положил руку на плечо соратника. Мужчина был очень рад, что в трудную минуту рядом с ним были верные люди. Это придавало сил.

- Ты прав, Дамир. Необходимо нам осторожными быть. Иметь в виду все тяготы, которые мужественно выдерживает пленный и прийти на помощь.- де Сабле посмотрел в сторону девушек и неизвестно когда появившегося Адэвале.- Мне кажется, что способных держать мечь среди нас не так уж и много. Но! Мы должны проникнуть в башню незамеченными, и по возможности уйти оставшись такими же. Ассасины – серьёзный противник. Имей в виду, Дамир. Но ты и так это знаешь. Не думай, что я учу тебя, просто наставляю и…лишний раз быть предупреждённым не мешает.- Кивнул мужчине, задумываясь.- Надо прикинуть примерный план той башни, хотя бы расположение её на карте Иерусалима. Здания вблизи могут быть помощниками как нам, так и врагам.- Незаметно подкрался Адэвале. Он заглянул в каждый угол этой церкви и обнаружил старые, потрёпанные временем, воздухом, водой и огнём карты. Молча передал господину и вновь ушёл. *И где же ты нашёл его, Сашэ?*

- Кхм…итак, пройдём?- Жестом пригласил подойти к столику. Раскинул на нём карту, положив на одну сторону свой меч, а другую удерживая рукой, хоть было и не удобно это.- Знаешь ли ты, где эта башня?


Дамир


Дамир кивнул наставлениям, прошел следом за Робером, изучая его спину к столу, склонился над картой, изучая взглядом, прикидывая расстояние, указал пальцем на небольшую точку в отдалении от остальных строений: - Вот здесь, там нет строений поблизости, много охраны, патрули, в Башне много запасов. Туда легко попасть, а выйти проблема, - вздохнул, - ров, постовой пункт у ворот, казармы, - продолжал говорить, - я жил здесь когда-то, - уточнил между делом, - даже если где-то устроить дебош, чтобы отвлечь стражу, то все равно затруднительно. Даже одному попасть туда трудно, - подчеркнул это слово, - но выйти оттуда с пленными вряд ли, тем более после пыток. Однако, - он задумался - сходив туда, пройдясь по окрестностям я мог бы что-то узнать о дальнейших планах наших соперников, - поднял на него взгляд.


Робер де Сабле


Робер внимательно слушал своего друга. Карта могла сказать о многом, но не о том, сколько там людей и где пленник.

- Я понял тебя, мой друг.- Кивнул. Дамир оказался очень умным и предусмотрительным человеком. Французу нравились такие.- Я не собираюсь идти туда один. Это было бы, как подарок нашим врагам.- Задумался. Посылать сейчас Дамира туда было...С одной стороны – плюс в том, что Дамир уже и так много знает о башне, может получить и новую информацию, но минус – его могли схватить. И тогда Магистру тамплиеров пришлось бы идти и сдаваться. Ведь своего сына он не оставит в тех стенах. Ассасины нашли его Ахилесову пяту, его слабое место. Выманить де Сабле, сделав приманкой Якоба, было очень умно, или же им сильно повезло.

- Дамир,- Положил обе руки ему на плечи и посмотрел в глаза.- Будь осторожен. Узнаешь информацию, не иди сюда. Найди укрытие у башни и жди. Я прибуду туда через время. Встретимся там. Да прибудет с тобой Отец Понимания.- Кивнул, да отпустил от себя тамплиера.

Дамы и Господа?


 
Shollye
Охотник
Дата: Воскресенье, 13.09.2015, 02:47 | Сообщение # 997
.:Tamashi o tabe:.
Группа: Модераторы
Сообщений: 2277
Статус: Offline

Награды: 57
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Иерусалимское Бюро ассасинов>

(ВЕЧЕР К НОЧИ)



Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)

Рафик бюро – Малик Аль-Саиф ст. – Кадар Аль-Саиф мл.


Малик вернулся в бюро ни с чем. Они преследовали Робера, но Кадар был полностью не готов. Он был всего лишь ещё учеником и никогда не ходил на задания. А тут…поимка самого Магистра тамплиеров. Старшему Аль-Саифу приходилось больше следить за младшим, чтобы тот не навернулся с крыши или не попал под стрелы или меч. Петляя, де Сабле пытался сбросить хвост. Ассасин недоумевал, как с такой ватарой подданных тот ухитряется скрываться.

Вот он уже был на крыше, а на земле возле дома бежала цель. Малик чуть опередил их и был готов прыгнуть и нанести удар, но сзади послышалась возня. Кадар боялся перепрыгнуть довольно большое расстояние между крышами и потому пискнул. Благо враги этого не услышали. Да только пока Малик оглядывался на брата, цель умудрилась скрыться из виду, словно провалилась под землю. Ассасин тяжело вздохнул и пошёл назад к брату.

Так они оказались перед рафиком. Старший Аль-Саиф рассказал всё как было, скрыв только, что потерял цель из-за брата.

Цитата AlterEgo «Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)» ()
Взобравшись по стене на крыши, Ассасин выбрался под вечереющее небо и несколькими кварталами добрался до Бюро ассасинов.


Малик узнает эти шаги по крыше бюро из всех. Лёгкие, но в то же время такие тяжёлые и шумные. *Новичок! Вечно так! Думаешь, раз уже почти в бюро, то можно топать и создавать шум, привлекая к себе внимание?! Пф!*

Цитата AlterEgo «Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)» ()
Его приветствовал младший Аль-Саиф, Кадар, и без тени скромности Ла-Аха́д отозвался:

– …Ни удача, Кадар. Мастерство… Наблюдай и учись, – перевёл недвусмысленный адресный взгляд на старшего Аль-Саифа. – …Малик.


В отличие от старшего, младший Аль-Саиф боготворил Альтаира, чем всегда огорчал брата родного. Малик смерил друга холодным взглядом.-…Альтаир.- Вот и всё. Между ними был какой-то холод. Малик считал Альтаира зазнавшимся выскочкой, а не умелым убийцей. На то у него были причины.

Цитата AlterEgo «Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)» ()
– Лейтенант де Сабле (Якоб), его шпион и шлюха (Кармелит, Аяла?) взяты в плен. – сталью в голосе констатировал мастер Альтаир перед неудачливыми братьями и рафиком.


- Не хвались, Альтаир! Сколько раз тебе об этом говорил Повелитель?- Спокойно ответил рассудительный и спокойный старший Аль-Саиф, в то время как младший чуть было не в рот заглядывал своему кумиру.- Ты постарался на славу, поймав в плен это змеиное отродье.- Всё же похвалил, но скупо.

Цитата AlterEgo «Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)» ()
– Я отправлюсь в Башню Справедливости (крепость-тюрьма со сленга ассасинов, гифки у Миры в сл. посту). Хочу выведать у них всё, что они знают. Некоторым удалось бежать. – глянул на Малика, – …В том числе и де Сабле… – не упустил факта, которым снова ткнул Аль-Саифа старшего.

Теперь уже жалел, что похвалил брата. Малик мастерски скрывал свою зависть. Он завидовал этому павлину, кичившемуся своим умением и талантом.
- Всё сказал?- Малик отодвинул Кадара за свою спину, этим жестом говоря тому, чтобы молчал об истинной причине потери цели.

Цитата AlterEgo «Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)» ()
– Нужно найти всех. До единого. – не скрывал своих намерений, – Наша сестра (Мира) едва не погибла в огне их "очищающего костра". Эти чудовища должны умереть в муках. – выразил своё веское мнение Убийца.

- Не тебе решать кому умереть, а кому жить, Альтаир.- Наставлял нерадивого брата Малик.- Мы должны получить перо от рафика,- кивнул в сторону старца за книгой,- которому должно прийти разрешение голубем от нашего Повелителя.- Схватил Альтаира за рукав и заставил посмотреть себе в глаза.- Мы не знаем как и почему здесь оказался де Сабле. Кодекс, Альтаир! Помни о нём! Если ты сейчас нападёшь на де Сабле, то вскроешь глаза многим о нашем существовании. Мы НЕ МОЖЕМ нападать СЕЙЧАС на де Сабле. Ты меня слышишь? Услышал ли?- Говорил как с маленьким ребёнком Малик. Он фыркнул в лицо Альтаира и повернулся полу боком.-Всему своё время, Альтаир.

Альтаир?


 
Mia111
Охотница
Дата: Воскресенье, 13.09.2015, 04:53 | Сообщение # 998
★Сияющий Пегас ★
Группа: Аллергия на флуд
Сообщений: 2022
Статус: Offline

Награды: 83
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, ИЕРУСАЛИМ

тюремная Башня>

(ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР)



Назир (Джулиан) – Мира Наир (Кьяра)

Ангел Кармелит (Дантей)

Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси)

Якоб Александр (Альтаир)


Цитата Strangerous "Якоб Александр" ()
- Прошу прощения, святой отец. - подал ненавязчиво голос, - Но, кажется, моя очередь? Никто не возражает? - и обратился через решетку к соседке, - Мокроглазка? Будешь воровать дальше..., - пригрозил по-соседски, - и Господь не убережет тебя... - сокрушенно покачал головой, подшучивая, - Это что же ты такое утащила на этот раз? - прыснул и в пушистой улыбке растянулись его губы, - ...А Вы, святой отец? Похоже, мы с Вами были не осторожны в своем долге? - ирония над самим собой.
(с) Brook


- «Не осторожны в долге», - повторил он, задумавшись на миг, - легко идти по Пути без препятствий, но верен ли этот Путь? Плохо живет тот, кто знает о Пути и имеет силу, но не следует ему, тот, кто удовлетворен в своем сердце, видит добро повсюду и во все времена, - он замолчал, набираясь сил, прикрыл глаза, заговорив, пересиливая слабость:

- Однажды случилось так, что трое святых шли вместе через лес.
Всю свою жизнь они самоотверженно трудились: один был последователем пути преданности, любви и молитвы; другой — пути знания, мудрости, интеллекта; третий —действия, служения, долга.
Несмотря на то, что они были самоотверженными искателями, они не достигли желаемых результатов, не познали Бога.
Но в тот день произошло чудо! Неожиданно начался дождь, они добежали до маленькой часовеньки, протиснулись внутрь и прижались друг к другу. И вдруг, когда они коснулись друг друга, они почувствовали, что их уже не трое. Вздрогнув от удивления, они взглянули друг на друга. Явно чувствовалось высокое присутствие.
Постепенно оно становилось все более видимым и излучающим. Они увидели божественный свет!
Они упали на колени и взмолились:
— Господи, почему Ты вдруг пришел? Мы трудились всю жизнь, но не удостоились такой чести — видеть Тебя. Почему вдруг сегодня это случилось?
И Бог сказал:
- Потому, что сегодня вы здесь все вместе. Коснувшись друг друга, вы стали одним целым и поэтому смогли увидеть меня. Я всегда был с каждым из вас, но вы не могли меня проявить, потому, что вы были лишь фрагментами…


Цитата Strangerous "Якоб Александр" ()
- Я бы исповедался..., да здесь леди... - с ложным упреком покосился на стену, хлопнув по камню ладошкой.
(с) Brook


- Исповедь, сын мой, может быть и прилюдной, твой выбор, так было когда-то и Богу важен сам факт раскаяния, а не то, сколько народу слышало его, но чтобы открыться перед священником наедине нужно одно мужество, а перед народом – другое… - замолчал, не договорив, не мешая им, разговор их был прерван лязгом решетки.




Мой протест утих –
Я в руках твоих,
Дай выпить из них мне яда,
Кровь пролей мне, если надо,
Убей без пощады!
(Ария Иисуса Христа "Гефсимания" (вольный перевод)







Цитата AlterEgo "Назир (Джулиан Сакс)" ()
Прихватив знаком с поста двух надзирателей, Назир дал им указ выволочь мужчин и утащить в дальнюю часть помещения от камер, где был грубо обустроен пыточный угол для допросов:


Ангел не пошевелился даже, когда его подняли. Пребывая в темноте, он уловил лишь теплоту, что отбрасывали факелы и чуть более свежий воздух, чем в темнице. Народу прибавилось, слышались шорохи, какая-то возня, как вдруг как гром среди ясного неба раздались гневные слова того, кого не видел он сейчас.

Цитата AlterEgo "Назир (Джулиан Сакс)" ()
– Ты! Собака! – ухватил его за грудки одной крепкой рукой мечника и дёрнул к себе, – Как посмел ты высмеять проводы человека в Сады Аллаха!? – налились гневом, а после и горячими злыми слезами его ореховые глаза. Араб недоумевал! Самое сакральное действо в жизни человека – его похороны, и Неверный сыграл маскарад в тот священный для Назира и его семьи день!


Гневная тирада, полная злобы и ненависти, но в тоже время грусти с болью. С трудом он понял, о чем речь была, припомнив те похороны, на которые привело его видение.

Он поднял голову с трудом на пламенные речи говорившего, когда его схватили уверенной рукой, почувствовав дыхание чужое, пропитанное злобой:

- Я разделял с тобой твою утрату и молился за него в тот темный день, когда убийство было совершено. Однако, разум твой был затуманен горем и ты нарушил добровольный выбор брата своего о смене веры, - его поволокли куда-то, стукнув о что-то твердое, щелкнули кандалы, подвесив его тело на цепях безвольно.

Суставы заломило, вывернув, принимая тяжесть тела, ведь опоры под ногами почти не было, голова и спина откликнулись удар глухой болью… Впрочем, боль уже стала его попутчиком незримым и невидимым, внутри горело все, обжигая будто горшок в печи, тело не справлялось с пришельцем в теле, но Ангел продолжил хрипло, - брат твой, как и я рожден был здесь, на землях этих, но посчитал достойной веру чуждую тебе – вот корень зол меж вами. Ответит каждый за грехи свои, и он, и я, и ты… Не грех ли разве хоронить и отпевать по законам вашим того кто был привечен верою другой? Чего хотел бы брат твой? Чтоб подержали выбор его на смертном одре или попрали веру его? – он не ждал ответа от него, задохнулся, когда на горле сжались стальные тиски его рук, слепыми глазами пытался определить куда смотреть, прохрипел, - моя вина лишь пред тобой и твоей семьей за заблуждение, к которому прибегнуть должен был для выполнения долга пред братом твоим. За это я прошу прощения, - признавая это, захрипел, когда пальцы сжались вновь.

Он ожидал такой реакции и не надеялся на прощение из уст его, однако так ему велела вера. Нельзя получить прощение, не прося о нем. Из глаз брызнули слезы, стекая по щеке вниз, убегая на шею, пальцы чуть разжались, мужчина отдал приказ, - Де Сабле… - повторил тихо в растерянности. Он не знал о ком речь, но разве это важно было, ничего бы не изменилось для него.

Его вновь дернули, змеей шепнув на ухо:

- Бог всегда со мной, - и замолчав на миг, продолжил, - за столетия ничего не изменилось… - добавил грустно, - что ж раз людская жизнь так мало стоит, так умой свои руки моей кровью, да простит тебя твой Аллах, как я прощаю. «Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Евангелие от Луки. 23:33-34) - он замолчал.

Цитата AlterEgo "Назир (Джулиан Сакс)" ()
– Испытывал ли ты достаточную боль, чтобы отказаться от своих слов, ...монах? – вперся глазами в его глаза, – Ты заступился за де Сабле, стало быть, ты знаешь его. И знаешь о его планах и убежище? – предположил Назир, взявшись за ворот мантии монаха да уверенно рванул, – Скажи об этом сейчас, и ты облегчишь свою участь.


Ангел услышал треск ткани и почувствовал прохладу на коже, что пробиралась внутрь, но тут же вспыхнувший неподалеку огонь «лизнул» его своим дыханием, обогревая. Чуть приподнял подбородок, поняв, о ком говорит его мучитель:

- Я христианину помощь оказал, как следует - прохрипел, пересохшим ртом, вновь опуская голову, что была слишком тяжелой. Он молчал, не сотрясая понапрасну воздух словами, что разбивались о глухую стену, лишь удивленно всхлипнул, услышав про главу тамплиеров.

Цитата AlterEgo "Назир (Джулиан Сакс)" ()
– Зачем Глава этих собак тамплиеров прибыл в Иерусалим? Что он замышляет? Кто покрывает его? – потребовал вспыльчивый араб, принимая от палача раскаленную кочергу с плоским зияющим наконечником и прижал к влажной белой коже пленника с боку, не торопясь ее отнимать.


*Что ж выходит, то воля Господа была. Я унесу с собой в могилу эту тайну…Только бы они добрались до места* - подумал про себя, ведь не уверен был ни в чем, пошли ли они в ту церковь аль избрали путь другой.

Яркая ослепляющая боль пронзила тело его, молнией ударило в виски, не позволяя протолкнуть, сквозь невесть откуда взявшийся ком в горле, даже малейший стон, отзываясь каждым нервом полуобнаженного измученного тела. Под кожей прокатились мучительные судороги, но монах молчал, не издав ни звука, не шевельнувшись на цепях, терпя, отсчитывая про себя мгновения. Пахнуло горелой плотью и мясом, звон в ушах с каждым биением сердца мерил мгновения, добавляя вес каждому из них. Звон в ушах бился и прыгал, разрывая связные мысли на клочки, но тут внезапно он почувствовал облегчение и чужое присутствие с благостью неимоверной, слова бархатом раскатились по нутру, давая бесконечную веру:





- Я помогу, - легкий шелест гласа чуждого, но прекрасного, что разделял с ним боль сейчас, - прости нас за вмешательство в твою жизнь, - сокрушался глас, разливаясь теплом изнутри, - мне жаль, что довелось тебе через это все пройти. Вера твоя и стойкость достойны восхищения, Ангел Кармелит. Теперь я понимаю почему… - он замолчал, не договорив, не желая открывать ему запретного, украдкой принимая очередную волну боли на Разум свой, оберегая как невесомым покровом хрупкую человеческую душу, почувствовав сопротивление чужое, он прошептал, - не стоит брать так много на себя. Моя вина то, не спорь, я знаю все, что хочешь мне сказать. Ты защищал людей своей веры, я защищаю своих друзей, а вместе мы – спасаем будущее. Путаны мои слова, быть может, но однажды ты все поймешь и не сердись на Терру, она не виновата в своем решении, запомни это.




Цитата AlterEgo "Назир (Джулиан Сакс)" ()
И кочерга стала касаться и прилипать к разным частям плоти.
Затем тряпка, которая прежде была рясой, была содрана окончательно и спала бесформернным облаком у босых ног. По зияющим обоженным ранам захлестала плетка с узелками на хвостах.


Боль вспорола предплечье, вскипая изнутри, поднимаясь в самых разных местах кусками и локальными взрывами. Плечо, кисть, солнечное сплетение, бедро, икры. Боль пульсировала по всему телу, пропадая так же быстро, как и приходя. Зажмурился, чувствуя, как в мозг стучится раскаленный молот, мотнул слабо головой, в надежде прогнать глухой звон, пришедший на место боли, но получил новую порцию ощущений, заставивших снова пытаться сдержать рвотный позыв. Припухшая кожа казалась огненной на ощупь и вся горела, взрывалась вновь стремительной сильной болью до звездочек в глазах, до замирания сердца в груди, до прерывания пульса в теле, но он позволил чужому ослепительному Свету затопить его, разделять с ним боль, доверившись, будто родному кому-то, ощущая благодать и веру, позволяя увести себя из этого темного подвала, подальше от происходящего, но не в силах бросить его одного, монах остался подле, впитывая знания пришельца. Теперь он понимал отчего так жгло внутри, происходящее казалось ему сказкой, за спиной будто выросли крылья, готовые унести его в вышину, показать новый неизвестный мир ему, чудеса, которых он не видел никогда, все остальное отступало и привыкалось, осознавалось по-другому.








*- Сосуд твой не может принять полностью мой Разум, не человек я, - отвечал глас на его вопросы чуть растягивая гласные, - оттого тебе больно, мы рождаемся не такими как люди, но живем среди них.



*- Ты – Ангел? Как ты оказался здесь? В моем теле? – спросил монах благоговейно.




* - Нет, но близок к ним, - чуть улыбнулся, ища выход из этой ситуации, - это долгая история, - вздохнул, - мы из будущего, я не один здесь, те люди, что видел ты тогда, что двоились в очах твоих, в них по два разума как в тебе сейчас, их нужно было защитить. Ангел, позволь мне сделать кое что, так будет лучше, доверься… - замолчал, позволяя человеку принять решение свое.



* Хорошо, - согласился Ангел, доверяясь ему полностью.*




Распятое на цепях тело, едва заметно пошевелилось, приоткрыв глаза, в которых появились блики вместо темноты кромешной, захрипел едва слышно, прошептав пересохшими губами:
- Воды, - иначе он не мог говорить, закашлялся от сухости и жара, что пропитывал все тело его, прильнул к глотку воды, что поднесли ему, освежая рот, выдохнув затем, едва слышно, - каменоломни Соломона, они там – вновь закрыл глаза, позволяя телу обмякнуть на цепях.




Назир


 
AlterEgo
Охотница
Дата: Воскресенье, 13.09.2015, 12:40 | Сообщение # 999
Гость
Группа: EliteGamer
Сообщений: 46
Статус: Offline

Награды: 0
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, ИЕРУСАЛИМ

тюремная Башня>

(ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР)



Назир (Джулиан) – Мира Наир (Кьяра)

Ангел Кармелит (Дантей)


Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси)

Якоб Александр (Альтаир)


Цитата Mia111 "Ангел Кармелит" ()
- Я христианину помощь оказал, как следует - прохрипел, пересохшим ртом, вновь опуская голову, что была слишком тяжелой. Он молчал, не сотрясая понапрасну воздух словами, что разбивались о глухую стену, лишь удивленно всхлипнул, услышав про главу тамплиеров.

– Помог христианину, как следует? – вторил скептично и с упёрком, – Ты сам христианин, а вы едины в сговоре. Всегда держитесь общиной, как стая шакалов. – выплёвывал ассасин в лицо монаха, – Ты должен знать. – утверждал Назир, не сомневаясь в этом.

Зачерпнул какой-то миской из ведра воды, в которой палачи омывали руки после дел, да сунул в губы своего пленника, лишь тот изрёк нужные слова.

Где-то с другого конца помещения раздался смех:
"– Ахахаха! Вот! Женщина! Что ты можешь знать о пытках? – смеялся хриплым скрипучим голосом, – Залезла бы в штаны, всё бы выложил как на духу! – и с раскатистым смехом над неумехой-женщиной, сокрушённо качая головой, прошёл к другому пленнику (Кармелит), по указке Назира окатив того с ведра солёной водой в лицо, где губы молили о глотке воды. Только мужчина знал о страхах мужчины, его самых слабых местах, и потому с несчастного монаха ножом срезали штаны, – Во! Хороши! – оценил ткань, – На тряпки-то пойдёт. – закинул из себе на плечо, да забрав ведро, ушёл."


Цитата Mia111 "Ангел Кармелит (Дантей)" ()
- Воды, - иначе он не мог говорить, закашлялся от сухости и жара, что пропитывал все тело его, прильнул к глотку воды, что поднесли ему, освежая рот, выдохнув затем, едва слышно, - каменоломни Соломона, они там – вновь закрыл глаза, позволяя телу обмякнуть на цепях.

Получив же ответ, Назир скептично окинул взглядом христианского мученика, на обнажённом теперь теле которого заманчиво играли языки пламени от очага и факелов:
– Правду ли ты говоришь, монах? – прищурился скептично своими ореховыми глазами в длинных чёрных ресницах.

Его объяло сомнение. Не видел он на лице монаха страха или излишней муки, что могла бы разговорить его. Как будто решение сказать далось ему так просто. Обернулся Назир к дальнему стражу, но передумал говорить, придержав язык. Ему была нужна сейчас не должность и повышение, а взять де Сабле. Тогда он смекнул...

– Смотри монах, – начал с угрозы, – если слова твои ложь... – шумно вдохнул, набираясь терпения, – Я слышал, что монахи-мужчины, не мужчины. Вы держите обед безбрачия? – недобрый взгляд, полный жестокости, – Думаю..., сей довесок тебе в тягость? – грубо ткнул плетью вниз живота пленника, – ...Я собственноручно, – той же плетью ткнул тому под подбородок, – избавлю тебя от сей обузы. – и отступил, обернувшись к надзирателю в стороне, – Не давайте ему пить. Осыпьте солью! – и снова взгляд на монаха, – ...Быть может, вспомнит что-нибудь ещё? – неясный вопрос, но с ясным намёком.

Откинул плеть на стол и тяжёлым шагом удалился в коридор.

Буря двух сознаний в одном теле сводила это тело с ума, соперничая за право управляться этим самым телом. Отвращение подселенца смешалось с собственными противоречиями, и Назир пошатнулся в коридоре. Неуместный приступ головокружения.

Он уперся в стену рукой. Ленивый порыв тошноты, и он упёрся в стену и второй рукой, да содрогнувшись, опорожнил желудок скудными остатками обеда на пол. У этого отвращения было большое содержание. Братоубийство было тем ещё деянием, убить туже плоть, из которой рождён сам, невежество на похоронной церемонии, и гнусные деяния рук своих в той комнате, что осталось за спиной.

Долг был долгом, но две души в одних доспехах были живыми и сошлись на омерзении происходящего. Один за то, что никогда не заходил так далеко, другой за то – что это ему чуждо от рождения и воспитания в другой уже эпохе.


«Мы так привыкли притворяться перед другими, что под конец притворяемся перед собой.»
/Франсуа де Ларошфуко/
 
Mia111
Охотница
Дата: Воскресенье, 13.09.2015, 13:05 | Сообщение # 1000
★Сияющий Пегас ★
Группа: Аллергия на флуд
Сообщений: 2022
Статус: Offline

Награды: 83
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, ИЕРУСАЛИМ

тюремная Башня>

(ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР)



Назир (Джулиан) – Мира Наир (Кьяра)

Ангел Кармелит (Дантей)


Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси)

Якоб Александр (Альтаир)






Цитата AlterEgo "Странный человек" ()
Где-то с другого конца помещения раздался смех:
"– Ахахаха! Вот! Женщина! Что ты можешь знать о пытках? – смеялся хриплым скрипучим голосом, – Залезла бы в штаны, всё бы выложил как на духу! – и с раскатистым смехом над неумехой-женщиной, сокрушённо качая головой, прошёл к другому пленнику (Кармелит), по указке Назира окатив того с ведра солёной водой в лицо, где губы молили о глотке воды. Только мужчина знал о страхах мужчины, его самых слабых местах, и потому с несчастного монаха ножом срезали штаны, – Во! Хороши! – оценил ткань, – На тряпки-то пойдёт. – закинул из себе на плечо, да забрав ведро, ушёл."


Посторонние голоса врезались в его мирок и какое-то уединение с Гласом внутри, но не пошевелился он, лишь плотнее зажмурил глаза, чувствуя новый приступ боли от соли, что разъедала обожженную кожу, стекая по шее, груди и спине, даруя странное краткое облегчение, что сменялось болью и желанием разодрать кожу руками. Едва слышно выдохнул, расслабляя тело, позволяя гласу продолжить. Его раздели окончательно, о чем возвестили слова чужые, тело же почти уже ничего не чувствовало кроме боли, затекая на цепях.

Цитата AlterEgo "Назир (Джулиан Сакс)" ()
Получив же ответ, Назир скептично окинул взглядом христианского мученика, на обнажённом теперь теле которого заманчиво играли языки пламени от очага и факелов:
– Правду ли ты говоришь, монах? – прищурился скептично своими ореховыми глазами в длинных чёрных ресницах.


Ангел вновь приоткрыл глаза через силу, глядя перед собой, сглотнул мучительно через ком в горле, но смолчал, чувствуя как губы рвутся под укусами собственных зубов.

*- Он сомневается, - прошептал глас, - я чувствую.*

Цитата AlterEgo "Назир (Джулиан Сакс)" ()
– Смотри монах, – начал с угрозы, – если слова твои ложь... – шумно вдохнул, набираясь терпения, – Я слышал, что монахи-мужчины, не мужчины. Вы держите обед безбрачия? – недобрый взгляд, полный жестокости, – Думаю..., сей довесок тебе в тягость? – грубо ткнул плетью вниз живота пленника, – ...Я собственноручно, – той же плетью ткнул тому под подбородок, – избавлю тебя от сей обузы. – и отступил, обернувшись к надзирателю в стороне, – Не давайте ему пить. Осыпьте солью! – и снова взгляд на монаха, – ...Быть может, вспомнит что-нибудь ещё? – неясный вопрос, но с ясным намёком.


Повисла пауза, что будто стена разделяла их с мучителем. Монах молчал, не издавая звука, ожидая решения чужого. Он понимал, что сделать глас хотел и был согласен с ним. Наконец, мучитель договорился с собой и произнес угрозу ожидаемую.

Низ живота содрогнулся от удара, сводя дыхание, слушая слова его, которые возможно бы и устрашили, не откажись он давно даже от мысли разделить ложе с женщиной. Мотнул лишь головой, когда подняли подбородок, подумав про себя:

*Ты итак мне помогаешь, не ведая того…Очищаешь…*

Угроза странною была на взгляд монаха, ему грозили тем от чего отрекся он когда-то, обет же заключался в усмирение плоти от соблазнов, а отрезать - одним соблазном меньше. Боль… и унижение… они же форма искупления. К тому же они оба со стражем знали, что выйдет он отсюда лишь на эшафот аль погибнет в этих стенах. Не дрогнул он и ответил сам уже, не пустив глас, что предупреждал внутри, переживая. Не оттого, что сомневался в стойкости его, опасался, что гибелью то может стать.

- Я ответил, больше мне нечего сказать, - остался верен он себе и Господу, услышав удаляющиеся шаги, прикрыл глаза устало, ожидая ударов соли, что били как хлыстом наотмашь, въедаясь в кожу, смешанную с кровью, что медленно стекала на пол, струясь по телу. Отсчитывал мгновения боли, роящиеся на самой кромке подсознания, рвущиеся в голову и пронзающие мозг раскалёнными иглами, стискивая зубы, сбивая дыхание, сохраняя молчание свое, деля на двоих невзгоды. Он простил и мучителя, и свидетелей, и остальных. На удивление становилось легче, физическая боль пульсировала по всему телу, не переставая, но на душе было светло. Единственное что тревожило, те другие, которых отправил он в церквушку. Глас молчал, не мешая его молитве о них и об искуплении и прощении для мучителя, который не знал, что творил собственными руками.

Якоб
Мирра
Аяла
гости


 
MirVokrug
Охотница
Дата: Воскресенье, 13.09.2015, 16:02 | Сообщение # 1001
Гость
Группа: EliteGamer
Сообщений: 20
Статус: Offline

Награды: 0
Без лишней скромности писалось))))

<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Иерусалимское Бюро ассасинов>

(ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР К НОЧИ)



Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)

Рафик бюро – Малик Аль-Саиф ст. – Кадар Аль-Саиф мл.



Орёл Масиафа был горд собой сегодня, как никогда, и не скрывал этого. Ещё одно подтверждение, что среди братьев он – лучший в этом поколении. Он кичился собой и своей удачей, и знал, что Повелитель обязательно узнает, кто выполнил работу, а кто провалил. Последние месяцы особо шли на руку Орлу. Успех за успехом, и «Лучший в Братстве» скоро станет нарицательным самому имени его – Альтаир ибн Ла-Аха́д.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
Малик смерил друга холодным взглядом.-…Альтаир.- Вот и всё. Между ними был какой-то холод. Малик считал Альтаира зазнавшимся выскочкой, а не умелым убийцей. На то у него были причины.

– Мир и покой тебе, – подчеркнув, отозвался не без насмешки Ла-Ахад, – …Малик. – хлестнул взглядом янтаря своих орлиных глаз по раздражённому товарищу.

Что Аль-Саиф старший недолюбливает его, он знал и чувствовал это в каждом его упрёке и замечании, в каждом его косом взгляде. Потому особо сладким было в очередной раз щёлкнуть ворчуна по носу. Тот много говорил, но когда доходило до дела… Альтаир усмехнулся своим думам, считая, что видит зависть товарища насквозь не хуже, чем его орлиные глаза выискивают добычу из толпы простого люда.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Не хвались, Альтаир! Сколько раз тебе об этом говорил Повелитель?- Спокойно ответил рассудительный и спокойный старший Аль-Саиф, в то время как младший чуть было не в рот заглядывал своему кумиру.

Что могло быть лучшим комплиментом этому убийце в белом с янтарными глазами? Восхищение одного брата и ядовитая зависть другого, прикрытая ложной осторожностью и поучительством.

Прошёлся до столешницы стойки бюро, за которыми расположились полки с книгами:
– Мои победы окрыляют меня. – заявил, отказываясь от сколько-нибудь приличной скромности, оперся поясницей о стойку, – …В то время как другие терпят поражения и упрекают тех, – многозначительно осел на локти в праздном снисхождении, – …кому это удалось. – дёргал этого чёрного кота Малика за хвост.

– Устыдись, Малик. – парировал другой стороной одной медали, – Ты поносишь того, кто сделал свою работу хорошо. Твоя зависть не прикрыта. – раскусил товарища на глазах его же младшего брата.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Ты постарался на славу, поймав в плен это змеиное отродье.- Всё же похвалил, но скупо.

Принял поклоном этот жест одолжения, но не торопился отпускать хвост Малика, преподавая ему урок поражения:

– Что говорит Повелитель о тех, кто завидует другим? Ты помнишь, Малик? – вдруг начал он, чуть наклонил голову, покрытую капюшоном, скрывая янтарное высокомерие своих глаз над снисходительно играющей улыбкой, да проговорил характерными Повелителю словами, расставленными особо поучительной интонацией, – «Кто завидует другим… тот слаб.» – и сделал тот же повествующий жест открытой ладонью, что и повелитель, – Я удивлён, что ты забыл это. – небрежно свесил руку.

Ла-Ахад запоминал ровно то, что можно было использовать в деле, …или в споре.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
Теперь уже жалел, что похвалил брата. Малик мастерски скрывал свою зависть. Он завидовал этому павлину, кичившемуся своим умением и талантом.

– Твоя осторожность оставит тебе трусливой крысой за углом дома. – поворотил взгляд в сторону окошка под потолком, служившим и дополнительным источником света и вентиляцией в сыром помещении, что всегда было закрыто.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Всё сказал?- Малик отодвинул Кадара за свою спину, этим жестом говоря тому, чтобы молчал об истинной причине потери цели.

– Всё ли ты услышал из того, что я сказал, Малик? – продолжил словестный спарринг, – Или быть может, мне стоит повторить?

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Не тебе решать кому умереть, а кому жить, Альтаир.- Наставлял нерадивого брата Малик.- Мы должны получить перо от рафика,- кивнул в сторону старца за книгой,- которому должно прийти разрешение голубем от нашего Повелителя.

– И не применно получим. Или получили бы. – самоуверенно заявил будущий Легенда, глянув на рафик за своим плечом, а тот сокрушённо качал головой, – Если же нужно определить приказ, который своими праивла ставит под угрозу успех дела, я перешагнул через него. Ибо это всё лишь условность. «Ничего не истинно – всё дозволено». – не побрезговал в очередной раз спекуляцией на девизе Братства.

Он трактовал эту священную фразу в угоду себе и не считал это зазорным. Ни что не истинно – ни что: ни страхи, ни правила, ни убеждения, ни осуждения. И всё дозволено – ни что не связывает тебе руки, только пустые домыслы и чужие россказни. И потому он свободен, свободен как Орёл, чьим именем его нарекли ещё при рождении.

Оттолкнулся от стойки и зашагал гибкой хищной походкой в сторону угла для отдыха, где были расстелены ковры, разложены подушки, стоял столик с бедными, но всё же закусками, кальян и кувшин воды. В Бюро считали, что вино к кальяну: «Это уже слишком! Выбирайте что-то одно!» - и упрямая поза рафика.

Глянул на старшего Аль-Саифа – усмехнулся его гневным желвакам. Перевёл взгляд на младшего – усмехнулся уголком острых губ, отмечая что «вот – Он, Альтаир, и есть образец для подражания в Братстве», а не этот книжный червь Малик.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
Схватил Альтаира за рукав и заставил посмотреть себе в глаза.- Мы не знаем как и почему здесь оказался де Сабле.

Они знакомы с детства. Он и оба брата Аль-Саифа. Они были одной дружной троицей, всегда поддержали друг друга, вместе гуляли, вместе восхищались старшими воинами, вместе шалили, вместе получали позгами, но… в 11 лет его жизни всё изменилось. Отец пожертвовал собой, а им пожертвовало Братство. Его считали хорошим воином и достойным человеком, и Ла-Аха́д желал всем сердцем преумножить эту славу своими деяниями. Он его кровь от крови, плоть от плоти.

– Я выясню это для Тебя, Малик. – ущипнул того за гордость ещё раз, подчёркивая, – Раз тебе, слабый ты человек, так нужно знание, которое ты не можешь добыть сам, я добуду его тебе и поднесу на серебряном блюде с кувшином вина и фруктами. – выдёрнул локоть.

Не считая важным слушать поучения того, кто не доказал, что его рассуждения и советы верны на своём собственном примере, Альтаир повернулся к нему спиной и зашагал мягкими сапогами к коврам.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Кодекс, Альтаир! Помни о нём! Если ты сейчас нападёшь на де Сабле, то вскроешь глаза многим о нашем существовании. Мы НЕ МОЖЕМ нападать СЕЙЧАС на де Сабле. Ты меня слышишь? Услышал ли?- Говорил как с маленьким ребёнком Малик.

И только снисходительно глубокий снисходительный смех, каким Великие насмехаются над Низшими. Вот был ответ Альтаира для Малика.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
Он фыркнул в лицо Альтаира и повернулся полу боком.-Всему своё время, Альтаир.

Но справедливости ради, Альтаир и сам знал, что сейчас, после того как он явил себя очам городской стражи и лейтенанту де Сабле, он не мог быть уверен, пополз ли по городу слух, что ассасины в Иерусалиме начали действовать. Впрочем, после сегодняшней облавы де Сабле и его псы не высунут носа на улицу до рассвета.

– Не беспокойся. До рассвета у нас есть личное время. Отдохнём. – многозначительно. – Как только Назир вышлет птицу с вестями, – назначал тому место встречи, – я приму решение о наших дальнейших действиях. – без стыда и совести, без сомнения и страха взял ответственность на себя.

– А сейчас, брат мой, – фамильярно, – с твоего позволения, – подчеркнул нарочно, – я отдохну. – кивнул совсем ни в знак просьбы о позволении, а поставил перед фактом.

Усмехнулся и шагом победителя прошёл к подушкам. Отстегнул ремни, меч с ножнами приставил к стене, а защиту с чехлами для ножей и клинков сложил тут же. И в этом жесте было у него больше уважения, чем к присутствующим. Стянул сапоги и приставил туда же, да опустился на подушки.

Подгрёб к себе подушку под спину, снял трубку кальяна, подтянул к себе и сделал глубокую затяжку… Из-под уголка ковра у стены он, выгнув спину, сунул руку и вынул одну книжонку… Её он стащил из библиотеки в Масиафе с полки «искусство разведки и шпионажа». Книжна была…, скажем, не для мужских глаз. Точнее, в Масифе её не подавали воинам, во избежание излишнего раздражения плоти…, но зато женщин заставляли учить наизусть. Картинки «об искусстве искушений». Вот чем была интересна эта книга мужской части гарнизона в Масиафе. Её сейчас и полистывал Ассасин… Тем более, было для кого просвещаться.



Братцы-неудачнички? ^___^


«Каждый человек – это мир, который с ним рождается и с ним умирает, под каждой могильной плитой лежит всемирная история.»
/Г. Гейне/


Сообщение отредактировал MirVokrug - Воскресенье, 13.09.2015, 16:05
 
Shollye
Охотник
Дата: Воскресенье, 13.09.2015, 17:13 | Сообщение # 1002
.:Tamashi o tabe:.
Группа: Модераторы
Сообщений: 2277
Статус: Offline

Награды: 57
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Иерусалимское Бюро ассасинов>

(ВЕЧЕР К НОЧИ)



Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)

Рафик бюро – Малик Аль-Саиф ст. – Кадар Аль-Саиф мл.


Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– Мир и покойте тебе, – подчеркнув, отозвался не без насмешки Ла-Ахад, – …Малик. – хлестнул взглядом янтаря своих орлиных глаз по раздражённому товарищу.

- С тобой у меня нет ни того, ни другого.- Фыркнул в ответ на насмешку брата. Малик оглядывал его на предмет ранений или же каких-то увечий. Аль-Саиф помнил слова повелителя, что с Альтаиром ничего не должно случиться, что он должен выжить. Нянчиться Малику с другом было не неприятно, но тот своим высокомерием отбивал всякое желание ему помогать. Только останавливало его высказать всё в лицо Альтаира их старая дружба, да и их отцы были словно братья.

Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– Мои победы окрыляют меня. – заявил, отказываясь от сколько-нибудь приличной скромности, оперся поясницей о стойку

- Хорошо сказано.- Отметил литератор в арабе. Это была очень красивая и богатая фраза. *Всё же иногда ты говоришь очень мудрые вещи…*

Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
…В то время как другие терпят поражения и упрекают тех, – многозначительно осел на локти в праздном снисхождении, – …кому это удалось. – дёргал этого чёрного кота Малика за хвост.

Малик скривился, будто съел лимон.- Мудрые слова не делают дурака мудрецом, Альтаир. Не кичись и не хвастайся. Чем выше ты взлетаешь, тем больнее будет падать, а земля жестока к таким как ты.- Сдержал гнев в сосуде своего сердца. Аль-Саиф знал, что Ла-Ахад просто пытается вывести его из себя, но на забаву брату Малик не будет даже реагировать на его слова.

Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– Что говорит Повелитель о тех, кто завидует другим? Ты помнишь, Малик? – вдруг начал он, чуть наклонил голову, покрытую капюшоном, скрывая янтарное высокомерие своих глаз над снисходительно играющей улыбкой, да проговорил характерными Повелителю словами, расставленными особо поучительной интонацией, – «Кто завидует другим… тот слаб.» – и сделал тот же повествующий жест открытой ладонью, что и повелитель, – Я удивлён, что ты забыл это. – небрежно свесил руку.

У Малика было сомнительное превосходство над Альтаиром. Он родился раньше, а значит, был старше, да только никогда не применял это превосходство на деле. Хотя один раз в детстве попытался ужалить друга этим, да только получил наказание от отца своего и порицание отца Альтаира. С тех пор Аль-Саиф держал язык за зубами.

Старший из действующих ассасинов смерил младшего тяжелым взглядом.- Я вообще удивлён, что ты хоть что-то запомнил, Птенчик.- В детстве они дразнили друг друга значением своих имён, нарочно умаляя их значение.- Не зависть движет мою, брат. А осторожность. Кто-то из нас должен соблюдать кодекс. Мы работаем в паре. Если ты плевал с высокой колокольни, то я должен быть осторожен за нас двоих.

Цитата MirVokrug"Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– Всё ли ты услышал из того, что я сказал, Малик? – продолжил словестный спарринг, – Или быть может, мне стоит повторить?

- Не утруждай себя, устанешь от произношения трудных слов. Я же не могу допустить, чтобы ты не сможешь на утро говорить даже своё имя.- Язвил Малик. Он отослал Кадара к рафику, чтобы тот дал юному ученику задание. Рафик написал письмо, скрутил в трубочку и передал Кадару. Младший Аль-Саиф должен доставить письмо повелителю немедля.

Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– Если же нужно определить приказ, который своими правила ставит под угрозу успех дела, я перешагнул через него. Ибо это всё лишь условность. «Ничего не истинно – всё дозволено». – не побрезговал в очередной раз спекуляцией на девизе Братства.




- Альтаиррр!!!- Зарычал теряющий самообладание вспыльчивый ассасин.- Ты ведь так и не понял за все годы что значит наше кредо! Альтаир! Нельзя быть таким беспечным куском навоза.- Шагнул в сторону брата, да только что он мог сделать? Малик провалил задание, Альтаир выполнил, Малик слабее Альтаира, да и затевать драку в бюро было категорически нельзя. Аль-Саиф сжал кулаки и отвернул голову в сторону, унимая пожар негодования.- Я не позволю тебе перешагнуть через правило.

Они всегда были вместе. Сколько себя помнил Малик. Они были братьями ближе, чем любой из братства. Иногда араб думал, что Альтаир роднее, чем Кадар, но всё изменилось. Альтаир потерял отца и закрылся от мира, а потом что-то случилось, и он воспарил над Масиафом. Сначала Малик радовался такому изменению, но после понял, что брат возгордился, оторвался от земли и не может или же не хочет вернуться. Аль-Саиф старался помогать Ла-Ахаду, всегда держался рядом, даже когда хотел убить этого белого орла. Возможно он и правда завидует таланту брата, но не признаётся себе. Открытую неприязнь Малик показал лишь тогда, когда его задел факт того, что его родной брат Кадар желает подрожать Альтаиру, а не ему, стать каким как Альтаир, а не он, быть ассасином как Альтаир, а не он. Малик злился. Он злился на друга, так как не мог злиться на наивного и доверчивого Кадара.

Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– Я выясню это для Тебя, Малик. – ущипнул того за гордость ещё раз, подчёркивая, – Раз тебе, слабый ты человек, так нужно знание, которое ты не можешь добыть сам, я добуду его тебе и поднесу на серебряном блюде с кувшином вина и фруктами. – выдёрнул локоть.

- Не утруждай себя.- успокоился Малик, предавшись воспоминаниям о детстве.- Ты ведь ни разу сам не выяснял для себя информацию о цели. Всегда всё это делали для тебя.- Уколол орла черный ворон.

Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– А сейчас, брат мой, – фамильярно, – с твоего позволения, – подчеркнул нарочно, – я отдохну. – кивнул совсем ни в знак просьбы о позволении, а поставил перед фактом.

- Мира и покоя тебе, брат- Выцедил из себя слова Малик, в то время как желал сделать совсем другое *Настанет время и ты пожалеешь о своём высокомерии, Альтаир.* Макик обсудил дальнейшие действия с рафиком бюро и тоже отправился на подушки. Он очень любил книги, потому заинтересовался, что же там читает Альтаир.

- Что читаешь?- Взял вторую трубку кальяна и затянулся. Как бы ни был зол на брата мужчина, он всегда был не против расслабиться после задания рядом с ним.

Птенчик :-Р


 
MirVokrug
Охотница
Дата: Воскресенье, 13.09.2015, 21:20 | Сообщение # 1003
Гость
Группа: EliteGamer
Сообщений: 20
Статус: Offline

Награды: 0
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Иерусалимское Бюро ассасинов>

(НОЧЬ)



Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет) – Малик Аль-Саиф

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Мира и покоя тебе, брат- Выцедил из себя слова Малик, в то время как желал сделать совсем другое *Настанет время и ты пожалеешь о своём высокомерии, Альтаир.*

Конечно, это было скорее проклятье, чем напутствие доброго отдыха. Но тем было слаще сделать другой вид, да при этом дать понять, что посыл-то понят:

– Непременно, друг мой, – кивнул с замысловатым оскалом «не дождёшься», – непременно. – умещаясь спиной удобнее на подушках.

Это можно было бы назвать вызовом. Провокацией. Ла-Аха́д знал о своём превосходстве и не скрывал его.

Редко выпадала возможность отдохнуть, но если уж выпадала… Потому он бесцеремонным царём сложил ноги на полу, выпуская клубы дыма. Вино он не любил, а вот дым курений давал ему возможность расслабиться, сбросить панцирь.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Что читаешь?- Взял вторую трубку кальяна и затянулся. Как бы ни был зол на брата мужчина, он всегда был не против расслабиться после задания рядом с ним.

Янтарный взгляд заострился. Быть застигнутым за созерцанием развратных картинок?… Ни то чтобы Белого Призрака волновало мнение других… Но это было бы не очень почётно для Орла. Альтаир это понимал, потому не дёрнулся – иначе выдаст себя. Вместо этого Ла-Аха́д демонстративно послюнявил пальцы и перевернул страницу.

Вместо того чтобы солгать, что это за чтиво на тихую ночь в бюро, он решил подтянуть этого чёрного кота за его слова:

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Мудрые слова не делают дурака мудрецом, Альтаир. Не кичись и не хвастайся.

– Скажи мне, Малик. – начал с привычного высокомерия, перелистывая очередную похабную страничку, будто хотел спросить товарища за то что видит, – А станет ли мудрец затыкать рот собеседнику? – предъявил ему взглядом в лоб упрёк и в тоже время оскорбление.

Он знал, что Малик поймёт посыл:
– Ты – не мудрец, и ты не выдерживаешь моего величия, брат мой. – тяжёлый, но в тоже время праздный смешок в сторону Аль-Саифа старшего.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
Чем выше ты взлетаешь, тем больнее будет падать, а земля жестока к таким как ты.- Сдержал гнев в сосуде своего сердца.

– Говоришь…, больно будет падать с небес? – припомнил те слова, – …И это …говорит тот, кто непреодолимо далёк от небес? – язвительное уточнение, не удосужась сказать в лицо, и шелест очередной страницы. – Не лучший советчик. – оценил его и откинул, как эту самую страницу.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Ты ведь так и не понял за все годы что значит наше кредо! Альтаир! Нельзя быть таким беспечным куском навоза.

– Наше кредо твердит, что правила – вымышлены, а мы способны на великие дела. – лениво перекатывая затылок по подложенной к стене подушке, – Правила и законы связывают нам руки. – рассуждал с высока Ла-Аха́д.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Я не позволю тебе перешагнуть через правило.

– Не желаю быть связанным, …как остальные. – зыркнул с острой усмешкой на Малика, который из несуществующих каких-то правил упустил главного врага Братства в этой войне.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Не утруждай себя.- успокоился Малик, предавшись воспоминаниям о детстве.- Ты ведь ни разу сам не выяснял для себя информацию о цели. Всегда всё это делали для тебя.- Уколол орла черный ворон.

– Да. – согласился с чем-то своим, – Нужно иметь …недюжинную отвагу, чтобы таиться по углам в тени. – облизнул палец и перелистывая, многозначительно глянул на Аль-Саифа из-под края капюшона, – Я знаю лучшего в этом деле. – повёл плечами, устраиваясь удобнее, – ..Думаю, и ты видишь его часто, когда вы умываетесь. – грубо намекал на собственное отражение Аль-Саифа в зеркале.

Да, эти упражнения в злословии и остроумии весьма веселили будущего Легенду. Как и то, как передёргивало Малика каждый раз, когда ему требовалось время обдумать ответ, а сдачи дать нужно в это же мгновение.

Преимущество Альтаира было в том, что он всегда был ровен в скорости своего мышления и говорил открыто то, что думал. Когда хотел драки – говорил голые фразы, когда подразнить собеседника – облачал их в витиеватые выражения. И всё это благодаря поэзии, текстам философов. Многие удивлялись, как можно быть столь образованным в знаниях, и столько не отёсанным в манерах. Секрет был прост. Ла-Аха́д относился к словам как к клинку, потому учился управляться ими так же, как учился метать ножи.

Выбор цели тоже был прост. Достаточно неосторожно подобранных слов собеседника и собственного бесстыдства, которое не думало о чувствах оппонента. Тогда слова слетают с губ сами – прямым ударом в лоб или скользящей насмешкой. Ему никогда не нужно было согласия соперника с собой. Он довольствовался тем, что собеседник это услышал, и оно задело его.

– Тебе не стоит много курить. Твой разум теряет ясность. Ты становишься скучным. И предсказуемым. – ещё одно прикрытое оскорбление на тугодуме товарища, – Чем был занят твой разум, когда ты упускал де Сабле, брат мой? – открытое обвинение.

Чернявый Завистник


«Каждый человек – это мир, который с ним рождается и с ним умирает, под каждой могильной плитой лежит всемирная история.»
/Г. Гейне/
 
Shollye
Охотник
Дата: Воскресенье, 13.09.2015, 22:12 | Сообщение # 1004
.:Tamashi o tabe:.
Группа: Модераторы
Сообщений: 2277
Статус: Offline

Награды: 57
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Иерусалимское Бюро ассасинов>

(НОЧЬ)



Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет) – Малик Аль-Саиф


Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– Скажи мне, Малик. – начал с привычного высокомерия, перелистывая очередную похабную страничку, будто хотел спросить товарища за то что видит, – А станет ли мудрец затыкать рот собеседнику? – предъявил ему взглядом в лоб упрёк и в тоже время оскорбление.

Укол принял Малик. Замечание было вполне верно и заслуженно макнуло ассасина в лужу неверных действий.- Ты прав, Альтаир. Мыдрец не прерывает. Как говорил Повелитель: «Мудрец будет слушать песнь ручья и не прервёт его голос, чтобы спросить о чём-нибудь».- Аль-Саиф держал трубку кальяна в руке и смотрел на закрытый люк. Бюро больше не ждало гостей. В этой коробке из камня было сыро, но безопасно, а ещё скучно. Пусть Малик и любит книги, но не представляет чем можно тут заниматься помимо чтения. Перечитать всё книги в бюро можно было быстро. А дальше…было безделье, которое вредно для ассасина.

Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– Говоришь…, больно будет падать с небес? – припомнил те слова, – …И это …говорит тот, кто непреодолимо далёк от небес? – язвительное уточнение, не удосужась сказать в лицо, и шелест очередной страницы. – Не лучший советчик. – оценил его и откинул, как эту самую страницу.

- Пусть я и далёк от неба,- повесил трубку на кальян, да вытянул руку к потолку,- но я могу летать. Пусть не так высоко как ты, пусть мой полёт возле земли, но я могу видеть и слышать то, что поможет братьям справиться с их миссиями.- Малик расслабился от курений и вывести его из себя будет не так легко. Он сжал руку в кулак да притянул к груди, словно ухватил частичку небес и приютил у сердца.

- Орлу никогда не понять Ворона. Они оба птицы. Оба охотники. Один летает под самыми небесами, другой держится ближе к земле. Но друг мой, знаешь что?- Повернулся и посмотрел на этот наглый орлиный клюв капюшона. Молчал долго, а потом передумал говорить. Сейчас это было не так важно, да и расслабленную негу не хотелось терять.

Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– Наше кредо твердит, что правила – вымышлены, а мы способны на великие дела. – лениво перекатывая затылок по подложенной к стене подушке, – Правила и законы связывают нам руки. – рассуждал с высока Ла-Аха́д.

- Мы способны на великие дела. Но что есть правила? А что оковы?- Хмыкнул, ибо сам иногда в юности задавался вопросами этими, думал так же как и Альтаир сейчас.- Кредо не цепи, Альтаир. Оно – наш путь. Пойдёшь ты в Акру, да решишь свернуть куда-то…Кредо не помешает тебе, не ограничит тебе простор. Ты можешь лететь куда глаза глядят, а Кредо…оно будет для тебя компасом. Только компас твоей души сбит. Он не может биться в унисон с сердцами твоих братьев. Мы все – семья. Пусть Аль-Муалим и говорит, что семья не важна для ассасина.- Замолчал, чувствуя, что его уводит в совершенно другую философскую тему, чем с той, с которой они начали.

Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– Да. – согласился с чем-то своим, – Нужно иметь …недюжинную отвагу, чтобы таиться по углам в тени. – облизнул палец и перелистывая, многозначительно глянул на Аль-Саифа из-под края капюшона, – Я знаю лучшего в этом деле. – повёл плечами, устраиваясь удобнее, – Думаю, и ты видишь его часто, когда вы умываетесь. – грубо намекал на собственное отражение Аль-Саифа в зеркале.

- А я говорил про отвагу?- Наклонил голову к плечу, чуть улыбнувшись краешками губ.- Я не произносил этого слова.- Заловил на том, в чём сам Альтаир был мастером.- Информация, которая поступает от таких, как ты назвал «недюжинных отвагой», сколько раз направляла тебя к цели? Сколько раз спасала от ловушек? Не принижай важность информаторов, Альтаир. А вот красавчик, которого я вижу каждый день по крайне мере имеет взрослую поросль, в отличии от голого орлёнка.- Усмехнулся, задевая слегка брата.

Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)" ()
– Тебе не стоит много курить. Твой разум теряет ясность. Ты становишься скучным. И предсказуемым. – ещё одно прикрытое оскорбление на тугодуме товарища, – Чем был занят твой разум, когда ты упускал де Сабле, брат мой? – открытое обвинение.

- Не волнуйся обо мне, брат. Мой ум ясен всегда.- Уместился поудобнее на подушках, не обращая внимания на колкость Ла-Ахада. А вот вопрос про Змея, заставил его нахмуриться. Этот тамплиер был легендой среди ассасинов. Не многие могли похвастаться тем, что видели его и остались живыми.- Я упустил его. Долго будешь тыкать меня носом в этот провал?- Пробурчал недовольно. Не хотел выдавать брата, но узнать мнение Альтаира…

- Вот ты говоришь, что правило – это окова, что ты можешь переступить через правило, чтобы настигнуть цель.- Тщательно подбирал слова.- Что бы ты сдела…если бы на одной чаше весов была твоя цель, а на другой раненый брат-ассасин? Что бы ты сделал? Спас бы товарища, но провалил бы задание, или же выполнил его, но ассасин бы погиб без твоей помощи.- Повернулся всем корпусом к Альтаиру, выжидая ответ.

Русак янтарноглазый


 
MirVokrug
Охотница
Дата: Понедельник, 14.09.2015, 14:31 | Сообщение # 1005
Гость
Группа: EliteGamer
Сообщений: 20
Статус: Offline

Награды: 0
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Иерусалимское Бюро ассасинов>

(НОЧЬ)



Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет) – Малик Аль-Саиф



Ночь вступила в свои полные права, погружая город в ленивую сонную тоску.

Дым от курительного сбора и непринуждённость обстановки делали своё дело. Упрямого Убийцу в белом расслабляло и морило. Он ничего не знал о себе таком, как и не знал, насколько невнушительно смотрелся в таком неприглядном виде. Потому Ла-Аха́д бесцеремонно сполз по подушкам к ковру и праздно покачивал коленом, подтянутым к себе. Больше походил на лодыря, чем на воина, выполнившего долг. Всё величие Масиафского Орла развеялось на кальянном дыму.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Ты прав, Альтаир. Мыдрец не прерывает. Как говорил Повелитель: «Мудрец будет слушать песнь ручья и не прервёт его голос, чтобы спросить о чём-нибудь».- Аль-Саиф держал трубку кальяна в руке и смотрел на закрытый люк.

Скосил взгляд и прищурился. Переместил затылок по подушке, задрав клюв капюшона, глянул из-под него. Помолчал и изрёк:
– Мх, – самодовольная усмешка над Маликом, – Стало быть, – начал уточняющее в свой глубокий бархат голоса, – …я ручей, песнь которого ты должен слушать? М? – подтянул товарища за его собственные слова, совершенно точно зная, что речь была совсем о чём-то другом.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Пусть я и далёк от неба,- повесил трубку на кальян, да вытянул руку к потолку,- но я могу летать. Пусть не так высоко как ты, пусть мой полёт возле земли, но я могу видеть и слышать то, что поможет братьям справиться с их миссиями.

Смешок:
– Конечно, друг мой. Куда мы без тебя… – начиная в самом деле терять интерес к своей книжке, и встречаясь с более интересным делом…

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
Малик расслабился от курений и вывести его из себя будет не так легко. Он сжал руку в кулак да притянул к груди, словно ухватил частичку небес и приютил у сердца.

- Орлу никогда не понять Ворона. Они оба птицы. Оба охотники. Один летает под самыми небесами, другой держится ближе к земле.

…щипать с этой вороны перья и любоваться, как тот пырхается, пытаясь ущипнуть в ответ.

– ……и подбирает объедки его дел, ты хотел сказать? – задрал внимательный взгляд, ожидая, когда того снова передёрнет.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Но друг мой, знаешь что?- Повернулся и посмотрел на этот наглый орлиный клюв капюшона.

– Да? Слушаю тебя. Брат мой. – не скрывая своих шутливых издевательств, наглая встреча в знак того, что любое сказанное Маликом, будет обесценено.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
Молчал долго, а потом передумал говорить. Сейчас это было не так важно, да и расслабленную негу не хотелось терять.

Уверенный в собственной неотразимости в споре, расписался усмешкой и почесался пальцами по качающемуся колену с характерным шорохом ногтей о ткань.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Мы способны на великие дела. Но что есть правила? А что оковы?- Хмыкнул, ибо сам иногда в юности задавался вопросами этими, думал так же как и Альтаир сейчас.- Кредо не цепи, Альтаир. Оно – наш путь. Пойдёшь ты в Акру, да решишь свернуть куда-то…Кредо не помешает тебе, не ограничит тебе простор. Ты можешь лететь куда глаза глядят, а Кредо…оно будет для тебя компасом.

Здесь Альтаир мог бы согласиться…, но Малику знать об этом совсем необязательно.
– Я знаю о назначении Кредо, Малик. – отмахнулся от его нравоучений с неприкрытым скучающим видом.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- …Только компас твоей души сбит. Он не может биться в унисон с сердцами твоих братьев. Мы все – семья. Пусть Аль-Муалим и говорит, что семья не важна для ассасина.- Замолчал, чувствуя, что его уводит в совершенно другую философскую тему, чем с той, с которой они начали.

Напряжение прошлось по фигуре Ла-Ахада. Он швырнул пристальный взгляд на собеседника:

– Намекаешь, что Я – изгой? – уточнил с нажимом и угрозой. – Я? Изгой? – всей своей харизмой требуя одуматься и прикусить язык.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- А я говорил про отвагу?- Наклонил голову к плечу, чуть улыбнувшись краешками губ.- Я не произносил этого слова.- Заловил на том, в чём сам Альтаир был мастером.

– Это слово произнёс я. Каждому своё, Малик. – пожюрил с напущенной строгостью за прошлые слова, – В том, чтобы свершить убийство жертвы, больше отваги, нежели выслеживать её. Я говорил об этом.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- …Информация, которая поступает от таких, как ты назвал «недюжинных отвагой», сколько раз направляла тебя к цели? Сколько раз спасала от ловушек? Не принижай важность информаторов, Альтаир.

– Я ценю их труд. – сунул Аль-Саифу как подачку.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- …А вот красавчик, которого я вижу каждый день по крайне мере имеет взрослую поросль, в отличии от голого орлёнка.- Усмехнулся, задевая слегка брата.

Мимолётная заминка качнула Альтаира, прежде чем тот уклонился на другой бок и разразился смехом на такую нелепость. Закатился в курительном дурмане.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Не волнуйся обо мне, брат. Мой ум ясен всегда.- Уместился поудобнее на подушках, не обращая внимания на колкость Ла-Ахада.

– Ты сбрендил или ослеп, старый ты пёс! – смеясь, шлёпнул его похабной книжкой по предплечью, – Будь ты женщиной, я бы доказал тебе делом, что не в растительности сила мужчины, …болван! – был абсолютно в себе уверен, – Похоже…, твоя молодость оставляет тебя раньше срока? – чесанул грубой лапой по островку короткостриженных волос, выступающих на лоб, высмеивая две неглубокие залысины по бокам, что совсем не имели отношения к возрасту, а были враждёной формой. – Не думал, что ты подвержен этой женской привычке, дружище. – пихнул в плечо небрежным жестом.

Он считал это нелепым и глупым – мужчине беспокоиться о таких мелочах, он ведь мужчина! А не какой-то тощий актёр с улицы.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Я упустил его. Долго будешь тыкать меня носом в этот провал?- Пробурчал недовольно.

– До конца дней твоих, олух! – посмеиваясь, – …Или пока ты, растяпа, всё же не убьёшь его. – отваливаясь спиной обратно и вновь поднимая книжку к своему носу, – …Красавчик. – нашёл новый повод для издевательств, – Кадар «знает»? – подтрунивая поверх книжки, вкладывая в это какой-то свой похабный смысл.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Вот ты говоришь, что правило – это окова, что ты можешь переступить через правило, чтобы настигнуть цель.- Тщательно подбирал слова.

– Могу. – ещё посмеиваясь, подтвердил хмельной Орёл.

Цитата Shollye "Малик Аль-Саиф" ()
- Что бы ты сдела…если бы на одной чаше весов была твоя цель, а на другой раненый брат-ассасин? Что бы ты сделал? Спас бы товарища, но провалил бы задание, или же выполнил его, но ассасин бы погиб без твоей помощи.- Повернулся всем корпусом к Альтаиру, выжидая ответ.

– Если он был так плох, то не стоит провала. – не задумываясь и своенравно, отозвался Белый призрак, – Если ты собрался испортить мне очередное дело, уходи секретарем в библиотеку, бесполезный… – подначивал, перебирая странички, и глянул мельком, – …Красавчик. – сокрушенно покачал головой и выписал соратника, не многим старше его, на пенсию.

Красафчег, йопта)))


«Каждый человек – это мир, который с ним рождается и с ним умирает, под каждой могильной плитой лежит всемирная история.»
/Г. Гейне/


Сообщение отредактировал MirVokrug - Понедельник, 14.09.2015, 14:48
 
Форум » Ролевая Elite Gamers Team » Игры » Происхождение (В процессе!)
Страница 67 из 75«1265666768697475»
Поиск:

AllStarz Top Sites OZON.ru

ТВ-СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ.РФ СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ-ТВ.РФ

Supernatural является собственностью The WB Network / The CW Network
Все используемые аудиовизуальные материалы, размещенные на сайте, являются собственностью их изготовителя (владельца прав) и регламентируются Гражданским Кодексом Российской Федерации, а также международными правовыми конвенциями. Вы можете использовать эти материалы только в том в случае, если использование производится с ознакомительными целями. Эти материалы предназначены только для ознакомления - для прочих целей Вы должны приобрести лицензионный продукт . Используемый формат кодирования аудиовизуальных материалов не может заменить качество оригинальных лицензионных записей. Все материалы представлены в заведомо заниженном качестве. Eсли Вы оставляете у себя в каком-либо виде эти аудиовизуальные материалы, но не приобретаете соответствующую лицензионную запись - Вы нарушаете законодательство РФ, что может повлечь за собой уголовную и гражданскую ответственность.

Все материалы, расположенные на сайте запрещено использовать без разрешения администрации сайта. Помощь сайту.
ТВ-СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ.РФ СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ-ТВ.РФ