ВАЖНЫЕ АНОНСЫ
ВХОД РЕГИСТРАЦИЯ Забыл пароль

Страница 69 из 75«1267686970717475»
Модератор форума: Brook, Shollye 
Форум » Ролевая Elite Gamers Team » Игры » Происхождение (В процессе!)
Происхождение
Brook
Охотница
Дата: Вторник, 09.12.2014, 21:21 | Сообщение # 1
Assassin vs Tamplier
Группа: Аллергия на флуд
Сообщений: 8765
Статус: Offline

Награды: 155


Авторы:
Keayru S. Brook / Эрик Крипке и Ко / Ubisoft

Консультанты:
Всемирная паутина знаний

Фэндом:
«Supernatural» / «Assassins Creed»

Время:
9 сезон / Наши дни

Территория:
США, округ Колумбия, г. Вашингтон, и весь шар земной

Ситуация:


– Человечество…, – произнесла Она, расхаживая по темноте залы в воздушном одеянии, и в сердце её таилась обида и злое негодование, – сколько себя помнит, – обернулась к неизвестности времён, – всегда задавалось вопросами. – выдержала недовольную паузу, – Откуда они пришли? В чём… смысл их существования? – перечисляла Она словно с насмешкой, – …Кто-то был до них? Тогда куда они ушли? – передразнила едко.

– Историки. – обозначила Она с презрением, – Главные хранители знаний. Они вели свои летописи с незапамятных времён. – встала перед серой, испещрённой трещинами стеной, возведённой словно стела памяти, – Наскальные рисунки, реликвии, – оглядывала и перевела взгляд на старый пыльный стеллаж, едва виднеющийся в темноте, – свитки и книги. Ни одного ответа, только вопросы и подозрения. – отвернулась, вильнув полами одежд и пышным головным убором, что ореол описывал её лик.

– Но что, если Сила, создавшая их…, – пошла выхаживать по полу неслышно и плавно, – ни такая, как они себе её представляют? Возможно ли, что их Создатель… или Создатели… оставили им эти Знания – в них самих? Что если избранные из них хранят эти Знания?... – подняла взгляд к проступившему ночному небу с тоской и болью.

– …Но послание оставлено _было_. – изрекла с нажимом и затем гордо воспряла, – Но эти глупцы…! Они не были способны принять дары Создателей и использовать их мудро! – мотнула головой и взгляд её нечеловечески прекрасных и таких строгих глаз забегал в поисках справедливости, – Они всё только рушили и погибли сами! Обратили дары в оружие, против Силы, что создала их… Они не достойны этих Знаний и… Даров, что им были даны – они не достойны!

– Посмотрим, что изменилось за эти тысячелетия… – с вызовом обернулась Она к своей милосердной собеседнице, что с досадой наблюдала за муками своей «сестры».
 
Shollye
Охотник
Дата: Воскресенье, 04.10.2015, 18:02 | Сообщение # 1021
.:Tamashi o tabe:.
Группа: Модераторы
Сообщений: 2277
Статус: Offline

Награды: 57
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,
(бедный квартал, заброшенная церковь христиан)>
(ВЕЧЕР К НОЧИ)



Робер де Сабле (Дезмонд) - Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)

Райхан – Джасим де Сабле

Эшли (Лим) - Айшэ (Элланора) – Акра (Джек)


Адэ (Радун)


К ним подошёл Дамир. Робер с неохотой отпустил Райхан, ему так хотелось побыть с ней наедине. Мужчина взял её за запястье, не позволяя отойти от него.

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)" ()
- Да будет так, сэр, вот только… если позволите я бы попросил прислать вашего слугу – посмотрел на крепкого мужчину, что принес им карту (Адэвале), - в город через несколько часов. Нужно обеспечить достойное отступление с пленными, - говорил витиевато, не желая пугать женщин вокруг.

- Он не слуга, Дамир. Он наёмник сэра Александра.- Поправил соратника.- Хорошо. Я пришлю его как ты и просишь.- Жестом подозвал верзилу.- Алэвале, ты всё слышал?


Адэвале (Радун)

- Я против, Господин. Господин Александр велел мневсегда быть подле Вас. Я не смею нарушить приказ своего Господина!- Бывшему рабу хоть и понравилось, что белый человек за него заступился, но пойти против молодого Господина не мог.


Робер де Сабле


Робер посмотрел на темнокожего человека, но на лице не было выражено ни единой эмоции.- Адэвале, я рад, что ты так предан своему Господину, но рассуди, если он погибнет, то у тебя не будет Господина и его приказ будет не действителен.- Старался вразумить этого гиганта Француз. Он хотел поддержки Райхан, потому слегка сжал её руку, надеясь на свою женщину.


Адэвале (Радун)


Доводы Старика, а для Адэвале этот Господин и был таковым, были логичными, но честь бывшего раба не могла пойти против приказа.




Радун слушал этих людей внимательно. *Соглашайся. Тогда ты сможешь вернуться к своему Господину. Ты же хочешь именно этого. Тот молодой тебя зацепил своей чёрной душой и чистым сердцем?*



Адэ кивнул сам себе, решив послушаться внутренний голос.- Хорошо, Господин де Сабле. Я сделаю так, как Вы прикажете.


Робер де Сабле


Робер довольно улыбнулся. Ему иногда было приятно думать, что благодаря своей хабиби Райхан он становится сильнее и всё непослушание у других проходит.

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)" ()
- я пройдусь по окрестностям, постараюсь узнать, что стало с пленными, *живы ли они*, - затем встречусь в городе с вашим слугой и мы сделаем все необходимое для встречи стражи и ассасинов. Если все удастся, то буду ждать Вас за два часа до рассвета на южной окраине у последних домов Башни, сэр. Хранит Вас Отец! – склонил голову и стремительно исчез в оконном проеме.


Робер проводил Дамира взглядом.- Адэвале, мне кажется, нужно придумать и обдумать какие приветствия приготовим для наших гостей.- Кивнул в сторону груды всякого, которую Адэ принёс со всей церкви. Мужчина понял приказ. Адэвале удалился разгребать хлам, чтобы найти что-то полезное.

Француз же вновь обнял Райхан и положил голову ей на плечо,- Хабиби, когда я уйду на встречу, останешься за главную. Я пришлю к вам Адэвале и он расскажет о планах. Хорошо?- Мужчина улыбнулся и поцеловал быстро царицу в щёчку.




<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,
(бедный квартал, заброшенная церковь христиан)>
(НОЧЬ)



Робер де Сабле (Дезмонд) - Райхан

Джасим де Сабле - Эшли (Лим) - Айшэ (Элланора) – Акра (Джек)


Адэ (Радун)


Адэвале смог собрать всё, что могло пригодиться «на охоте». Всё же внутренне он был против своего решения предать молодого Господина, но с другой же стороны он спасёт этого белого человека. Исчисление времени раб не знал, потому пошёл на встречу, когда ему приказал старый Господин.

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)" ()
- Доброй ночи! Благодарю, что пришел, Господин просил мне что-то передать? – выслушав план, Дамир кивнул, - хорошо, - вздохнул, присаживаясь на корточки, палочкой рисуя Башню и возможные маршруты из нее, - нам с тобой предстоит сделать несколько ловушек на случай погони от стражи и нежданных гостей, ты привез необходимое? К месту встречи удобнее всего добираться вот по этой дороге, - указал палочкой на нее, - начнем с крыш.

Адэ не доверял этому человеку. Что-то останавливало его полностью доверять.- Да, всё необходимое я спрятал недалеко отсюда.- Мужчина смотрел на карту и на пути.- Думаю мы должны перекрыть подходы к улицам здесь и здесь,- указал на перекрёстки дорог. Мы должны направить конвой в нужном направлении.- Бывший раб выслушал советы араба и кивнул, соглашаясь. Они работали быстро и тихо. Адэвале таскал тяжести и помогал в установке ловушек.Позже он отправился к Церкви, где отчитался о готовности ловушек.

- Господин де Сабле, мы решили направить конвой в определённое место. Подступы к улице мы должны перекрыть и от подмоги страже. На одной улице,- указал на карте точку,- здесь я устрою масштабную драку, пьяницы будут нам в помощь. Тут же…улица очень широкая. Но телегой её можно перекрыть. А для этого…мы с Дамиром подумали и решили, что…госпожа Райхан и мальчик Джасим подойдут. Они могут переодеться в торговцев-старьёвщиков. Они…мы думаем…идеально подойдут для этого, а третья улица…это улица так называемых «красных фонарей». Может быть девушки нам помогут, но…думаю нужно, чтобы там был кто-то из верных вам людей,- осмотрелся, ведь в церкви были очень симпатичные девушки.




<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,
(бедный квартал, заброшенная церковь христиан)>
(ВЕЧЕР К НОЧИ)



Робер де Сабле (Дезмонд) - Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)

Райхан – Джасим де Сабле

Эшли (Лим) - Айшэ (Элланора) – Акра (Джек)


Адэ (Радун)


Роберу в принципе понравился план, который разработали эти двое.

- Хорошо, скажи Райхан об этом, а я отправляюсь на встречу.- Устремил свой взгляд на свою царицу и улыбнулся, скрыл лицо в шлеме, да покинул церковь, заметив краем глаза, как Адэ рассказывает женщине план действий. Мужчина шёл уверенно, не скрываясь. Ведь, когда пытаешься скрыться, то тебя могут заметить по осторожным движениям, но если ты ты идёшь уверенно и не оглядываясь, то тебя считают своим. К тому же, сейчас был полумрак. Это играло Роберу на пользу.




Дезмонд поражался выдержки Змея. Этот человек словно ничего не боялся. Он шёл по «огненной» земле, кишащей недругами, словно по ковровой дорожке в Голливуде. Объект-17 почесал бы затылок, если бы он у него сейчас был. Враг вселял в него всё больше уважения с каждой минутой. И пока Дезмонд думал над этим, Робер успел встретиться с Дамиром.



Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)" ()
- Сэр, мне удалось проникнуть в Башню, пленники живы, я видел их своими очами. Их пытали, монах отправил стражу по ложному следу, в каменоломни Соломона, выиграл время, возможно на свою беду, но это нам на руку, часть стражи там. Нельзя терять времени, ловушки готовы, Адэвале знает их расположение, - посмотрел на него, - сейчас, сэр, нам пора. Патруль должен вернутся.

- Адэвале рассказал мне о вашем плане. Я одобрил полностью.- Робер был рад услышать, что пленные живы. Пытки можно и стерпеть, последствия Змей постарается загладить у своего Змеёныша. Отец никогда не оставит больше сына. Только рядом. К тому же, Якоб многому сможет научить младшего брата, да и самому Роберу будет спокойнее, когда Саше будет рядом.- Веди меня, Дамир.- Кивнул, да пошёл за соратником.

Цитата Mia111 ()
Дамир с магистром двинулись вперед к Башне, дойдя до оврага, араб вытащил вторые доспехи и шлем, что скрывал большую часть лица: - Так Вас не узнают, - помог ему облачится в них

Башня должна была наводить страх на недругов, но де Сабле не чувствовал ничего кроме ненависти к этому зданию. Там был его Сашэ, его мальчик, его милый Змеёныш, а эти стены удерживают его. Зрачки сузились. Иногда поэтому его называли Змеем, из-за его зрачков, когда он зол. Они не были похожи на кошачьи или змеиные, но эти тонкие линии в стальной радужке пугали. Француз с омерзением посмотрел на предлагаемые вещи. Он никогда не прятался. Он привык наводить ужас своей фигурой. Даже находясь сейчас в Иерусалиме не пытался скрыть красного креста на своей груди. *Это только за ради тебя, Сашэ. Не смей умирать раньше, чем я отшлёпаю тебя за непослушание у того костра.*

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)" ()
Башня встретила их сыростью и тишиной. Большинство стражников еще спали или искали в каменоломнях беглецов. Теперь важен был каждый шаг, чувство опасности билось внутри как стайка птичек. Они были так близко… Дамир отчитался о патрулировании, как делал вечером его "напарник" и они прошли дальше неспешно, теряясь в многочисленных коридорах.

Робер шёл за Дамиром молча, вслушиваясь в речь арабов. Он прекрасно знал их язык, иначе не смог бы выжить тут. Да и со шпионами помогало очень это умение. Недовольно косился на своего помощника, когда тот отчитывался перед стражником, но тут же напомнил себе, что сейчас и он стражник. Просто страж крепости, а не Великий Магистр. *Когда же кончится этот маскарад!* Раздражался Змей внутренне, оставаясь спокойным и холодным снаружи. Этому он научился, наблюдая за питонами. Они могущественные змеи были интересны двуногому Змею, Питоны и анаконды…про вторых он только слышал, но хотел бы увидеть их.

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)" ()
- Через несколько часов сюда привезут провизию и воду, - прошептал, указав на двор внизу, - это наш шанс выбраться отсюда, - посмотрел на магистра, - я знаю, что вы хотите увидеть его, заклинаю вас, потерпите. Если кто-то поймет, что мы не те за кого себя выдаем, то им мы уже ничем не поможем. Ради них… - поймал его взгляд в разрезе шлема, - будьте осторожны, как бы больно вам не было, сэр, - шептал.

Из раздумий о змеях его вывел голос Дамира.- Терпеть?- Зашипел змеёй на араба.- Я не страшусь боли.- Прикрыл глаза, прислушиваясь к своему стонущему сердцу.- Ради них. Я выдержу всё. А теперь, брат мой, думаю нам бы не помешало помолиться, дабы Господь наш спаситель помог нам. *Помог вернуть моего сына домой.*

Дамир
Пленные
Змеёныш, папулька уже рядом.
Другие Бяки


 
MirVokrug
Охотница
Дата: Вторник, 06.10.2015, 18:39 | Сообщение # 1022
Гость
Группа: EliteGamer
Сообщений: 20
Статус: Offline

Награды: 0
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Тюремная Башня>

(НОЧЬ К РАССВЕТУ)




Саллах ад-Дин

Назир (Джулиан) – Мира (Наир)

Робер де Сабле (Дезмонд) – Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль)

Ангел Кармелит (Дантей) – Якоб Александр (Альтаир)


Были утренние сумерки. Ночь отступала серебряной дымке раннего утра.

Великий Повелитель шёл по коридору Башни в окружении своих телохранителей. Он знал, что однажды войдет в историю под славным заголовком, а пока... Дело его народа он волею взял на свои плечи и в свои почтенные лета шёл с мечом и огнём на иноземных захватчиков.

Многие дни и ночи прежде он провел в битвах, изгоняя армии Неверного Короля, и весть о том, что его приближенные изловлены и ждут его суда, стала благой вестью в воротах Иерусалима.

Шпионы доносили отовсюду, что Неверный Король Ричард собирает силы для удара в самое сердце сарацинских земель – Иерусалим. Многие степи и горы избродил он со своими войсками, чтобы найти этих крыс. Но безрезультатно. Многие силы, собранные для поиска он вернул на окраины, а сам повернул обратно. Теперь же он возвращался как правитель, что должен укрепить стены своего дома перед подступом врага, если такое свершиться.

Смрадный запах тёмных горниц оскорблял его нюх, а разводы крови и истерзанные тела по стенам на цепях, словно забытые – его очи. Сарацинский Правитель презрительно поморщился, дёрнув щекой с густой и жесткой порослью бороды и усов. Салах ад-Дин не любил бывать лично в этом месте боли и страха, но считал эту Цитадель невольников важным местом, где не редко раскрывались важные сведения из тайн её мучеников.

Сообщение, что сам Повелитель пересекает коридоры и галереи опережало его всего на дюжину шагов, ибо шаг Повелителя был властным и широким. Он с нетерпением желал взглянуть в лица политических пленников.



Назир (Джулиан)

Назир поперхнулся в рукав водой, обронив кувшин мимо угла стола, когда ему хрипло сообщил загнанный стражник, что сам Саллах ад-Дин идёт сюда. Он побросал всё, кинувшись в залу пыточной через коридоры.

Суд! Это будет суд с вынесением приговора!

Назир опасался этого. Он разослал почтовых голубей, чтобы позаботиться о том, чтобы вывести жену брата (Аяла) из Башни. Успеет ли он к утру?! Время было против них, и вот с часа на час, как должны были доставить яд, а у оврагов собраться пособники.

– Повелитель! – чуть не умер на месте, едва не сбив Повелителя, если бы не выставленные ножны телохранителя, – Это великая честь для нас!! – прижал правую ладонь к сердцу, пряча левую с отсеченным пальцем ассасина за спину, – Я провожу Вас! – и поспешил вперёд.

Сознательно прошмыгнул мимо камеры с пленницей (Аяла), прямиком к пыточной зале. Обстановка была не царская и совсем неприглядная...



Саллах ад-Дин

Повелитель смерил молодого воина с осуждением за непочтительное поведение, отвел взгляд и хищным коршуном прошёл в окружении телохранителей дальше, следуя за ним.

Зала с полуобнажёнными истерзанными пленниками не произвела на Правителя должного впечатления. Чувства ликования Саллах ад-Дин не испытал.

Он глянул на стражника с приказом.

И тот понял жест, кивнул другому, и они спешно накинули на пленных туники. Длинные полосы грубой грязной ткани с прорезью по середине для головы. Рабская одёжа.

Так пленники не оскорбляли очей Великого Правителя, но едва ли он мог говорить хоть с одним из них, оба были в глубоком беспамятстве.




Назир (Джулиан)

Назир с почтением поклонился Повелителю Иерусалима и начал свой рассказ о том, как были задержаны оба христианина. Рассказал, что их навели на ложный след, и что ничего им выведать не удалось. Ни угрозами, ни терзанием плоти. И как было положено в конце своего повествования под недовольным строгим взглядом Повелителя, склонил голову:

– Простите нас, Повелитель... – выразил досаду и сожаление, что не принесли хороших новостей, – Будут ли от Вас распоряжения? – не поднимая головы.

Он так стремился приблизиться к ближайшему кругу Правителя, никогда не был к нему так близок. Как ассасин он не имел пера на него, но нервы щекотало. Возможно, это первый и последний раз он и сам Саллах ад-Дин находяться в такой близи... Ассасин взмок.



Саллах ад-Дин

Саллах ад-Дин с разочарованием и досадой смерил воина перед собой. Кто бы не был на этом месте вместо него, Саллах ад-Дин поджимая губы, немо выругался на неумех. Оглянулся по тёмным закоулкам помещения:

– Мне доложили, – вернул свой тяжелый черный взгляд на Назира, – что с ними была женщина. Где она? Я слышал, что она сарацинская женщина, принявшая веру неверных? – тяжело наклонил голову с угрозой.

Эта весть его оскорбила больше всего.

– Приведите её (Аяла), – А этих, – указал на пленников (Кармелит, Якоб), – пробудите.

– Я зачту им их приговор.


Повелитель мыслил также как и сам ассасин, он желал публичной казни – для устрашения тех, кто ещё из врагов скрывается среди толпы. Возможно, их сердца дрогнут, и они выдадут себя несдержанностью или попыткой спасти несчастных.



Назир (Джулиан)

Тут у ассасина и ухнуло всё внутри.

– Да, ...мой Повелитель. – кивнул с дрожью.

Впервые ему было так тяжело скрыть своих эмоций и сомнений. Его руки дрожали и сжались в кулаки, словно сжимали хлипкую волю.



Джулиан вошел в резонанс с хозяином тела, ибо в той девушке ему была своя ценность. Его товарищ (Эггси) подвергался тем же страданиям, что и она сама. И потому Джулиан сошелся с арабом на одном стремлении – уберечь девушку от непопровимой беды, и потому лихорадочно искал решения, пока Назир содрогался в роболепии перед Саллах ад-Дином. Наверно, он сам еще не до конца понял, что перед ним еще одна историческая легенда, во плоти и собственной персоной.



Назир (Джулиан)

Вышел на порог из пыточной залы, а ему под руку попалась Мира... В других обстоятельствах он бы заметил, как подавлена женщина, и потухли ее изумрудные глаза. Он вцепился в плечи женщины:

– ...Послушай меня, сестра! – захрипел от волнения и мольбы, – Приведи девушку..., но она не должна пострадать более. Молю тебя! ...Объяснюсь я позже. Эта душа невинна. Жертва обстоятельств. – горела вся его собственная душа, – Эта девушка..., – заикнулся, глянув мельком по сторонам, – тоже ассасин. Моя... сестра. Родная. Она была шпионкой среди неверных, но не успела скрыться, и теперь беда грозит ей. – кивнул так, словна та уже согласна. Не могла же она отказать своей единомышленнице! – Иди! – и толкнул с порога к камерам в коридор.

Стражи, что прикрыли срам пленников, окатили их холодной водой, приводя в чувства обоих. И священника и лейтенанта Магистра.



Саллах ад-Дин

Кто из них кто, Повелитель понял сразу. Светловолосый юновоиномоносцем, а темноволосый – тот самый священник.

– Йя наслыщан о тьебе, моньах (Кармелит). – заговорил на жеванном английском арабский государь, заглядывая в рассеянное словно пьяное лицо, – О твойих чьюдесах ходьят льегенды. – сообщил, но верил в чудеса Пророков Аллаха куда больше, а английские роскозни он считал бестыжей ложью.

Шагнул ближе. Он был честен с собой и не скрывал неприязни и гнева к неверным захватчикам, и сдержанно зашипел:

– Ваща вьера..., – начал он обвинительно, – ...она учить правильйиным мыслам. – признал, скрывая за этим, что знаком с догмами и тезисами их писания, – Но которьые вы попьирайете самьи. – выдал свое осуждение и праведный гнев. – Ващ Бог... снес муки за вас. Так и тьы снесьи их. – высказал ему свой немногословный приговор, обрекая на публичное распятие под палящим солнцем. – Такайа смьерть чьесть тьебе, моньах. – смерил священнослужителя и отвел свой суровый взор коршуна.

Развернулся к воину (Якоб), обвисшему на цепях с каким-то безучастным безразличием:

– Попьираете собсные заповьеди, – с высоты своего роста оградил юношу презрением, – ...Насьилуя нащих щенщин. – начал зловещее перечисление их и его в частности грехов, – …Угоньяя в рапство нащих дьетей. …Угньетайа нащих старьиков. ...И убивая нащих мущщьин. – примолк, выбирая кару крестоносцу, – ..Горьсть ньечьистот ваща вьера. – прошептал ему над подранным ухом, – Йакоб Карайущий... – опознал его, – Змьейеныщ дье Сабле. Ты умрьешь в муках. Дольго. – проклял кровожадного Беса, наслышанный о его злодеяниях, поручал на четвертование.

Обернулся к девушке (Аяла), которую преволокла другая (Мира). Кто из них привлекал большее внимание, мужчина сам впал в сомнения. Две девы, но такой прекрасный контраст. Одна падшая, в лохмотьях, синяках и грязная, душой да телом, спавшая на колени, едва ручонками придерживающая остатки одеяний. И другая, величественная, преисполненная каким-то сильным чувством. Воительница. Таких было немного в рядах сарацин. Редкое сокровище, коим не суждено стать обычным женщинам.

Но вернул он взгляд на несчастную (Аяла) и... вдруг присел на корточки, заговорив уже на арабским:

– Мой народ... мои дети. – заговорил он вдруг, коснувшись ее разбитого подбородочка, – И как отцу ты причинила мне... боль своим предательством. – подобрал лямочку и натянул на плечико в садинах. Он видел одеяло страха, которое окутало ее душу и тело, и потому нашел в себе снисхождение для неё, – Если силой была обращена в веру недругов..., – предположил о ее судьбе, – должна была прекратить свою жизнь, дабы не жить в позоре... – осуждал её назидательно, но как-то по-отцовски, – Ты причинила невыносимую боль своему Отцу и братьям, что сражаются со злом, пришедшим в наши земли... – заглядывал в ее затравленные глазки, – Но я ...пощажу тебя. – кивнул с тщательным одолжением, убрал прядки с её лица за плечо, – Ты искупишь свои грехи, утоляя боль ...своих братьев, – говорил он о сарацинских воинах, – загладишь свою вину потерянным целомудрием. Будешь согревать их горющие сердца теплом своего порочного тела. ...Только так они простят тебя за гибель своих сослуживцев, на кого ты навлекла врага. – как шпионку и предательницу он намеревался отдать ее в руки тех, кто все это время страдал от ловушек и западни. Поднялся на ноги, выпрямляя старую спину, – Доставьте эту женщину в казармы городской стражи. – вынес свой вердикт.

Поднял глаза на ее конвоиршу (Миру):

– Я не одобряю женщин в мужских делах, но подобные тебе..., – говорил со снисхождением, – служат отличным примером преданности. ...Я очень ценю это. – кивнул с благословением.

Отошел к своей свите:

– Уже рассвет. – обратился многозначительно к Назиру, – Город просыпается. – с явным заделом, – Вывозите пленников на рыночную площадь. – подозвал жестом двух стражей (Дамир и Робер) в помощь тем, кто уже облачил приговорённых в робы, – ...Пусть умрут с первыми лучами солнца. Усильте охрану. – с этими словами Великий судья окинул снова презренным, но каким-то глубоким взглядом троих смертников, что-то умолчал, и со своей свитой удалился, оставив только одного из телохранителей, чтобы проследил за процессей.

Назначенные конвоиры поволокли из пыточной залы пленников, едва влачащих ноги пленников... Внизу их ждали две телеги. Одна для девушки, которая поедет в сторону казарм, и одна, которая пойдет на рыночную площадь для казни.



СОПРОВОЖДАЮТ И НАЧИНАЮТ ПОБЕГ
Робер (сопровождает Кармелита)
Дамир (сопровождает Якоба)
Мира (сопровождает Аялу)

УСТРАИВАЮТ БЕСПОРЯДКИ НА РЫНКЕ И ПО ОКРУГЕ (будут гифки)
Райхан / Джасим
Лим / Айшэ-Акра
???

ПРЕСЛЕДУЮТ И ВЛЯПЫВАЮТСЯ В ЛОВУШКИ
Ассасины




Далее у нас:
1) объединение в суматохе по городу
2) прячемся в церкви и под потайным ходом (которые должны были найти Эшли и Айшэ с Джасимом )
3) даём ходу в храм соломона


«Каждый человек – это мир, который с ним рождается и с ним умирает, под каждой могильной плитой лежит всемирная история.»
/Г. Гейне/
 
Mia111
Охотница
Дата: Понедельник, 12.10.2015, 18:25 | Сообщение # 1023
★Сияющий Пегас ★
Группа: Аллергия на флуд
Сообщений: 2022
Статус: Offline

Награды: 83
«Вера она в твоём сердце и в твоей голове, только от твоих решений зависит, благочестив ты или нет.».

"Царство небесное"





<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Тюремная Башня>

(НОЧЬ К РАССВЕТУ)



Саллах ад-Дин

Назир (Джулиан) – Мира (Наир)

Робер де Сабле (Дезмонд) – Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль)

Ангел Кармелит (Дантей) – Якоб Александр (Альтаир)


Цитата Shollye «Робер де Сабле» ()
Из раздумий о змеях его вывел голос Дамира.- Терпеть?- Зашипел змеёй на араба.- Я не страшусь боли.- Прикрыл глаза, прислушиваясь к своему стонущему сердцу.- Ради них. Я выдержу всё. А теперь, брат мой, думаю нам бы не помешало помолиться, дабы Господь наш спаситель помог нам. *Помог вернуть моего сына домой.*


Дамир едва заметно склонил голову в отдаленном подобии поклона на эту вспышку Магистра, с трудом гася пожар своей вспыльчивости, ответив шепотом:

- Я не это имел в виду, сэр. Не было желания обидеть Вас своим предупреждением. Догадываюсь лишь как тяжело для Вас сейчас быть так близко, но еще не иметь возможности увидеть их. Осторожность следует соблюсти, чтобы помочь им и сделать необходимое в нужное время, сэр. Об это лишь мои помыслы и тревоги. Да будет так, - встречая это утро молитвой, думая о Ленси с сыном и своем возвращении к ним. Он довольно думал последнее время о других…Сделает что должен, а затем вернется к своему плану из-за которого он и оказался здесь в этом самом месте.

Цитата MirVokrug «Саллах ад-Дин» ()
Сообщение, что сам Повелитель пересекает коридоры и галереи опережало его всего на дюжину шагов, ибо шаг Повелителя был властным и широким. Он с нетерпением желал взглянуть в лица политических пленников.


Из общей уединенной тишины молитвы, Дамира вырвали голоса, что приближались к ним с вестью тревожной о визите Повелителя.

*Не может быть! Всемилостивый Боже!* - взмолился про себя, глянув на небо. Еще было рано, но… мысли понеслись вперед галопом, стрельнул быстрым и пылким взглядом по Магистру, делая шаг в сторону камеры, не было времени ждать, им жизненно необходимо было узнать, что будет дальше. Этот план пошел прахом едва начавшись.

С тревожным сердцем они слились с потоком стражи, проходя внутрь камеры пыток. С ночи почти ничего не изменилось здесь, лишь стража теперь вытянулась по стойке смирно и пленных чуть «облагородили».

Глаза хищника под узким разрезом шлема сузились, едва увидел он Правителя. Так близко… Вот только не укусить, не добраться до горла. Кровь взбурлила пламенем, растекаясь по венам огнем. С трудом перевел он взгляд на пленных, чтобы сдержаться и не выдать себя, слушая лишь голос, бросая искоса взгляды на Магистра, подумав, что все могло бы закончиться в этой комнате. Два человека, которым дана власть управлять половиной мира и которые не могут принести мир этим землям. По сути же тамплиер знал, что «гнилые» люди встречаются в обоих вероисповеданиях. Он не брался судить этих двоих сейчас, руки у всех по локоть в крови. Один защищал свое, второй пытался создать порядок, и оба нарушали обеты своей веры.

Пришелец заворочался внутри, будто соглашаясь с ним и одаряя Дамира каким-то внутренним восхищением к прикосновению к истории, заставляя взгляд возвращаться к Правителю. Он был мудрым человеком, но правда была в том, что мир на этих землях возможен лишь при терпимости с обеих сторон. Ни Дамир, ни Даниэль не в силах были перечеркнуть страницы истории и десятки лет кровавых походов, прикрытых, по сути словом «Вера». В самом начале араб проникся идеями тамплиеров, верил в них, принципы и суждения их совпадали с его стремлениями и давали ответы на вопросы, поэтому он и вошел в их ряды, но постепенно он понял, как ошибался порой в них. Насмотрелся, как одни помогали народу, а другие унижали его, втаптывали в грязь. Видел, как порой рыцари творили произвол себе в угоду, забыв свои истоки и клятвы, предав Слово основателей своих, превратившись из защитников под час в угнетателей, наживающихся на остальных. Однако, такое происходило и при правлении сарацинов, неравенство и нищета шли рука об руку с ними. Стражники творили произвол, а простой народ страдал, умирал, сражаясь на поле боя или за будничной работой. Не понимал он отсутвия веротерпимости друг к другу. Дитя двух культур по сути, Дамир давно понял, что любая вера не приемлет насилия, не может Бог, Аллах, Яхве, Элохим, Творец, Отец, Создатель желать, чтобы дети его уничтожали друг друга. В это он верил. Поток мыслей мрачных прервался, едва Повелитель заговорил с пленными. Они стояли близко и могли слышать каждое слово.



Ангел Кармелит (Дантей Легран)


Цитата MirVokrug «Саллах ад-Дин» ()
Стражи, что прикрыли срам пленников, окатили их холодной водой, приводя в чувства обоих. И священника и лейтенанта Магистра.




Он пребывал в беспамятстве с самого его возвращения на цепи, уступив место спасительному отдыху, тяжело прикрыв глаза, наслаждаясь мгновениями тишины и покоя, погружаясь в Свет, что тихо напевал, рассказывая о чем-то. Холодная вода пробудила его, заставляя с трудом приподнять тяжелые веки, прищурившись, он смотрел перед собой, видя размытые силуэты, зрение возвращалось медленно, истерзанное тело затекло и не чувствовалось, многочисленные шорохи с разных сторон говорили монаху, что людей собралось много. Внезапно чей-то лик приблизился, и ему удалось сквозь пелену разглядеть лицо старца.






Глас внутри зашевелился, шепнув имя старца:

* Саллах ад-Дин*





Цитата MirVokrug «Саллах ад-Дин» ()
– Йя наслыщан о тьебе, моньах (Кармелит). – заговорил на жеванном английском арабский государь, заглядывая в рассеянное словно пьяное лицо, – О твойих чьюдесах ходьят льегенды. – сообщил, но верил в чудеса Пророков Аллаха куда больше, а английские роскозни он считал бестыжей ложью.


Он слушал молча покорно, не вступая с ним в диалог, понимая каждое слово и зная, чем закончит он. Не страшился слов его и деяний, лишь сожалел…

*Я не творю чудес, они – деяния Господни* - ответил про себя смиренно.

Цитата MirVokrug ()
– Ваща вьера..., – начал он обвинительно, – ...она учить правильйиным мыслам. – признал, скрывая за этим, что знаком с догмами и тезисами их писания, – Но которьые вы попьирайете самьи. – выдал свое осуждение и праведный гнев. – Ващ Бог... снес муки за вас. Так и тьы снесьи их. – высказал ему свой немногословный приговор, обрекая на публичное распятие под палящим солнцем. – Такайа смьерть чьесть тьебе, моньах. – смерил священнослужителя и отвел свой суровый взор коршуна.


Кармелит не отрицал этого, но помнил он и прощении. Грусть пронзила сердце его от непонимания людского. Распяв Христа, земля сия получила много горя, крови, а теперь же история повторялась. Нет, не ставил он себя в ранг с Христом, об этом и подумать не мог. Грустно было, что зная о последствиях, не внимали люди повторениям истории своей. Сколько веков спустя на той же земле не нашли они в себе силы исправить ошибки свои. Не за свою жизнь он беспокоился, а за новое кровопролитие.

*Награди Господь мудростью и огради от ошибок, даруй прощение свое неразумным* - подумал про себя. Используя свой дар не делал он различий меж верой, лишь помогал, когда давал Господь свою Благодать ему.

Выслушав, с трудом проронил одно единственное слово пересохшим ртом:

- Благодарю, - силился рассмотреть остальных, но не получалось, тяжело вновь прикрыл глаза.

Цитата MirVokrug «Саллах ад-Дин» ()
Развернулся к воину (Якоб), обвисшему на цепях с каким-то безучастным безразличием:
– Попьираете собсные заповьеди, – с высоты своего роста оградил юношу презрением, – ...Насьилуя нащих щенщин. – начал зловещее перечисление их и его в частности грехов, – …Угоньяя в рапство нащих дьетей. …Угньетайа нащих старьиков. ...И убивая нащих мущщьин. – примолк, выбирая кару крестоносцу, – ..Горьсть ньечьистот ваща вьера. – прошептал ему над подранным ухом, – Йакоб Карайущий... – опознал его, – Змьейеныщ дье Сабле. Ты умрьешь в муках. Дольго. – проклял кровожадного Беса, наслышанный о его злодеяниях, поручал на четвертование.


*Да убережет Господь душу твою*

Цитата MirVokrug «Саллах ад-Дин» ()
Но я ...пощажу тебя. – кивнул с тщательным одолжением, убрал прядки с её лица за плечо, – Ты искупишь свои грехи, утоляя боль ...своих братьев, – говорил он о сарацинских воинах, – загладишь свою вину потерянным целомудрием. Будешь согревать их горющие сердца теплом своего порочного тела. ...Только так они простят тебя за гибель своих сослуживцев, на кого ты навлекла врага. – как шпионку и предательницу он намеревался отдать ее в руки тех, кто все это время страдал от ловушек и западни. Поднялся на ноги, выпрямляя старую спину, – Доставьте эту женщину в казармы городской стражи. – вынес свой вердикт.


Этот приговор казался самым страшным для него. Желал бы помочь ей, но уповать оставалось лишь на Господа. Страшная догадка зашевелилась внутри, которую одобрить он не мог.

*Только не самоубийство… тогда ее душа потеряна будет для Господа* - мысленно умолял он женщину сокрушенно.






Дантей Легран

Тяжело на сердце было у него, не ведал он об остальных, но вот сейчас сквозь пелену зрения монаха приметил Дантей смутные силуэты, что двоились. Не в силах рассмотреть был кто то был, - *быть может не все потеряно?* – спрашивал он себя, сожалея, что не может сделать больше для них всех. Женщина не заслужила подобного, и оттого на сердце было горько. Иногда события кататься с такой скоростью, что, не остановившись вначале, потом исправить ничего нельзя. Первой мыслью было призвать Ангелов, но… он не мог менять историю, катастрофичные последствия были бы неминуемы, десятки тысяч могли бы не появиться, в том, числе и ключевые фигуры истории, как положительные, так и отрицательные. С тяжелым сердцем принимал он бездействие свое, надеясь на лучшую следующую жизнь для нее.






Дамир


Понимал он к чему ведется разговор, и следовало действовать, не медля предупредить остальных об изменении плана. Они не смогут скрыться из Башни, как планировали. Оставалась одна возможность, посмотрел на Робера и понял, что мысли их совпадают. Кивнул, соглашаясь, провожая его взглядом.

Цитата MirVokrug «Саллах ад-Дин» ()
Отошел к своей свите:
– Уже рассвет. – обратился многозначительно к Назиру, – Город просыпается. – с явным заделом, – Вывозите пленников на рыночную площадь. – подозвал жестом двух стражей (Дамир и Робер) в помощь тем, кто уже облачил приговорённых в робы, – ...Пусть умрут с первыми лучами солнца. Усильте охрану. – с этими словами Великий судья окинул снова презренным, но каким-то глубоким взглядом троих смертников, что-то умолчал, и со своей свитой удалился, оставив только одного из телохранителей, чтобы проследил за процессей.


Шагнул вперед араб, едва прозвучали слова, намереваясь подхватить монаха, оставляя Роберу второго, но в руки кинули ему Якоба. Растеряно смотрел он на рыцаря, не зная как поступить в этот миг. Решив не привлекать внимания, взвалил его себе на плечи, переглянувшись с Магистром, и поспешил на выход с ношей и вторым стражем. Их путь лежал в одно место и все равно он мог наблюдать за монахом. А девушка… *чуть позже, не дело это…* - подумал про себя, решив затем проникнуть в казармы и посмотреть, что можно сделать для нее. * Пришелец мой таков* - подумал мельком, не знал он преступлений ее, чтоб судить, но данный приговор не нашел смирения в сердце его. Не важным стало тамплиер она аль нет…

Цитата MirVokrug «Саллах ад-Дин» ()
Назначенные конвоиры поволокли из пыточной залы пленников, едва влачащих ноги пленников... Внизу их ждали две телеги. Одна для девушки, которая поедет в сторону казарм, и одна, которая пойдет на рыночную площадь для казни.




Выйдя из сырости на воздух, Дамир вздохнул глубоко, выпуская долю волнения наружу, сгрузил рыцаря на телегу, что стояла у входа, приковав цепи к небольшим петлям, как истинный конвоир, соблюдая прикрытие. Желал он дать ему какой-то знак, но за ними наблюдал телохранитель Повелителя, сдержался он не став рисковать, лишь задержал руку свою на запястье рыцаря на мгновение дольше, чем следовало. Отступил на шаг, позволяя положить тело монаха на телегу, увидев записку в руках Робера, отвлек он стражников на себя, распределяя, кто пойдет с какой стороны и какой дорогой ехать.

Телеги тронулись, отъезжая от Башни в сторону города, выбрав самую дорогу по центральной улице, чтобы заодно и привлечь внимание горожан, которые должны были собираться на молитву в этот час. Держа в уме их план побега, надеясь, что остальным хватит времени среагировать на изменения.

Робер
Джасим
Райхан
Адэвале
Ассасины
Мира
Аяла
Лим
Айшэ
Акра


 
AlterEgo
Охотница
Дата: Воскресенье, 08.11.2015, 12:58 | Сообщение # 1024
Гость
Группа: EliteGamer
Сообщений: 46
Статус: Offline

Награды: 0
ВАЖНЫЙ ПОСТ

<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Дом в районе рыночной площади, балкон>

(РАССВЕТ)



Госпожа каравана Халида (Юнона/Затана)

Великая из прородителей рода человеческого стояла на балконе, встречая утренние сумерки. Лёгкий ветерок волновал пряди её тёмных волос. Печаль тенью лежала на её лице.





Юнона

Она смотрела на мир, потерянный много тысяч лет назад и сердце её сжималось от боли, разочарования и гнева. Столько времени и сил она положила на то, чтобы спасти этот самый мир… Те, кто был всего лишь стадом заняли их место, …её место.

Аттис. Дионис. Гор. Кришна. Митра. Иисус… Её глупые наивные сородичи, что пытались дать людскому роду свои знания, свою любовь.

– *И чем это стадо отплатило им?* – стиснула она зубы, и брови её нахмурились. – *Поруганием? Смертью? Забвением?!* – даже по прошествии стольких лет негодовала она.

Она знала, что нельзя им верить, этому стаду… Нельзя. Они лишь плод их экспериментов, толпа муравьёв, которая должна была работать на них, а не истребить их…

Она до сих пор помнила, сколько своих дней она провела в лабораториях столицы Их Города Надежд – их Эдема. Но ничего она не успела тогда… до катастрофы, когда мир пылал и гиб. Но, она успела после этого… Машины той системы были разбросаны по миру, но уцелела только одна. И она знала, где она находится. Всё, что ей было нужно, это – Жертва. Простая человеческая жертва… Это чтобы спасти Мир Живых. Что же касалось до Миров Мёртвых… «Рай» и «Ад». Врата в Рай были запечатаны.

– *Так тому и быть.* – гордо решила Юнона.

Если «Небеса», как называли это место люди, останутся запечатанными, она найдёт хотя бы одно из утраченных «Яблок Эдема». Пошлёт все «искры» – души людей, в Ад, откуда они не смогут переродиться. Не будет больше «вторых шансов», будут чистые души, рождённые заново. Их жизнь будет – дорога в один конец. Одна душа, одна история, одна память. Сколько бед им принесли те, кто хранил чувства и воспоминания из своих предыдущих приходов в Мир Живых. Довольно… Ей нужно управляемое стадо, которое после смерти будет отправляться в Ад, а там…., их «искры» будут гаснуть или очищаться.

Нужен ли ей «Рай»…? Это место, в которое люди верили, где души людей очищались и возвращались на Землю? Она сможет открыть эти врата, если сможет найти сородича, который пожертвует своей «искрой», чтобы подпитать врата, и тогда «замок» раскроется? Юпитер? Минерва? Где ей найти их?...Аита? Муж её?...

– *Нет-нет! Ни за что… Мой муж, моя любовь…* – решительно сжала она кулачок и обернулась на одинокую остывшую постель.

Он ушёл ещё с темнотой… Её «искра» была не спокойна… Юнона обрела свободу, и никак не могла и гадать, что эту свободу она обретёт в Его руках. Сколько жизней он прожил, прежде чем они снова встретились? Её Мудрец Аита. Он смог победить смерть, обуздав механизмы перерождения, забирая чужие жизни ещё в утробе их матерей. И несомненно… Это оказалась их победа! Её победа! Они так долго искали способ, как можно выжить! Скрещивали один вид с другим, пока не получили человека, и лишь безумный эксперимент дал свои плоды! Душа Аиты смогла внедриться в тело человека, выбранного по особым кретериям, но… Как подселённая душа, он не смог прижиться и потерял своё тело… Она до сих пор вспоминала об этом с горькими слезами. Именно её рука оборвала его жизнь, чтобы избавить от мучений… Но он нашёл способ жить в человеческих телах с начала их зарождения!

– *О! Воистину ты велик, муж мой!* – выдохнула она с вибрациями гордости и трепета. Он завершил то, что начинали их сородичи прежде – поиск спасения!

Его «искру» она почувствовала сразу, как только пришла в себя и открыла глаза этой девчонки. Подавить «искру» этого человека оказалось невероятно тяжело из-за её способности к эмпатии, и всё же… ей удалось, и теперь грубая девка была заперта, лишена воли и права голоса. Затана Мартин была обречена на безмолвную смерть внутри неё.

Юнона не могла оставаться без действий, пока её возлюбленный с воинами вышли в город, чтобы поймать пришлых ассасинов. Они вместе были переброшены в это время по глупой оплошности Пророков (Альтаир и Дезмонд). И сейчас её возлюбленный должен был подстречь их и забрать «Яблоко».

Она была ужасно огорчена…, что эти два самых пророка вселились в тела её верных Детей – в её Тамплиеров. Это было ужасное стечение обстоятельств! Магистр и его Лейтенант! Как она сможет извести ассасинов из их тел, не убив их? И ещё одно проклятье – эти горгульи!

– *Будь ты проклята, Минерва!…* – сетовала Юнона, ведь именно Минерва разрабатывала этот проект с нейтральными смотрителями меж миров!

Один из кавалеров Горгулий тоже попал в это время! И будь он проклят! Тоже в тело её служителя – христианского священника, что служил при Кресте Тамплиеров!

Юнона начала подозревать, что это происки Минервы… Она занималась проектами со Временем. В то время как Юнона создала свою личную армию – Тамплиеров, которые зажили своей жизнью без неё, но по её писаниям… Юпитер – искал ей противостоящую силу в виде своих последователей – Ассасинов. Минерва же…, создавала свой козырь – силу, управляющую временем! Вот почему Ассасины всегда были на шаг впереди в поисках Знаний, и вот почему Тамплиерам всегда приходилось следовать за ними! Грабить Их хранилища, пытать ассасинов, искать знаниях в их крови!

– *Что если…? Нет! Она не могла! Как она могла предугадать эти события??* – начала злиться и метаться сверженная лже-Богиня. – *…Куда ты ведёшь меня и моих подданных, Минерва? …Проклятая!*

Всё складывалось ужасно не в её пользу! Сначала были запечатаны по какой-то неизвестной ей причине или ошибке Врата Рая – они были лишены энергии работать, её просто выпустили! Рассеяли! На земле это могло сработать как электро-магнитная вспышка. Затем её пробудили… И Юнона знала, зачем! Искра любого из Предтеч обладала колоссальной энергией! И эта энергия служила ключом к энергетическому механизму, который мог как открывать, так и закрывать Врата, будь то Рай или Ад, но одна беда… «Искра» Предтеча уже никогда не сможет вернуться в мир Материальный, она потеряет свою свободу и подобно электрическому току будет циркулировать по системам Врат, питая и оживляя все физические и метафизические процессы в машинах тех Миров… А это значит…, что она одну темницу на Земле, сменит на другую – на Небесах! Нет…, там не было плохо… Но…, она не сможет не просто быть свободной, она станет безвольной материей. Она не сможет мыслить, обретать формы… Вечный сон её сознанию. И если кто-то снова решит повредить вратам, она просто развеется как утренний туман, что сейчас сходил с города под теплыми лучами солнца, что вот-вот покажется из-за верхушек гор.

Это рвало сердце Юноны. Она должна была найти способ уйти в будущее время, где разрушен тот храм, который изувечит её «искру», как изувечил однажды одного из её сородичей, чтобы активировать Рай… Здесь же… Храм Соломона – был ещё цел! Цел! А это значило, что если ассасины знают о том, как открыть Рай для людских «искр»…, и если они найдут её… Для неё это будет конец.

Женщина с длинными тёмными волосами содрогнулась и, закусив кулачок, дала волю слезе и ушла с балкона, загоняемая леденящим неописуемым страхом в темноту горницы с богатым убранством здешнего народа. Она всхлипнула опасаясь такой «смерти» больше потерянной гордости. Закусила кулачок зубами, пытаясь не дать волю рыданиям. Однажды её уже обманули, заточили в беспробудном сне в одной из тех машин, после чего она утратила своё тело, но сохранила форму. Чувство бесконтрольности убивало её так же верно, как яд… Юнона нуждалась в гарантиях, в надёжности в клятве, что это больше не повториться… Но для этого она не могла больше сидеть здесь без дела…

Схватив расшитую золотом паранжу, она собрала волосы, укуталась в ткань и выплыла тревожным облаком на едва пробуждающиеся улицы. Едва Аита заполучит “Яблоко” они… И тут она вдруг замерла у спадающих с балкона лиан плюща…


– *Одного “Яблока” не достаточно, чтобы вернуться в 21 век…* – эта идея едва не лишила её разума!

Чтобы вернуться ей нужны Хранители “Яблока” и …горгулья!! Именно они могли сработать тем цепным механизмом, которое забросило их всех сюда… Но почему именно сюда?

– *Минерва… Так ты знала?* – округлились её большие опаловые глаза с блеском ужаса, – *Что ещё ты … знала?*

“Яблоко” может управлять временем, иллюзией, «искрами», но сердце горгульи… Что даёт оно? Какой эффект? Какой эффект Минерва заложила в эти создания? Они ведь на порядки выше Демонов и уж тем более Ангелов! А высшие из Ангелов могли в особых протоколах совершать скачки во времени…!

Лёгкая ткань её одеяний смялась в её кулачках. Но Юнона решительно подняла взгляд в длинных тёмных ресницах к крышам домов, к Небу, откуда они многие тысячи лет…, нет, миллионы лет назад, пришли сюда.

– *Я одолею всех вас, чего бы мне это не стоило…* – и уверенно шагнула вперёд в мягких туфельках.

Планы менялись. Им не достаточно теперь только забрать “Яблоко”, им нужны Хранители и Горгулья. Ужасно, что она не может повлиять на их жизни, иначе изменится их жизнь, а значит будущее, и она не ведает, каким образом… В её ли сторону? Им придётся беречь жизнь этих троих, и после – стереть их память! Но это в том случае, если её версия верна… И ни в коем случае она не должна переступить через порог Храма Соломона. Соломон…, один из друзей Минервы…, что работал с ней в её лабораториях, а после ушёл к людям…

– *Какую ловушку вы уготовили мне там?* – с сжавшимся сердцем плыла она в тени улицы.


Аита

Побег?


«Мы так привыкли притворяться перед другими, что под конец притворяемся перед собой.»
/Франсуа де Ларошфуко/


Сообщение отредактировал AlterEgo - Воскресенье, 08.11.2015, 13:06
 
Shollye
Охотник
Дата: Воскресенье, 08.11.2015, 16:19 | Сообщение # 1025
.:Tamashi o tabe:.
Группа: Модераторы
Сообщений: 2277
Статус: Offline

Награды: 57
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Тюремная Башня>

(НОЧЬ К РАССВЕТУ)



Саллах ад-Дин

Назир (Джулиан) – Мира (Наир)

Робер де Сабле (Дезмонд) – Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль)

Ангел Кармелит (Дантей) – Якоб Александр (Альтаир)


Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир" (Даниэль) ()
- Я не это имел в виду, сэр. Не было желания обидеть Вас своим предупреждением. Догадываюсь лишь как тяжело для Вас сейчас быть так близко, но еще не иметь возможности увидеть их. Осторожность следует соблюсти, чтобы помочь им и сделать необходимое в нужное время, сэр. Об это лишь мои помыслы и тревоги. Да будет так, - встречая это утро молитвой, думая о Ленси с сыном и своем возвращении к ним. Он довольно думал последнее время о других…Сделает что должен, а затем вернется к своему плану из-за которого он и оказался здесь в этом самом месте.


Магистр задышал глубоко, успокаиваясь. Он понимал, что Дамир не виноват ни в чём, просто рана, полученная недавно, бессонные ночи и страх за сына, радость за вновь приобретённого сына. Всё свалилось на француза снежным комом. Снег…его так не хватало в этой пустыне. Он помнил, как обещал Сашэ отвезти его в свой дом. Он увезёт его. Обязательно. Спасёт сына. Заберёт с собой и Райхан с Джасимом. Будет жить мирно. Его сыновья больше не будут воевать. А он сам…Он уничтожит ассасинов. Благо шпионов и предателей в их стане ещё достаточно.

Робер повернул голову к Дамиру и слабо улыбнулся.- Прости меня, мой друг. Не заслужил ты моего гнева. Благодарю за мудрое наставление. Твоя поддержка мне сейчас важна как никогда.- Положил ладонь в воинской рукавице ему на плечо и сжал.- Ты хороший соратник и верный друг. Я благодарен Отцу нашему Всевышнему за то, что ты сейчас со мной.

Они оба закрыли глаза и стали молиться. Робер де Сабле молился не за себя. Только за Якоба. За своего Змеёныша он готов был пройти все круги ада, лишь бы спасти. Такие яркие и сильные отцовские чувства проявлялись лишь к нему. Тут Робер понимал ненависть Райхан…Ведь полюбить так малыша Джасима де Сабле просто будет не в силах. Он отдаст часть своего сердца сынишке, но Сашэ будет занимать в нём особое место, привилегированное, самоё тёплое и уютное. Француз вспомнил улыбку Змеёныша. Его шутки и весёлый смех. А его гнев…Или ту ситуацию, когда молодой пьяный англичанин поинтересовался о шрамах на черепушке Магистра. Мужчина улыбнулся сам, да продолжил. Он шептал слова молитвы, держа перед внутренним взором своим образ Христа и Якоба.

«О Премилосердный Боже, Отче, Сыне и Святый Душе, в Нераздельней Троице поклоняемый и славимый, призри благоутробного на раба Твоего Якоба отпусти ему все согрешения его.» Робер с силой сжал руки в молитвенном преклонении. Ничего он так не страшился больше, чем потеря Сашэ. Молитву его прервали шопотки и странное взволнованное шевеление рядом. Робер открыл глаза и посмотрел на Дамира.

Цитата MirVokrug "Саллах ад-Дин" ()
Сообщение, что сам Повелитель пересекает коридоры и галереи опережало его всего на дюжину шагов, ибо шаг Повелителя был властным и широким. Он с нетерпением желал взглянуть в лица политических пленников.


Робер вслед за Дамиром вклинился в ряды охраны врага своего Короля. *Если бы Ричард знал с кем я сейчас в одном коридоре, он бы воткнул мне кинжал в сердце за измену.* де Сабле подумал, что не плохо было бы убить врага, но…

Цитата MirVokrug "Саллах ад-Дин" ()
Зала с полуобнажёнными истерзанными пленниками не произвела на Правителя должного впечатления. Чувства ликования Саллах ад-Дин не испытал.
Он глянул на стражника с приказом.
И тот понял жест, кивнул другому, и они спешно накинули на пленных туники. Длинные полосы грубой грязной ткани с прорезью по середине для головы. Рабская одёжа.


Робер успел разглядеть все раны на теле своего сына. Кровь закипела, но холод разума остужал её. Магистр понимал, что если сейчас выдаст себя, то убьёт всё, что любит! В некоторой степени был благодарен врагу, что тот приказал накинуть на них робы. *Крепись, Сашэ. Я вытащу тебя от сюда. Чего бы мне это не стоило. Ты выживешь, сын мой.*

Цитата MirVokrug "Саллах ад-Дин" ()
А этих, – указал на пленников (Кармелит, Якоб), [colorangered]– пробудите.[/color]
– Я зачту им их приговор.


*Приговор вынесет тебе Ричард. Ты погибнешь от его руки или от моей. Моего сына ты не тронешь, арабский мудрец.* Как бы не хотел ненавидеть этого старика, но француз прекрасно понимал, что он умён. Саллах ад-Дин подтвердил мысли своего врага.

Цитата MirVokrug "Саллах ад-Дин" ()
– Ваща вьера..., – начал он обвинительно, – ...она учить правильйиным мыслам. – признал, скрывая за этим, что знаком с догмами и тезисами их писания, – Но которьые вы попьирайете самьи. – выдал свое осуждение и праведный гнев. – Ващ Бог... снес муки за вас. Так и тьы снесьи их. – высказал ему свой немногословный приговор, обрекая на публичное распятие под палящим солнцем. – Такайа смьерть чьесть тьебе, моньах. – смерил священнослужителя и отвел свой суровый взор коршуна.


Но всё же не во всём был согласен с этим человеком. Заветы не нарушал француз и не позволял своему окружению это. Господь видит всё и воздаёт за деяния каждому своё. *Веру свою предают и в твоих рядах.* Подметил, но смолчал. Он видел также, что и Дамир себя удерживает. Непросто быть шпионов в логове врага. Робер восхитился ещё раз умением шпионов.

Цитата Mia111 "Ангел Кармелит" (Дантей Легран) ()
- Благодарю, - силился рассмотреть остальных, но не получалось, тяжело вновь прикрыл глаза.


Был на приговор дан истинно христианский ответ. Благодарность за боль. Робер глянул на священника и почувствовал гордость за священнослужителя. Именно такими он видел слуг Господа. Они были тем стержнем, что поддерживали в минуты трудные. И сейчас, будучи на грани, Кармелит с честью выносил муки. *Да пребудет с тобой Отец Понимания!*

Цитата MirVokrug "Саллах ад-Дин" ()
Развернулся к воину (Якоб), обвисшему на цепях с каким-то безучастным безразличием


Робер внутренне содрогнулся. Сын выглядел очень плохо. Его пытали тут, пока он наслаждался объятиями любимой женщины. *Прости меня, Сашэ. Я виноват пред тобою.*

Цитата MirVokrug "Саллах ад-Дин" ()
– Попьираете собсные заповьеди, – с высоты своего роста оградил юношу презрением, – ...Насьилуя нащих щенщин. – начал зловещее перечисление их и его в частности грехов, – …Угоньяя в рапство нащих дьетей. …Угньетайа нащих старьиков. ...И убивая нащих мущщьин. – примолк, выбирая кару крестоносцу, – ..Горьсть ньечьистот ваща вьера. – прошептал ему над подранным ухом, – Йакоб Карайущий... – опознал его, – Змьейеныщ дье Сабле. Ты умрьешь в муках. Дольго. – проклял кровожадного Беса, наслышанный о его злодеяниях, поручал на четвертование.


Пока говорил Саллах ад-Дин, де Сабле продолжил прерванную молитву:

«Подай ему исцеление от болезни; возврати ему здравие и силы телесныя; подай ему долгоденственное и благоденственное житие, мирнае Твоя и премирнае блага, чтобы он вместе с нами приносил благодарные мольбы Тебе, Всещедрому Богу и Создателю моему. Пресвятая Богородица, всесильным заступлением Твоим помоги мне умолить Сына Твоего, Бога моего, об исцелении раба Божия Якоба. Все святые и Ангелы Господни, молите Бога о рабе Его Якобе. Аминь»

Француз смотрел на тусклое лицо Якоба, страшась не успеть. Он стоял здесь в этом грязном и сыром помещении и мог протянуть руку, чтобы спасти, укрыть, защитить…но нельзя. Нужно терпеть. Магистр смекнул, что план срочно нужно подредактировать. Раз сбежать им не удастся тихо.

Цитата MirVokrug "Саллах ад-Дин" ()
Вывозите пленников на рыночную площадь. – подозвал жестом двух стражей (Дамир и Робер) в помощь тем, кто уже облачил приговорённых в робы, – ...Пусть умрут с первыми лучами солнца. Усильте охрану.


Его ещё никто не смел подзывать как собаку. Робер сжал кулак, но быстро сделал шаг вперёд. Он надеялся, что в руки к нему попадёт его сын.

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир" (Даниэль) ()
Шагнул вперед араб, едва прозвучали слова, намереваясь подхватить монаха, оставляя Роберу второго, но в руки кинули ему Якоба. Растеряно смотрел он на рыцаря, не зная как поступить в этот миг. Решив не привлекать внимания, взвалил его себе на плечи, переглянувшись с Магистром, и поспешил на выход с ношей и вторым стражем. Их путь лежал в одно место и все равно он мог наблюдать за монахом.


*Только посмей сделать ему больно.* Говорила серая сталь его глаз. Мужчина подошёл к священнослужителю и брезгливо, как положено врагу, оглядел врага. Якоба уже унесли. Магистр рванул бедолагу священника за рукав, порвав его, да смял тряпку в руках. Одна составляющая была готова. Осталось всего-то найти что-то пишущее. Поднял Кармелита на ноги резко, закинул того на спину, да понёс прочь. Они шли не так быстро. Робер сам был ранен на бок, а тащить на себе полуживого человека, имея в голове ещё массу проблем, было тяжко. Мужчина, проходя мимо часового, стащил с его стола уголёк и, как ни в чём не бывало, пошёл дальше. Магистр чувствовал тяжесть ноши, решил, что тот в беспамятстве, поставил того у стены и подпёр бедром, а сам стал быстро строчить записку на клочке ткани угольком. Приходилось писать быстро. Стоило ткани впитать в себя слова человека, как пленник вновь был на спине стража. Теперь проблема была в том, чтобы передать записку.

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир" (Даниэль) ()
Выйдя из сырости на воздух, Дамир вздохнул глубоко, выпуская долю волнения наружу, сгрузил рыцаря на телегу, что стояла у входа, приковав цепи к небольшим петлям, как истинный конвоир, соблюдая прикрытие. Желал он дать ему какой-то знак, но за ними наблюдал телохранитель Повелителя, сдержался он не став рисковать, лишь задержал руку свою на запястье рыцаря на мгновение дольше, чем следовало. Отступил на шаг, позволяя положить тело монаха на телегу, увидев записку в руках Робера, отвлек он стражников на себя, распределяя, кто пойдет с какой стороны и какой дорогой ехать.


Сгрузил тело монаха в телегу, закрепил оковы, глянул мельком на сына. Сейчас было не до сантиментов и ласки. Робер поднялся во весь рост и оглядел местность. В крови поднялся страх вновь. Рядом с телегой крутился… *Джасим!*

- ДхахабАт беидА, йАрру! /Пшёл прочь, щенок!/ - Зарычал на арабском на мальчишку и кинул в его лицо тряпкой-запиской. *Господь Всемогущий, помоги этому ребёнку понять важность этой тряпки!*

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир" (Даниэль) ()
Телеги тронулись, отъезжая от Башни в сторону города, выбрав самую дорогу по центральной улице, чтобы заодно и привлечь внимание горожан, которые должны были собираться на молитву в этот час. Держа в уме их план побега, надеясь, что остальным хватит времени среагировать на изменения.


Народ привлекался рабскими робами и светлой кожей пленников. Да и ещё столько стражи! Наверняка это были дьяволы во плоти. Робер стоял в телеге и смотрел за порядком, отдав знак Дамиру быть наготове.

Джасим
Дамир
Товарищи


 
Lyna
Охотница
Дата: Воскресенье, 08.11.2015, 23:02 | Сообщение # 1026
Гений, миллиардер, плейбой, филантроп
Группа: EliteGamer
Сообщений: 1305
Статус: Offline

Награды: 17
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

улицы города>

(РАННЕЕ УТРО)




Джасим (Оливер)


Джасим бежал по улице, с привычной ловкостью огибая прохожих. Он не мог сейчас вернуться в церковь. Не мог сидеть там вместе с остальными, пока его отец рискует жизнью, чтобы спасти брата. Мальчик понимал, что вряд ли сможет им чем-то помочь, но неугомонная натура не позволяла ему сидеть на месте.

На дороге, ведущей к тюремной башне, собирался народ. Известия о предстоящей казни, как всегда, расползались по городу быстрее чумы. Многие хотели посмотреть на обреченных пленников. Немало было и любопытных мальчишек, таких же, как он, уличных сорванцов, на которых никто из благочестивых граждан не посмотрит дважды.

Добравшись до Башни, будущий рыцарь ахнул. Пленников уже грузили в телегу, а отца и Дамира нигде не было видно. Неужели у них ничего не вышло? Может, они уже мертвы или схвачены? Нет, если бы их схватили, то везли бы сейчас на казнь вместе с другими. Значит ли это… Мальчик отказывался думать о таком исходе. Он только сегодня встретил отца и не может сразу его потерять! Ведь его отец – Робер де Сабле! Никакие сарацины не могли так просто его убить! Но выяснить, что пошло не так все-таки надо.

Джасим легко влился в стайку уличных мальчишек и, за пару минут перезнакомившись со всеми, подбил их подобраться ближе к телеге, чтобы лучше рассмотреть неверных. Сам пропустил новых друзей вперед и, пока стража разгоняла назойливую ребятню, умудрился прошмыгнуть к самой телеге. Из подслушанного перешептывания парочки стражников он успел понять, что в темницы наведался сарацинский властитель собственной персоной. Теперь ясно, почему сорвались их планы. Не ясно только, где подевались Дамир и их Господин. Может, у него самого выйдет хоть как-нибудь помочь брату? Например, открыть кандалы, пока на него никто не обращает внимания? Только парнишка подумал об этом и заглянул в телегу, как его заметили.

Цитата Shollye ()
- ДхахабАт беидА, йАрру! /Пшёл прочь, щенок!/ - Зарычал на арабском на мальчишку и кинул в его лицо тряпкой-запиской. *Господь Всемогущий, помоги этому ребёнку понять важность этой тряпки!*


Спугнутым мышонком он юркнул в сторону, срывая с лица грязную тряпку. Хотел было выкинуть, но заметил на пальцах черные следы, похожие на сажу. Один из них напоминал очертаниями букву латинского алфавита. Мальчик заинтересовался и развернул кусок ткани. Внутри оказалась нацарапанная углем записка. Ему понадобилось время, чтобы узнать язык франков. Должно быть, записка от отца! Наверняка! Кто еще в стане арабов мог оставить послание на французском? Некоторые слова смазались, да и язык родителя давался юному тамплиеру с трудом, так что уловил он лишь общий смысл. Он должен срочно передать остальным, что планы изменились. А как именно изменились… ну, он надеялся, что мама сможет перевести записку лучше, чем он. Маленькому шпиончику предстояла очередная пробежка…

Джасим, запыхавшись, влетел в дверь церкви. Он бежал что было сил через весь город. Время работало против них, а он просто не мог подвести отца! Не в первом же поручении, тем более таком важном!

Не сбавляя скорости, мальчишка окинул взглядом помещение, перепрыгнул на ходу через мешавшую скамейку и помчался к матери. Остановившись перед ней, без слов протянул женщине клочок ткани с посланием от старших тамплиеров.

Цитата Brook "Райхан"
- Что ж, Джасим, - кивнула с гордостью, - твой отец нуждается в нас, - глянула с высока в его отцовские светлые глаза, - ...и мы придем на помощь. - уверенно коснулась его плеча.


Пока мать ознакамливалась со скверными новостями, он тяжело уперся ладонями в тощие коленки, шумно и часто дыша в попытке восстановить сбившийся ритм. Вскинул голову на голос, быстро выпрямился, стирая с лица следы усталости, и решительно кивнул. Конечно, они помогут! Разве может быть иначе?

Цитата Brook "Райхан"
- Посмотри, сын мой, чего в будущем ты должен не допустить. - заговорила она строго, - Наш Господин рискует глупо. Ради того, кто поставил себя выше него. - смотрела прямо и с упреком, - Ты должен заботиться о себе и своей безопасности, чтобы наш Господин был уверен в тебе. Ты должен сделать все, чтобы не стать ему обузой. Ты должен быть поддержкой и опорой своему Гоподину, ...своему отцу. Запомни это. - наставляла она.


Наставления матери перекликались с предостережением отца. Джасим выслушал и снова кивнул, ведь он уже дал себе обещание не подвергать опасности дорогих ему людей. Но это навело его на другую мысль, что прежде оттеснила на дальний план радость встречи.

- Маам, - не предвещающим ничего хорошего тоном протянул подросток. - А почему ты никогда не говорила, - сделал паузу, осмотрелся и понизил голос, - что мой отец - сам Магистр?! - с обвинением предъявил ей, буравя родительницу сердитым взглядом из-под нахмуренных бровей.

Цитата Brook "Райхан"
- ...Будь прокляты те люди, ради которых мы сегодня рискуем жизнью нашего Господина и своими собственными жизнями. - была непреклонна некоронованная царица.


Проклятие из уст женщины огорошило ребенка. Он со злостью дернул ее за рукав:
- Как ты можешь так говорить? Эти люди важны для Магистра! Важны для Ордена! А значит, должны быть важны и для нас! - не сомневаясь ни секунды, будущий рыцарь бросился отстаивать решение своего героя. - Там же сэр Якоб! А он же... - вовремя прикусил язык и добавил горячим шепотом: - Он же мой брат! Мы. Должны. Его. Спасти. - выделяя каждое слово, твердо произнес он.

Мальчонка первым прошмыгнул на улицу, взволнованный предстоящим заданием. Его первым настоящим, серьезным заданием. Он привычно петлял среди горожан, спешащих в большинстве своем к городской площади. Добравшись до нужной улицы, тамплиерчик отделился от общего потока, свернул в узенький проход между домами и взобрался на крышу.

Пробежался по крышам жавшихся друг к другу домишек в один конец улицы. Ничего. *Фуух... Успели!* Затем в другой конец, но и там следов конвоя не было видно. Сердце испуганно екнуло. Неужели уже проехал?

Джасим нерешительно топтался на краю здания - расстояние до следующей крыши было слишком большим для него. Но остальные рассчитывают на него, и он не может их подвести. Не может подвести отца и брата. Он почти решился, когда из-за поворота, наконец, показалась окруженная солдатами повозка. Мальчик с облегчением отступил от края и, убедившись, что процессия движется в нужном направлении, помчался к первой условленной точке.

Он замер над улицей, присев за парапетом. Секунды, понадобившиеся, чтобы отыскать взглядом мать, показались ему вечностью. Теперь еще нужно сообщить ей, что конвой уже рядом, и пора начинать. Какой сигнал он должен подать? От волнения у парнишки все вылетело из головы. Он оглянулся по сторонам, размышляя, как бы привлечь внимание женщины внизу.

На подоконнике над ее головой были расставлены горшки с цветами. Мальчишка сразу определил среди них подходящую цель. Подобрал камушек, осколок старенькой осыпающейся каменной кладки, и швырнул в горшок. Камень угодил в стену под подоконником, отскочил от нее и улетел куда-то в толпу. Джасим досадно поджал губы, но тут же предпринял вторую попытку. Следующий снаряд попал в цель. Горшок качнулся в одну сторону, в другую, и плавно съехал с подоконника. Со звонким грохотом к ногам матери рухнули ее любимые цветы.

Джасим подождал за парапетом, пока не убедился, что мама поняла его сигнал, и побежал дальше. Он волновался за нее, но и злился на ее слова. Мальчик не понимал, почему мать так относится к его старшему брату. Какое такое наследие Якоб может у него отнять? Да и зачем ему, Джасиму, еще какое-то наследие? Он просто был счастлив обрести полноценную семью, и даже более того – оказаться связанным с двумя людьми, которыми он восхищался. Чего еще мог желать мальчишка, мечтающий стать рыцарем?

Он пробежался по крышам вдоль улицы, на которой должны были дожидаться сигнала девушки, но ни сестры, ни ее спутниц не заметил. Либо они еще не добрались, что было бы очень скверно… либо он просто их не видит. С его позиции улица просматривалась не полностью.

Тогда мальчик спустился в проулок и побежал уже по земле, вертя головой во все стороны. Проходивший мимо стражник бросил на него косой взгляд. Джасим отвернулся и прибавил скорость, узнав в мужчине давешнего знакомого, который гонялся вчера за ним с друзьями. Украдкой оглянулся на стража. Тот уже сменил маршрут и направлялся в его сторону, все ускоряя шаг. *Вот беда…*

Парнишка с удвоенным усилием закрутил головой и, наконец, увидел сперва знакомые платья, а в следующий миг опознал и их обладательниц. Только сначала нужно что-то сделать со злопамятным бородачом. Нельзя привлекать к девушкам внимание стражи.

Тимплиерчик остановился, чтобы отдышаться, боковым зрением следя за приближением стражника. И когда тот был уже в нескольких шагах, дернул за дверцу стоявшую рядом клетку с домашней птицей, опрокидывая под ноги недоброжелателю.



Пару секунд полюбовался, как перепуганные курицы, почуяв свободу, выскакивают из клетки прямо на стражника, и на предельной скорости сорвался с места. Он петлял по улице, намеренно натыкаясь на прохожих на случай, если за ним наблюдают. Одной из таких «случайных жертв» стала и Эшли.Мальчонка дернул ее за юбку, пробегая мимо. Лишь на мгновение встретился с сестрой взглядом и едва заметно кивнул.

Наблюдать за тем, что станут делать девушки, уже было некогда. Он слышал позади знакомую ругань «дважды обиженного» стража порядка. Тот, кажется, успел позвать друзей. Подросток запрыгнул на подоконник ближайшего дома, оттуда перебрался на ажурный балкончик, а с него на крышу. Он уже знал, что его преследователь не из тех откормленных ленивых стражей, которые только и умеют, что брать взятки. Этот полезет следом…

Его опасения подтвердились головами стражников, показавшимися над стеной дома. Джасим резко развернулся, но с другой стороны взбиралось еще двое. Что делать? На крыше был растянут навес. Мальчишка пробежал под ним, схватил по дороге привязанную к подпорке веревку, и толкнул плечом в живот только что поднявшегося и не успевшего принять устойчивое положение стражника. Они вместе рухнули с крыши, с той лишь разницей, что мужчина улетел вниз и шлепнулся на пыльную, немощеную улицу, а малец остался болтаться над ним на веревке, хотя при этом крепко приложился о стену.

Веревка оказалась короче, чем он рассчитывал. Спрыгивать было высоко, даже если повезет приземлиться на ушибленного стража. А на крыше над ним уже собрались его товарищи. Один из них достал саблю, собираясь перерезать веревку. Идея будто пришла откуда-то извне. Была и его и не его одновременно. Уже знакомое, но все еще непонятное чувство.

Тамплиерчик уперся ногами в стену и изо всех сил потянул за веревку, рванул раз, другой, чуть не подпрыгивая на ней, пока подпорка, к которой она крепилась, наконец, не поддалась. Та, в свою очередь, сбила другие поддерживавшие навес палки. И вся конструкция, увлекаемая веревкой с висящим парнишкой на конце, тараном проехалась по крыше, сбивая с нее стражников, как кегли. Задумываться о том, что такое кегли, маленькому беглецу было некогда. Он глянул на развалившихся в клубах пыли под ним преследователей и полез по веревке обратно на крышу.



Торжество его было недолгим. Всего несколько домов спустя он снова увидел карабкающихся на крышу стражей. Мальчик рванул вперед, преследуемый дружным топотом и криками. Ему под ноги, со звоном отскочив от каменной крыши, упала стрела. *Ой-йой-ой… Это совсем нехорошо!* Времени размышлять и выбирать маршрут бегства не было. Он не глядя спрыгнул во внутренний дворик дома, сопровождая короткий полет криком *маааа…* - на следующем выдохе ухватился за ограждение второго этажа, - *мо!..* - и на последнем слоге подтянулся и перебросил себя через заборчик - *чки!*.



Мышцы рук ныли, протестуя против такого безжалостного с ними обращения. А еще, пытаясь остановить падение, он здорово треснулся лбом об ограду. Но все это мгновенно вылетело из головы подростка, когда он оторвал взгляд от пола… Первым, что бросилось в глаза, были яркие расшитые юбки. Он поднялся на ноги, одновременно поднимая взгляд, который сам собой задержался на том, что одежда НЕ скрывала. И только потом глянул в удивленные лица. Мальчик на пороге становления мужчиной не мог не оценить красоту сидевших перед ним девушек. Как и откровенность их нарядов…



- Приветствую, прекрасные дамы, - расплылся в улыбке он, краснея до ушей. Удивление и настороженность сменились ответными улыбками. Девушки переглянулись и захихикали, видя смущение незваного гостя.

- Какой милый малыш, - сказала одна и потрепала его за щечку, еще больше вгоняя паренька в краску.

Идиллию прервали стук в дверь на первом этаже и требование впустить стражу. Джасим мигом очнулся и вспомнил, почему он здесь. Глазки забегали по сторонам, ища выход. Куда бежать?

- Простите, дамы, но мне пора, - напоследок мальчишка обвел прелестниц взглядом, одаривая каждую улыбкой, и ломанулся по коридору, но одна из девушек перехватила его за руку.

- Там ты не пройдешь, иди сюда, - она снова переглянулась с подружками и потянула ребенка к себе, усаживая среди них в уголок. Другая девушка накинула на него вышитое покрывало, укрывая, как плащом. А еще одна сняла причудливый головной убор, водрузила ему на голову, пряча под легкой тканью короткие волосы, и опустила на лицо газовую вуаль.

Стражники вбежали в комнату, гремя доспехами. Один ушел дальше по коридору, второго окружила группка поднявшихся девушек. Они уговаривали «уставшего на службе благородного стража» провести с ними время за «умеренную плату», при этом загораживая собой столик и сидящего в окружении их подруг мальчонку. Он не прислушивался к щебетанию своих защитниц, но уловил достаточно, чтобы понять, куда его занесло. Парнишка скромно потупил очи и сидел тихо, не шевелясь и почти забыв дышать.

- Здесь никого нет, - вернулся, наконец, первый стражник, и защитники порядка удалились под дружные вздохи огорчения очаровательных куртизанок.

Когда дверь дома закрылась за ними, Джасим выпутался из женских одежд, едва веря в собственное везение. *Это было близко…*

- Благодарю за помощь, леди, - он поцеловал ручку каждой из девушек, снова вызвав их умиленный смех.

- Возвращайся к нам, когда подрастешь, - донеслось ему в след.

Мальчик покинул дом любви через окно и, перебравшись по балконам к соседнему дому, продолжил свой путь по крышам.

Продолжение в посте №2




Сообщение отредактировал Lyna - Воскресенье, 08.11.2015, 23:04
 
AlterEgo
Охотница
Дата: Понедельник, 09.11.2015, 14:05 | Сообщение # 1027
Гость
Группа: EliteGamer
Сообщений: 46
Статус: Offline

Награды: 0
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,



бедный квартал, заброшенная церковь христиан>

(ВЕЧЕР К НОЧИ, и УТРО)



Райхан (Ада) – Джасим (Оливер)

Эшли (Лим) – Айшэ (Элланора) – Акра (Джек) – служанка Суфь

Всё должно было случиться на рассвете. Мужчины должны были вернуться в убежище с пленниками, но все спуталось.

Цитата Lyna “Джасим” ()
Джасим, запыхавшись, влетел в дверь церкви. Он бежал что было сил через весь город. Время работало против них, а он просто не мог подвести отца! Не в первом же поручении, тем более таком важном!

Не сбавляя скорости, мальчишка окинул взглядом помещение, перепрыгнул на ходу через мешавшую скамейку и помчался к матери. Остановившись перед ней, без слов протянул женщине клочок ткани с посланием от старших тамплиеров.

Известие от шустрого Джасима спутало и перевернуло все. Робер и Дамир передали срочные инструкции, просили оставшихся в убежище о помощи. Райхан была этому возмущена! Её терзало негодование за то, что сам Робер пошел на эту авантюру, так теперь обстоятельства втягивали и всех остальных! Арабская женщина теперь всем сердцем желала взглянуть в глаза этим пленникам, отчего они так важны де Сабле, и плюнуть в глаза тому, кого де Сабле звал незаслуженно сыном. Она не могла признать иного сыном де Сабле кроме Джасима.

И всё же, её мужчина просил о помощи, и она не могла оставить это так, не могла не прийти на помощь. Сдержав свой порыв разразиться недостойно проклятьями, она выпрямила спину и дала ответ сыну:


– Что ж, Джасим, – кивнула с гордостью, – твой отец нуждается в нас, – глянула с высока в его отцовские светлые глаза, – ...и мы придем на помощь. – уверенно коснулась его плеча.

Женщину подмывало заговорить с Джасимом о сути происходящего, и она пошла на это:

– Посмотри, сын мой, чего в будущем ты должен не допустить. – заговорила она строго, – Наш Господин рискует глупо. Ради того, кто поставил себя выше него. – смотрела прямо и с упреком, – Ты должен заботиться о себе и своей безопасности, чтобы наш Господин был уверен в тебе. Ты должен сделать все, чтобы не стать ему обузой. Ты должен быть поддержкой и опорой своему Гоподину, ...своему отцу. Запомни это. – наставляла она.

Вздохнула тяжело, глядя на оживающее утро за разломанным окном церкви:


Цитата Lyna “Джасим” ()
– Маам, – не предвещающим ничего хорошего тоном протянул подросток. – А почему ты никогда не говорила, – сделал паузу, осмотрелся и понизил голос, – что мой отец – сам Магистр?! – с обвинением предъявил ей, буравя родительницу сердитым взглядом из-под нахмуренных бровей.

Сыновий вопрос в упрек смутил ее:

– Не говорила я тебе об отце..., потому что..., – чуть оробела, глаза ее по сторонам забродили, – боялась я. – глянула на него, ища понимания, – Что узнав о своем происхождении, ты не сможешь мириться с тем, как мы живем. – хмыкнула, – Жизнью простолюдинов... Боялась, ...что сердце твое будет жаждать большего, не зная счастья в малом. – вздохнула, – И если бы Всевышний не свел нас снова, ты бы стал завистливым, злым... – глядела в его детские наивные глазки.

– ...Будь прокляты те люди, ради которых мы сегодня рискуем жизнью нашего Господина и своими собственными жизнями. – была непреклонна некоронованная царица.

Цитата Lyna “Джасим” ()
Проклятие из уст женщины огорошило ребенка. Он со злостью дернул ее за рукав:
– Как ты можешь так говорить? Эти люди важны для Магистра! Важны для Ордена! А значит, должны быть важны и для нас! – не сомневаясь ни секунды, будущий рыцарь бросился отстаивать решение своего героя. – Там же сэр Якоб! А он же... – вовремя прикусил язык и добавил горячим шепотом: – Он же мой брат! Мы. Должны. Его. Спасти. – выделяя каждое слово, твердо произнес он.

Женщине не было времени спорить с сыном, но она перехватила его ручонку с беспокойством и заглянула серьезно в его глазки:

– Не брат он тебе, Джасим. Запомни это. Он займет твое место после нашего Господина, – осеклась и мотнула головой, – ...дай Аллах ему долгих лет жизни. ...И не видеть тебе наследия отца. Так всегда происходит. Вот почему наш Господин так дорожит им. Он уже занял место в его сердце... – не знала как защитить сына, вздохнула с отчаянием, – ...Мой Джасим, – погладила матерински по плечикам и рукам, – твое наивное доброе сердце. ...Трудно тебе придется. – пророчила она с тревогой.

Больше ей нечего было ему сказать:

– Нужно выходить. – дала знак Джасиму и оглянулась на девушек (Эшли, Аяла, Акра), – Я надеюсь на вас.

Задание Джасима было с крыш наблюдать за передвижением конвоя и подавать сигналы девушкам на позициях.

Так они и вышли на улицы с разных путей, направляясь к рыночной площади.

Цитата Lyna “Джасим” ()
Мальчонка первым прошмыгнул на улицу, взволнованный предстоящим заданием. Его первым настоящим, серьезным заданием. Он привычно петлял среди горожан, спешащих в большинстве своем к городской площади. Добравшись до нужной улицы, тамплиерчик отделился от общего потока, свернул в узенький проход между домами и взобрался на крышу.

– Береги себя... – впилась материнским горячим поцелуем в детский лобик под прядки волос, отпуская его в город.

С неописуемой тревогой она сжала платочек, глядя ему в след, а затем очнулась от оцепенения и поспешила другой улицей в город, прикрываясь капюшоном накидки.

Она проплывала в потоке люда по улице, двигаясь по коридору узкой улочки. Она должна была отвлечь стражу на участочке по пути к рынку, что не подошла подмога на тревогу о побеге.

Цитата Lyna “Джасим” ()
Он замер над улицей, присев за парапетом. Секунды, понадобившиеся, чтобы отыскать взглядом мать, показались ему вечностью. Теперь еще нужно сообщить ей, что конвой уже рядом, и пора начинать. Какой сигнал он должен подать? От волнения у парнишки все вылетело из головы. Он оглянулся по сторонам, размышляя, как бы привлечь внимание женщины внизу.

На подоконнике над ее головой были расставлены горшки с цветами. Мальчишка сразу определил среди них подходящую цель. Подобрал камушек, осколок старенькой осыпающейся каменной кладки, и швырнул в горшок. Камень угодил в стену под подоконником, отскочил от нее и улетел куда-то в толпу. Джасим досадно поджал губы, но тут же предпринял вторую попытку. Следующий снаряд попал в цель. Горшок качнулся в одну сторону, в другую, и плавно съехал с подоконника. Со звонким грохотом к ногам матери рухнули ее любимые цветы.

Женщина прислонилась к стене, словно ожидая кого-то, и вот едва не вскрикнула от неожиданности. К ее ногам рухнул горшочек с цветами. Ее любимыми цветами.


Она приподняла края капюшона и глянула наверх – там никого, а вот оглянув крыши, приметила головенку сына. Выдохнула и стиснула покрепче зубы... Началось.

Юркая гибкой тенью, Райхан проскользнула в проулок. В руках у нее был темный бутыль масла. Ей пришлось... распороть юбку и края обвязать вокруг ног на манер шаровар.



Строители оставили здесь мусор из щепок, досок и соломы, какие-то тряпки – все было на телеге. Женщина облила содержимое маслом из бутыля, да принялась спешно чиркать огнивом. Не было времени на разгар пожарища, все нужно было сейчас...


Услышала приближающиеся голоса и юркнула под телегу в тень. Тяжелые шаги стражников прошли, и она выглянула. Сердце так колотилось. Она была уже не молода, и опасалась, что ей не хватит одной только храбрости.

Ей пришлось приложить силы, чтобы сдвинуть телегу с места. Та со скрипом тронулась с места и покатилась на дорогу, выезжая на свет божий и вбиваясь в стену дома.

Взметнувшиеся языки пламени облизнули края простыней, что вывесили сушиться, да пламя стало подползать вверх по подсохшей от жара ткани.

Поднялся визг, улица задымила от соломы и досок.

Райхан подалась назад, выронив бутыль. Бутыль разбился о каменную кладку, на которой тлели соломинки и лужа масла вспыхнула, отрезав женщину в тупике от улицы. Женщина отпрянула, закрывая лицо руками...


Удушливый дым повалил от пожарища на телеге в темный тупичок, заставляя поджигательницу закашляться. Она не любила огонь, и сейчас растерялась... Перед глазами пошло помутнение...

И тогда в ней проснулась другая...



Она скинула капюшон и размяла плечами, глядя на живой забор из огня. Хмыкнула, заиграв уголком губ. Брови до селе строгой матери изогнулись с соблазном, а глаза с блеском сузились:
– Разве это опасность? Разве угроза? Мх. – женщина намотала конец плаща на руку, слегкого толчка разогналась и, уперевшись руками в землю, совершила сальто и оказалась по то сторону огненной ограды.
Капюшон ухнул ей на лицо, а она сама пробежалась, вскочила на стену, пробежалась дугой, да оказалась по другую сторону телеги в заблокированном коридорчике. Когда приземлилась, то сдёрнула загоревшийся плащ и отступила...

С изумлением обернулась Райхан на горящую преграду позади себя:


Она сама не знала, как миновала все эти препятствия. Насторожилась… Ни тому, что смогла, а тому, что потеряла контроль над собой. Такого прежде не бывало… Прижала руку к груди в недоумении, пытаясь восстановить дыхание. Ноги гудели, да и... спину прихватило... Держась за стену, она поднялась и выбрела на просторную улицу, где и вцепилась в руку первого попавшегося ей стража:

– Пожар! Пожар! Умоляю! Спасите мой дом!! Там!! – и завлекла за собой, уводя с улицы, по которой будут угонять телеги с пленниками...

Барышни-хулиганки?


«Мы так привыкли притворяться перед другими, что под конец притворяемся перед собой.»
/Франсуа де Ларошфуко/


Сообщение отредактировал AlterEgo - Вторник, 10.11.2015, 20:44
 
Lyna
Охотница
Дата: Среда, 11.11.2015, 21:54 | Сообщение # 1028
Гений, миллиардер, плейбой, филантроп
Группа: EliteGamer
Сообщений: 1305
Статус: Offline

Награды: 17
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

улицы города>

(РАННЕЕ УТРО)




Джасим (Оливер)




Тамплиерчик притаился за стеной надстройки на крыше. Осторожно выглянул из-за угла, проверяя, отстала ли погоня. Занятая им крыша была пуста, а разъяренные голоса стражников доносились снизу. Мальчишка выдохнул и уже решил, что оторвался, как его схватили сзади. Он взвизгнул и задергался, молотя кулачками по руке неприятеля. Взгляд уцепился за белые одежды, и сердце ухнуло в пятки. *Ой-йооой…* - испуганно протянул он про себя. *Ассасин!* Янтарный блеск из-под капюшона показался смутно знакомым, но страх спутал все мысли. Ребенок побледнел и обмяк в хватке мужчины, безвольно свесив руки.

*Нельзя сдаваться!* - приказом прозвучало в охваченном паникой сознании. Поток уверенности и спокойствия, что несла эта мысль, смывал оцепенение, укреплял волю. Джасим сжал кулаки. *Я обещал, что отцу не придется рисковать из-за меня!*

- С-сам ты предатель! – пропыхтел он и снова задергался, пытаясь боднуть врага или наступить на ногу, пока рука потянулась к скрытому под жилеткой ножу. – Убери от меня лапы, гадкий старикашка! – выплюнул парнишка и ткнул коротким лезвием в бедро убийцы, в тот же момент с отчаянным усилием рванулся из хватки и побежал прочь.

Подросток притормозил на углу здания, откуда было видно снующих по улице стражей.
- Скорее за мной! Эти меднолобые ни за что нас не поймают! Они даже не догадаются, что у меня есть сообщник, и что вся эта шумиха твоя идея! – весело крикнул он, оглянувшись на нового преследователя. Мельком глянув вниз, Джасим убедился, что стражники подняли головы, и припустил к соседней крыше.



Он надеялся, что теперь стража станет ловить не только его. Если повезет, старые и новый преследователи отвлекут друг друга, и он сможет ускользнуть. А если нет… он только что увеличил свои проблемы в два раза…

Мальчик насмешливо помахал ассасину с другой крыши, разбежался и перемахнул через проулок. Приземлился на пристройку, а с нее запрыгнул на следующий дом и, уже не оглядываясь, побежал дальше.



Бешеный стук сердца в ушах заглушал все прочие звуки. Джасим петлял по крышам, намеренно выбирая самый сложный маршрут, но стражники по-прежнему наступали ему на пятки. Зря он думал, что сможет легко от них оторваться.



По крайней мере, убийцы в белом видно не было. Иметь дело со стражей было для мальчишки привычней и предпочтительней, чем с ассасином. *Надеюсь, его поймали, или еще лучше – пристрелили!* Другой невольный обитатель маленького тельца понимал, что это маловероятно, но и он не хотел, чтобы ребенок связывался с Альтаиром. Лучше бы их дороги просто разошлись.

Юный тамплиер добежал до края очередной крыши и резко остановился. Следующее здание было значительно ниже нынешнего и дальше, чем он когда-либо рисковал прыгать. Он развернулся в обратную сторону, но пара стражей уже бежала к нему, отрезая пути отступления. Парнишка растерянно глянул на далекую улицу внизу, затем на преследователей и на соседнюю крышу. *Я же себе все ноги переломаю!* - жалобно подумал он. *Ты справишься. Я покажу как,* - уверенно возразил внутренний голос.

Времени на сомнения не оставалось, как не оставалось и другого выбора, кроме как довериться этому голосу. Подросток разбежался, проскользнув под самым носом хранителей порядка, и взмыл в воздух. Он даже не успел испугаться, мышцы, словно, сами знали, что делать. Будто он проделывал такое уже сотни раз и довел все движения своего тела до автоматизма. Перед приземлением мальчик сгруппировался и, только ноги коснулись поверхности, ушел в кувырок.



Он вскочил на ноги с улыбкой до ушей, полный восторга и гордости от проделанного трюка. Оглянулся. Погоня так и застряла на краю крыши, не решаясь повторить его маленький подвиг. Довольный собой, мальчишка побежал дальше. Он спрыгнул на навес торговой палатки, собираясь спуститься на улицу и затеряться в толпе, как внизу показалась другая пара стражей. Они заметили беглеца и бросились к нему. Наверх! Обратно на крыши! Понимая, что сразу до ближайшей крыши он не допрыгнет, Джасим увидел другой путь. Он перескочил на торчащую из стены перекладину, за которой тянулась череда таких же, и побежал по ним.



Тамплиерчик оттолкнулся посильнее, чтобы перепрыгнуть отсутствующую перекладину, но в коротком полете что-то больно ударило его по ноге, сбивая с намеченного маршрута. Он не долетел. Приложился грудью о перекладину, успел вцепиться в нее руками, но не удержался и шлепнулся вниз.



Ему повезло мягко приземлиться на стопку овечьих шкур. Правда, на этом запас везения себя исчерпал. Приподнявшись со спасительной подстилки, будущий рыцарь заметил знакомую фигуру в капюшоне.

- Опять ты! Вот прицепился, гадкий старикашка! Не устал за мной бегать в твоем-то возрасте? – выпалил он, скрывая за наглой ухмылкой пробежавший холодком по спине страх. Мальчик наощупь провел рукой вокруг себя. Ему попался какой-то инструмент для выделки кожи, даже название которого, не говоря уж о применении, оставалось для него загадкой. Впрочем, он нашел этому предмету свое применение. Маленький шпион зашвырнул инструмент в ассасина, путаясь и спотыкаясь на шкурах, вскочил на ноги, перепрыгнул на лежавшие рядом мешки. Один из них, оказавшийся плохо завязанным, под весом ребенка выплюнул в воздух белое облако муки. Отфыркиваясь и в тайне надеясь, что преследователю тоже досталось, Джасим кинулся прочь из переулка.

Он выскочил на улицу, выворачивая шею, чтобы увидеть, что происходит сзади, и совсем не глядя перед собой. Только влетев в кого-то лбом, он понял, что совершил ошибку. В глаза сразу бросилась форма стражи. *Ой-йой-йооой…!* Мальчишка медленно поднял голову на бородатое лицо и резко рванул в другую сторону, но не тут-то было. Его сгребли за шиворот, подтянули к себе и, перехватив под руки, оторвали от земли.

Тут же налетели другие стражи. Подросток дергался и извивался, пока его тащили к площади, лупил ногами по ногам несущего его стражника, но это не помогало.



Тогда он оттолкнулся ногами от груди подошедшего слишком близко стража, стараясь спиной толкнуть того, что сзади, и заехал затылком ему по носу. Мужчина смачно выругался и выпустил пленника. Только воспользоваться своей маленькой победой Джасим не успел. Другой стражник перехватил его за руку, а первый, быстро очухавшись, влепил увесистую оплеуху, сбивая наземь.

- Ах ты мелкий паршивец! – шипел он, добавляя парнишке пинков под ребра. Мальчик сжался, прикрыв голову руками и подтянув к себе колени, в попытке закрыться от ударов. Оливер стиснул зубы. Он больше ничего не мог сделать для этого ребенка. Все его навыки оказались бесполезными в детском теле, слишком слабом, чтоб их применить.

Его подняли на ноги и поволокли к небольшому расчищенному от людей пятачку. Бросили на колени, вытянув руки на обтянутой тканью подставке. Один из стражей крепко держал его за руку, другой за волосы оттянул его голову.



- Ты поплатишься за эту кровь, шакалий ублюдок! – зло выплюнул третий, с разбитым носом, доставая меч.

Джасим понял, что будет дальше, и сглотнул, затравленным зверком озираясь по сторонам. *Мам, пап… где вы?*

- Нет! Не надо! Пожалуйста! – испуганно завопил ребенок, отчаянно дергаясь в руках взрослых мужчин. Из глаз брызнули слезы. Так страшно ему не было еще никогда в его короткой жизни.

Мальчишка сжался, втянул голову в плечи, испуганным зайцем глядя на стражников. Ужасы, о которых они говорили, не укладывались в его головенке. Такое не может произойти с ним! С кем угодно, но не с ним!

Оливер тщетно пытался вмешаться в сознание ребенка, придать ему сил как раньше. Детская психика сдавала под напором неконтролируемого ужаса. Мальчик оцепенел, отказываясь верить в происходящее. *Этого не может быть… Не может быть…* - твердил он, как молитву. *Это просто страшный сон, сейчас я проснусь и все…*

Блеснул в лучах утреннего солнца клинок стражника. Блики будто создавали вокруг лезвия сияющий ореол, добавляя нереальности сцене. Джасим зажмурился, не в силах больше воспринимать такую действительность, где ему уготована судьба калеки или смерть в ужасных муках. Он даже не знал, что хуже. *Я сейчас проснусь… Пожалуйста, пусть я проснусь!* Слезы тяжелыми ручейками бежали из-под закрытых век.

Лязг метала о камень заставил его вздрогнуть. Парнишка закричал, не способный с перепугу даже понять, больно ему, или только страшно. Вокруг поднялся шум, и ничего не понимающий маленький пленник не сразу ощутил, что его уже никто не держит. Он так и стоял на коленях, боясь пошевелиться. Способность соображать и двигаться частично вернулась спустя невозможно долгую минуту. Мальчик осторожно открыл один глаз, убедился, что цел, и только потом открыл второй.

Он заморгал на возвышавшуюся перед ним фигуру, на трупы стражников у его ног. Нет, это точно сон. Иначе, зачем ассасину помогать ему? Разве что тот хочет убить его сам… Мысли ворочались в голове тяжело и неохотно, по-прежнему скованные льдом страха. Когда убийца потащил его за собой, тамплиерчик повис в руке мужчины мертвым грузом, едва перебирая ногами.

Только в пыльном проулке, за укрытием из досок он начал понемногу «оттаивать». Убегать и прятаться от стражников – это привычно, просто и понятно. Это вписывалось в его знакомый мир. Не вписывался только большой и сильный ассасин, прижимавший его к себе, прячущий от тех, кто хотел сделать с ним ужасные вещи.

Когда его отпустили, мальчонка шарахнулся в сторону, насколько позволяла теснота укрытия, широко распахнутыми глазами уставившись на человека в белом, ошеломленный неожиданным спасением и напуганный, не зная, чего ожидать от этого спасителя.

Цитата MirVokrug "Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)"
- Кто научил тебя? – поинтересовался Ассасин, чуть наклонив голову, едва заметно, и в этом вопросе он спрашивал, - Кто надоумил ребёнка взяться в эту «войну»? – а сам в это время разглядывал пацана, отмечая, что в нём есть черты от пришлых неверных, - Ты… полукровка? Твой отец тамплиер? – спрашивал в лоб и изучал маленькую угрозу, что теперь…, - Он обязан мне твоей жизнью. – без лишней скромности.


- Н-нет… я… сирота, - промямлил он первую пришедшую в голову ложь на вопрос об отце. Только сейчас он запоздало подумал, как его беспечность могла подставить отца. А как плакала бы мама, если бы его… В мальчике проснулась подкрепленная стыдом решимость защитить родителей. Ассасин не должен ничего узнать о них. – Они дают мне пищу и кров, а я выполняю для них мелкие поручения, - придумал объяснение своей связи с рыцарями. – Тебе обязан только я, никому больше нет дела до моей жизни, - взял на себя обязательство, вытирая со щек высохшие слезы вперемешку с кровью его врагов, убитых другим врагом. – Значит… значит, ты не убьешь меня? – нерешительно спросил подросток. Он уже оправился от потрясения и боковым зрением изучал обстановку вокруг, прикидывая, сможет ли проскользнуть мимо ассасина, и куда потом можно будет убежать. – Теперь стража точно подумает, что мы заодно, - отозвался на замечание мужчины, несмотря на неопределенный тон, решив считать его похвалой. Ведь сработала же уловка! Отчасти, по крайней мере.

товарищи соучастники?


 
AlterEgo
Охотница
Дата: Четверг, 12.11.2015, 16:58 | Сообщение # 1029
Гость
Группа: EliteGamer
Сообщений: 46
Статус: Offline

Награды: 0
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим, улицы города>





Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)

Он притаился привычно на деревянной стреле дозорной вышки. Жаркий день дышал пылью с ветром ему под капюшон.


Наблюдая за рыночной площадью, куда двигались телеги с клетками, приметил, что одна с женщиной отъехала в другом направлении (к казармам), а вторая с мужчинами – прямо, к рынку.


И тут его внимание привлек дым, что набирал силу там впереди по пути следования, чуть глубже в город.

Орел напряг свои глаза и в синеве сумеречного зрения, что затемнило мир, увидел маленькую вражескую фигурку (Джасим), что поспешала крышами с места пожарища дальше. Очень шустрая и подвижная:


Альтаир пожал кулаком, разминая пальцы со скрипом кожаной перчатки.

– *Вот, значит, как...* – сложил руки в ракушку и подал брату (Малику) знак птичьим криком, возвещая о начале, что тамплиеры начали действовать.

Гибко выпрямился Ла-Ахад и, расправив руки, ухнул вниз в прыжке веры.




Плюхнулся в солому на крыше низкой постройки под башней, где сушили её для домашнего скота, да взбежал по стене повыше и стал красться на красный силуэт, следуя неперерез, ведомый своим особым зрением.

Зашел из-за угла каменного перекрытия и ухватил мальчонку за шкирку:

– Попался, щенок? – сильный воин с крепкими руками дернул к себе и прихватил за горло, спиной прижимая к себе. Задрал его головенку на себя и заглянул в светлые глазки своими янтарными угольками, – Прислуживаешь врагу, маленький предатель? – с усмешкой на мелкого хулигана.

Поволок пацаненка к краю крыши...


Ла-Ахад планировал столкнуть мальчишку с крыши в фонтанчик, передавая в руки стражи, с которой, так уж сложилось, им содействовать. Вредить ребенку собственноручно было ни его прерогативой. Хотел только проучить маленького пройдоху. Убить мальчишку он не мог, точнее для Альтаира – не должен был. Он всего лишь ребенок, но в будущем... один человек может изменить ход истории. Как знать, может ли этот мальчик...?


Альтаир хмыкнул на эту слишком лестную мысль для голодранца, присягнувшего на верность Кресту.

Цитата Lyna «Джасим» ()
- С-сам ты предатель! – пропыхтел он и снова задергался, пытаясь боднуть врага или наступить на ногу, пока рука потянулась к скрытому под жилеткой ножу.

– Предатель здесь ты, глупый мальчишка. – отмахнулся от него тоном, каким отмахиваются от назойливых "мух".

Гибкой раскачивающейся походкой в мягких сапогах вышагивал будущий Легенда, крепкой рукой удерживал пацаненка, волоча пяточками по каменной крыше.

Цитата Lyna «Джасим» ()
– Убери от меня лапы, гадкий старикашка! – выплюнул парнишка и ткнул коротким лезвием в бедро убийцы, в тот же момент с отчаянным усилием рванулся из хватки и побежал прочь.

– Старикашка?? – вскинулся Ассасин, даже замедлив шаг, – Мне 25, безусый ты щенок! – возмутился, хлестнув по пареньку янтарным горячим взглядом.

И в этот авторитетный для себя момент Ла-Ахад, заметив блеск клинка, отдернул бедро, когда пацан тюкнул его. Орел Масиафа шикнул, разжав хватку. Всего лишь царапина, но неприятно.

– *Поганец!* – оскалился Убийца в белом, сгруппировался и шурхнул следом на малолетним тамплиером:


Это могло раздражать, но молодой Легенда даже завелся инстинктом охотника за зверенком. На крышу взобрались стражники. Вчетвером они загонят парня в ловушку, но вот странный оклик...

Цитата Lyna «Джасим» ()
Подросток притормозил на углу здания, откуда было видно снующих по улице стражей.
- Скорее за мной! Эти меднолобые ни за что нас не поймают! Они даже не догадаются, что у меня есть сообщник, и что вся эта шумиха твоя идея! – весело крикнул он, оглянувшись на нового преследователя. Мельком глянув вниз, Джасим убедился, что стражники подняли головы, и припустил к соседней крыше.

– *М? Что??* – фырча при маневре через уличный пролет между крыш.

Мальчишка обращался к нему как... Как к подельнику? Альтаир даже с непонимания сбавил ход.

Цитата Lyna «Джасим» ()
Он надеялся, что теперь стража станет ловить не только его. Если повезет, старые и новый преследователи отвлекут друг друга, и он сможет ускользнуть. А если нет… он только что увеличил свои проблемы в два раза…

– *Что??* – Ассасин опешил, и как ответ ему перед самым носом, грозя оставить на губах еще один шрам, просвистела стрела.

Убийца уклонился, обернувшись через плечо.

– *Проклятье!!* – был вынужден сигануть в другую сторону, гонимый стрелами.


Всё, что ему было нужно – это скрыться с открытого пространства крыши вниз на улицу. Там спрыгнул на мощеную камнем дорогу. Это не спугнет молодого мастера, и потом он кинется вилять между углов домов в узком темном проулке.

Цитата Lyna «Джасим» ()
Мальчик насмешливо помахал ассасину с другой крыши, разбежался и перемахнул через проулок. Приземлился на пристройку, а с нее запрыгнул на следующий дом и, уже не оглядываясь, побежал дальше.


На мальчишку он бросился, скорее на удачу, подобрав обломок доски, который бумерангом запустил из узкого проулочка наверх, сбив того в самой перепрыжке.

Цитата Lyna «Джасим» ()
Он вскочил на ноги с улыбкой до ушей, полный восторга и гордости от проделанного трюка. Оглянулся. Погоня так и застряла на краю крыши, не решаясь повторить его маленький подвиг. Довольный собой, мальчишка побежал дальше. Он спрыгнул на навес торговой палатки, собираясь спуститься на улицу и затеряться в толпе, как внизу показалась другая пара стражей. Они заметили беглеца и бросились к нему. Наверх! Обратно на крыши! Понимая, что сразу до ближайшей крыши он не допрыгнет, Джасим увидел другой путь. Он перескочил на торчащую из стены перекладину, за которой тянулась череда таких же, и побежал по ним.

Альтаир понимал, что ребенок мог покалечиться и убиться, но важнее этого было, чтобы маленький связной не мог выполнять свою работу. Ла-Ахад допускал крайнюю меру – перерезать ребенку сухожилия ног, чтобы тот не смог более служить гонцом Тамплиерам, но для начала его было нужно выловить.

Цитата Lyna «Джасим» ()
Тамплиерчик оттолкнулся посильнее, чтобы перепрыгнуть отсутствующую перекладину, но в коротком полете что-то больно ударило его по ноге, сбивая с намеченного маршрута. Он не долетел. Приложился грудью о перекладину, успел вцепиться в нее руками, но не удержался и шлепнулся вниз.

Полусгнившая оглоба сделала своё дело, как и мастерство не подвело Ассасина. Паренька сбило с траектории, как утку сапогом. В стороны разлетелись щепки в облаке пыли, а тот уохнул и грохнулся на мусор.

Мастер Альтаир даже не оскалился, зная, что иначе и быть не могло. Но теперь он отшлёпает беспризорника, если это не сделает стража. Отвадить мелкого пройдоху от дел взрослых мужчин. Понимает ли этот мальчик, что в какие грехи он грязнет ради сытого желудка и сухой подстилки?

Он шагнул к корчащемуся мешочку костей в пыли между домов на улице. Дернул кистью без безымянного пальца и обнажил скрытый клинок...


Цитата Lyna «Джасим» ()
Он выскочил на улицу, выворачивая шею, чтобы увидеть, что происходит сзади, и совсем не глядя перед собой. Только влетев в кого-то лбом, он понял, что совершил ошибку. В глаза сразу бросилась форма стражи. *Ой-йой-йооой…!* Мальчишка медленно поднял голову на бородатое лицо и резко рванул в другую сторону, но не тут-то было. Его сгребли за шиворот, подтянули к себе и, перехватив под руки, оторвали от земли.

Тут же налетели другие стражи. Подросток дергался и извивался, пока его тащили к площади, лупил ногами по ногам несущего его стражника, но это не помогало.


– *Одолел мальчишку – и гордишься этим?* – вдруг прозвучал голос Малика в голове.

– *Чёртов Ворон…, как ему это удаётся?!... Даже в своё отсутствие насмехается надо мной.* – оскалился Орёл, дёрнув шрамом на губе справа, которого коснулся тут же костяшкой пальца. Он хорошо помнил, как в одной из ссор получил его, но не дал разгневанному другу пасть в пропасть с той скалы, где и произошёл «тот» разговор.

Вытряхнув из головы противный голос поучителя, Ла-Ахад было шагнул из тени проулка в бег к проказнику, который помимо пособничества тамплиерам к тому же догадался (!) оболгать ассасина в лице стражей…

Он едва вышел из-за угла, как край уха уловил лязг стражничьих доспех и ругань, да отшатнулся обратно. Они пронеслись за очухавшимся мальчишкой дальше по улице.

Пойдут ли теперь сплетни о том, что среди ассасинов есть шакалы – тамплиеры, оскверняющие белые одежды и алый кушак, обогряя свои клинки в крови братьев Альтаира. За это нужно было спросить… Он бы простил этому не разумному ребёнку попытку выжить на улицах в руках любого, кто готов дать ему денег и еды, но только если тот не имеет веры против своего народа. Но сначала с него спросят как с Тамплиера, когда выясниться, для кого он шумел, а затем…, его слова обликут ложью.

Фыркнув, что теперь это ни его проблема, Убийца в белом взбежал по неровной шершавой стене дома на крышу:


Нагромождение каменных коробок домов было настолько плотным, что раскаляющаяся жара утра делала воздух на улочках душным, а клубы пыли от покатившихся повозок по утренним делам, удушало Орла.


Присев на корточки, он сунул кулак под капюшон и, откашлявшись, схаркнул в сторону. Прокрался вдоль каменной надстройки, выглянул из-за угла


Вынул из чехлов на боку один из метательных ножей и двинул мягкой бесшумной поступью к спине лучника. Это один из того патруля, кто был введён в заблуждение принадлежностью будущего Легенды к Кресту. Альтаир должен был убрать этого свидетеля…


Стрелец айкнул, закряхтел с болью и рухнул на краю крыши, а потом и вовсе его обмягшее тело сползло и рухнуло на каменную дорогу под ноги какого-то всадника.

Две женщины с ещё пока пустыми корзинами с визгом разбежались. Всадник тоже юркнул в другую сторону, поднимая тревогу…


Альтаир быстро перебежал улицу, выдернул нож, обтёр о штаны убитого и сунул обратно в чехол.

Сейчас, если ассасины совершали убийство, они заметали все следы и вынимаkи клинки, хотя обычно оставляли их в качестве подписи Братства в устрашение другим. Но сейчас было время, когда не было у сарацин причин преследовать ассасинов, а у ассасинов – открыто противостоять правителям Иерусалима. Поэтому все убийства списывали на воров и уличных бандитов, убирающих патрули стражей для своих тёмных дел.

Юркнул в другой проулок и вышел ровным шагом на другой улице. А ему на встречу отряд стражи с уложенными руками на рукояти мечей – дурной знак: они подняты по тревоге. Знают ли они о нём?


– *Чёртов мальчишка…!* – Ассасин влился в реденькую группу горожан, которая уже облепила лавку травника, – *Да…, лекарства в это время года разбирают быстро…* – сделал наблюдение, ровняясь плечами в рост со своими спутниками, – *Если не успеешь с утра, то уже к полудню, коробы пусты…* – так он прошёл мимо взволнованного утренними переделками патруля и сел на лавку между двух пожилых, что вышли прогреть свои косточки на утреннем солнце.


Убийца в белом сидел, оперевшись локтями в колени и опустив голову, скрываясь под капюшоном. Альтаир никогда не понимал стариков, встающих с первыми лучами солнца, потому что «стар я, не спиться».

– *К чему это?* – рассуждал молодой ассасин под тенью капюшона. Взглядом он прощупывал мир за пределами лавки через крупные бреши в решетке между плетений ниток в ткани своего капюшона. Это делало его всевидящим, когда другие думали, что он замкнут от окружающих, – *Пытаются насладиться последними часами перед смертью?* – повел головой и взглядом к мужичку слева, задумчиво и будто расстроено для вида рукой с целыми пальцами поминал руку в перчатке, что скрывала отсечённый палец. Перевёл костный взгляд на другого, – *…А эта тяга к разведению растений и живности? Не понимаю…*

Убийца был уверен, что в свои почтенные годы – а проживёт он, несомненно, долгий век – он не будет таким. Ни единого цветка, ни единой живности кроме почтового голубя не будет в его горнице. …Хотя спустя десятилетия, когда он вернётся на пороге своей дряхлости в крепость Масиафа, чтобы восстановить справедливость…, именно его заслугой станет взращенный заново захудалый Сад Эдема. Какая ирония. Может, он забудет об этом обещании молодости? Как знать.

Итак, он потерял много времени, и должен был нагнать конвой из тюремной Башни.


Сообщение отредактировал AlterEgo - Четверг, 12.11.2015, 17:23
 
AlterEgo
Охотница
Дата: Четверг, 12.11.2015, 17:02 | Сообщение # 1030
Гость
Группа: EliteGamer
Сообщений: 46
Статус: Offline

Награды: 0

Стража на улице подтянулась в сторону, где началась шумиха и странные беспорядки… И тут вдруг Альтаир чуть не подскочил на месте!

– *Вот именно! Как он не заметил этого сразу!* – расцепил замок рук и выпрямил спину, – *Они оттягивают уличные патрули в тот конец города…* – глянул куда-то за крыши каменных коробок, – *Значит…* – перевёл взгляд в другое, противоположное направление, – *Путь бегства в том направлении!* – и уже менее сдержанно он оторвался от лавки и нырнул тут же за угол.


Пересёкся с Информатором, окутанными в белые одеянии с коробом на спине, и только шепнул ему, проходя мимо:
– …Восточные лучи солнца.

Информатор кивнул ему, подтянул ремни соломенного короба и скрылся за тем же углом, откуда вынырнул сам Альтаир. Он разнесёт по своим товарищам, чтобы братья не обращали внимания на ложный шум, а направились именно туда. На восток от рыночной площади:


Сам же Ла-Ахад прибавил шагу, огибая квартал, как вдруг вышел прямо на улицу на перекрётске узких улочек, где творилось драматическое действо на глазах горожан.

Все причитали, охали, но никто не предпринимал попыток…


Он услышал отчаянный плач ребёнка… Голос не был расстроенным или капризным, он был напуганным до смерти. Таким воплем взывают к Всевышнему о помощи, когда все остальные надежды уже потеряны. Должен ли он снова отвлечься? У него есть миссия – поймать пособников тамплиеров, которые пытаются провернуть миссию по спасению христиан.

Убийца в белом глянул в собравшуюся между домов толпу, откуда доносились злые слова хриплых пропитых и прокуренных голосов:


– Поганец! Должно быть, ты ещё и воруешь! Вот отрубим тебе руки – будешь знать!!
– Постой, Саид! А может…, отрежем мальчишке яйца и сдадим в гарем? Пусть поёт женщинам Правителя, а? …И нам хорошо заплатят!
– Юсуф, что ты несёшь, болван?? Кому будет нужен этот обрубок «не принеси – не подай»! Но можно продать его в публичный дом на окраинах. Тогда ещё и язык вырвем. Будет послушным и молчаливым. Калекам на улицах подают больше…
– …Это если выживет. Ставлю 1 золотой!
– Идёт! Протащим по улицам и проучим таких же поганцев как он!


Сначала он решил, что стража пришла по чью-то душу, и дитя заступается за родителя, но стало ясно… Ла-Ахада передёрнуло. Он бы прошёл мимо, ограничься они законом, но то что он слышал… Именно с этим злом он и боролся, он и его братья. Это можно было счесть запугиванием толпы, чтобы никому иному не повадно было, но Альтаир уже видел «таких» детей на улицах…, и теперь у него прояснились многие вопросы.


Шрам на губе на этот раз не дёрнулся, потому что Убийца решил. Бесшумные мягкие сапоги ступили с места твёрдо по пыльной дороге, усыпанной развеянной ветром соломой. Ветер с лёгким шелестом волновал длинные полы его одежд, словно длинный орлиный хвост развивая полотна разрезанной вдоль ткани… Он закурсировал между людьми, работая плечами в бреши между плечей зевак, проскализывая тазом с крепкими бёдрами:


…И когда один из стражников замахнулся турецкой саблей, чтобы ударить по крохотной ручонке, что виднелась на ящике…, но вдруг захрипел. Выронил саблю с лязгом на мощённую камнем дорогу, и схватился за горло. Что-то с блеском и скрежетом костей скрылось в его рту…


Это скрытый клинок Ассасина вонзился сзади под основание черепа и пробил глотку, выбив несколько зубов, когда изнутри рассёк нёбо и вспорол верхнюю губу на манер заячьей. Он харкнул кровью, и ноги его подогнулись.

Толпа взвизгнула и заметалась как мотыльки в кувшине по душной улице от Белого призрака, что возвышался над несчастным ребёнком, растянутом на эшафоте из ящика. Но его Белый силуэт на солнце казался Чёрным.

Второй стражник отпустил мальчишку и бросился на Ассасина, вынимая свою саблю.

Ещё не стряхнув заложника смерти, что хрипел на его клинке, молодой Ассасин уверенным сапогом толкнул рукоять сабли второго стража обратно в ножны. Свободной рукой, выхватывая уже обогрённый сегодня кровью нож, всадил тому под нижнюю челюсть с характерным неприятным шмяканьем. Уже и этот захрипел с невозможным ужасом в глазах, повиснув судорожными руками на запястье Ассасина. Брызгами крови кашлянул несчастный.

Так и возвышалась хладнокровная фигура Убийцы в белом.

Двое стражей на его клинках скрутились в последних спазмах агонии, захлёбываясь собственной кровью.

Время будто остановилось.

Чёрная тень на солнце словно пропитывала тела погибающих ядом смерти…

А потом резко дёрнула руками, стряхивая тех с обогрённых горячей кровью клинков:

– Мир и покой вам… – зазвучало из темноты его капюшона глубоким бархатом арабской речи.

Убийца опустил козырёк капюшона на скрученное от ужаса тельце мальчишки, по чьему лицу стекали капли взрослой крови, очерчивая дорожки по пухлым детским щёчкам.

– …Ты. – толи укоряла, толи признавала, толи… обрекала Тень с янтарным блеском глубоких глаз в убежище капюшона.

С того конца улицы снова набегала стража с проклятьями в спину Ассасина, что стоял невозмутимо посрели улицы в окружении двух трупов. Сверкнули клинки вынутых сабель.

Он обернулся на них. О чём-то подумал. Снова глянул на мальчишку… да перемахнул через ящик, зацепив рукой в перчатке сорванца за обрезанный ворот рубашки.


Дёрнул за собой вперёд по улице, попутно зацепив стойку с подсохшими со стрики коврами. Балки посыпались на каменную дорогу, захломляя путь стражам и поднимая пыль. Ковры комьями обрамили эти неудобные сваленные конструкции.

Ассасин же прошвырнул через один перекрёток в проулок с …тупиком. Резко остановился, ударив мальчишкой сзади себе по ногам. Времени отступать не было. Как и возможности взмыть на крышу, куда он метнул расчётливый взгляд. Однако в углу этой западни были свалены доски, что когда-то были мебелью из ближайшего дома.

Он дёрнул мальца за собой к этой рухляди, за которой и засел, «скомкав» ребёнка у своей груди и зажав его ножки между своими крепкими коленями и сапогами. Зажал рот большой крепкой лапой с мозолистой кожей, что огрубела от обращения с мечом и отесалась о камень построек, по которым он взбирался.

Убийца вжался в стену, другим ухом прислушиваясь к ругани на улице, которая нарастала эхом в этом закутке – сюда заглянул страж…

Сердце Ассасина под ухом мальчишки билось сильно, твёрдо, но ровно. У него было большое сердце. Оно вмещалось в себя всё человеческое, и этого человечесткого было у него много. Он всегда знал, что сможет отбиться даже от дюжины врагов. Только сейчас он был с довеском, ради которого раскрыл себя.

– *Судьба злодейка.* – думал он со сталью во внутреннем голосе, пока холод стены, к которой он вжался, проникал в него через слои одежды, пока вместе с мальцом они стали единым целым.

Большие ноги Убийцы спратяли между собой ножки сорванца, чтобы ни единый кусок одежды или мелкое движение не выдало их живого присутсвия.

Так страж и ушёл, на третьем же шаге повернув обратно…

Ассасин же лишь при наступлении тишины ослабил хватку и выпустил растрёпанного зайчонка из силков.

Янтарный блеск скрывался под козырьком его капюшона. Убийца вздохнул с претензией и сложил руки на коленях, разглядывая сорванца с тощими коленками перед собой:


– Моя идея, значит? Умно. – с иронией, но ровным голосом, не дающим и предположить, то ирония, восхищение или упёрк, это была жёсткая оценка.

Подтянул к себе колено, пользуясь моментом, чтобы выждать время, пока бдительность неудачливых стражей не развеется, и он сможет выйти на улицу.


– Кто научил тебя? – поинтересовался Ассасин, чуть наклонив голову, едва заметно, и в этом вопросе он спрашивал, – Кто надоумил ребёнка ввязаться в эту «войну»? – а сам в это время разглядывал пацана, отмечая, что в нём есть черты от пришлых неверных, – Ты… полукровка? Твой отец тамплиер? – спрашивал в лоб и изучал маленькую угрозу, что теперь…, – Он обязан мне твоей жизнью. – без лишней скромности? готовый к шантажу.

Цитата Lyna «Джасим» ()
- Н-нет… я… сирота, - промямлил он первую пришедшую в голову ложь на вопрос об отце. Только сейчас он запоздало подумал, как его беспечность могла подставить отца. А как плакала бы мама, если бы его… В мальчике проснулась подкрепленная стыдом решимость защитить родителей. Ассасин не должен ничего узнать о них. – Они дают мне пищу и кров, а я выполняю для них мелкие поручения, - придумал объяснение своей связи с рыцарями.

– Вот как. – задумчиво отозвался Альтаир, разглядывая ребёнка из темноты своего капюшона. Шмыгнул носом и схаркнул в сторону, утираясь перчаткой.

Цитата Lyna «Джасим» ()
– Тебе обязан только я, никому больше нет дела до моей жизни, - взял на себя обязательство, вытирая со щек высохшие слезы вперемешку с кровью его врагов, убитых другим врагом.

– Тогда …ТЕБЕ, – подчеркнул он взросло, – и расплачиваться за день, …не ставший последним в твоей жизни. – не скрывая угрозы, заявил Ла-Ахад мальчишке, подчёркиваясь важность сегодняшней встречи.

Цитата Lyna «Джасим» ()
– Значит… значит, ты не убьешь меня? – нерешительно спросил подросток.

– Сегодня нет. – без сомнений в голосе, что их дороги ещё могут пересечься, отклонился спиной на хлам позади себя, потёр колено, а затем глянул за груду барахла в проём между узких стен, пытаясь определиться, когда можно будет покинуть убежище.

Цитата Lyna «Джасим» ()
Он уже оправился от потрясения и боковым зрением изучал обстановку вокруг, прикидывая, сможет ли проскользнуть мимо ассасина, и куда потом можно будет убежать.

Обернулся и приметил, как крысёныш уже ищет лазейки к бегству. Усмехнулся про себя, сжимая и разжимая перчатку, под которой с клинка на белые одеяния капала кровь.

Цитата Lyna «Джасим» ()
– Теперь стража точно подумает, что мы заодно, - отозвался на замечание мужчины, несмотря на неопределенный тон, решив считать его похвалой. Ведь сработала же уловка! Отчасти, по крайней мере.

– Я остановился, потому что слышал плач. – зачем-то пояснил ассасин мотив своего вмешательства, – Я не думал, что он твой. – задел беспризорника якобы неважностью именно его жизни и, опираясь на колено перчаткой, поднялся с земли, – Но не скажу, что сожалею об этом… – глядел на пацанёнка с высоты своего роста, и только янтарный блеск зрачков поблёскивал, изучая алую ауру мальчики. Всё ещё враг перед ним.

– Твои благодетели не лучшая опека. – выразился без грубой мужской ругани и завёл руку под боковое полотно робы… и…, вынул оттуда мешочек со звенящими монетами, – Оставь Крест и найди Рахима в сапожной лавке в богатом квартале… – бросил увесистый мешочек мальчонке на ладонь, это было его жалование на ближайшие миссии, но Ла-Ахад никогда не ценил денег и мог позаботиться о себе без единой монеты в кармане, – Когда твой желудок будет пуст, а кости промёрзнут… – проходя мимо юнца, развивая белыми полами робы и почти бесшумно в своих мягких сапогах истинно как призрак, – …будет и кров и честная работа.

Проплыв мимо гибкой поступью до стены за спиной пацана, обернулся:

– …Иначе наша следующая встреча станет для тебя последней. Знай это. – замолчал, хмыкнул на сторону губы со шрамом, оставляя судьбу мальчишки в его собственных руках.

Внезапный порыв ветра стал свидетелем этого обещания, и Ассасин сорвался с места, в разбег взбежал по стене, цепляясь за уступы и строительные перекладины, да в упор сапогами по щелям между камней, взобрался наверх… Далее, словно был невесом и не зная тяжести собственного тела прыгал с балки на балку, с перекладины на перекладину, с одной стороны улицы, на другую, пока орлом не перемахнул с одной из них на крышу и, взметнув полами робы подобно птице, скрылся из виду, уводя патрули стражей за собой в неизвестность, в которой и затеряется…



Малик vs Дамир
Альтаир25 vs Робер
Начальник стражи vs Миры


«Мы так привыкли притворяться перед другими, что под конец притворяемся перед собой.»
/Франсуа де Ларошфуко/


Сообщение отредактировал AlterEgo - Четверг, 12.11.2015, 17:28
 
Lyna
Охотница
Дата: Воскресенье, 29.11.2015, 04:11 | Сообщение # 1031
Гений, миллиардер, плейбой, филантроп
Группа: EliteGamer
Сообщений: 1305
Статус: Offline

Награды: 17
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Казармы городской стражи>

(ПОЛДЕНЬ)




Мира Наир (Кьяра) - Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси) - Начальник стражи Раис - Назир (Джулиан)


С натужным скрипом колес повозка вписалась в поворот, оставляя позади двигавшуюся к рыночной площади процессию. Мира проводила тяжелым взглядом вторую клетку и поджала губы. У нее другая задача. Неожиданная просьба Назира заставила женщину встряхнуться. Отказать она не могла. Сосредоточившись на деле, индианка сбросила внутреннее оцепенение. Она выглядела спокойной и собранной, чего нельзя было сказать о ее незримой соседке. Ярость Тамплиера то и дело прорывалась наружу слишком сильно сжатыми в кулаке вожжами, испепеляющим взглядом в сторону сидевшего рядом на козлах стражника или неоправданно резким подхлестыванием лошадей, которые и так без труда тянули свою ношу по извилистым улочкам. *Я не могу ничего сделать для твоего… друга. Но могу помочь этой девушке.* Даже самой Мире ее слова показались отговоркой, жалкой попыткой успокоить совесть. Но выбор между пришельцами из будущего с их интригами и попавшей в беду соратницей казался очевидным.

Знакомое лицо в толпе на углу отвлекло ее, помешав разгореться очередному внутреннему спору. Да нет, должно быть, показалось. Просто вчерашний разговор с Назиром напомнил ей о муже, вот теперь и мерещится. Женщина выбросила эти мысли из головы и незаметно осмотрелась. С ними осталось всего двое стражей по бокам от телеги, да еще один на козлах. Столкнуть последнего с сиденья и на ближайшем повороте погнать лошадей в противоположную сторону от казарм. Выиграть немного времени, чтобы выпустить девушку, а затем бросить повозку и найти укрытие. Только сначала отъехать дальше от конвоя, чтобы их сопровождающие не могли слишком быстро позвать подмогу. Индианка замечала взгляды пленницы, но подать ей знак мешал сидящий рядом стражник.

Миновав еще одну улицу, повозка подкатилась к новой развилке. Мира перехватила вожжи одной рукой, освобождая вторую для удара, как из-за дальнего угла, со стороны казарм, показался отряд воинов. *Проклятье!* Женщина чуть не выругалась вслух. С погоней из трех стражей она еще могла справиться, но с целым отрядом на хвосте беглянкам далеко не уйти. Придется их пропустить. Солдаты прошли мимо, но ассасин еще долго оглядывалась украдкой, пока те не скрылись из виду. Не успев вздохнуть с облегчением, она поняла, что опоздала. Впереди возвышались ворота с парой часовых по бокам. Устраивать побег на их глазах, значит гарантировано поднять тревогу. Ситуация значительно осложнялась…

Повозка неспешно вкатилась во внутренний двор, и Мира первой соскочила со своего места, широким шагом обошла клетку и открыла дверцу.
- Не бойся, ты не одна, - беря девушку за предплечье, чтобы вывести, шепнула она, прежде чем стражники подошли к ним. Сказать больше она не рискнула. Один из подбежавших солдат попытался перехватить у нее пленницу, но воительница дернула ее к себе. – Мне приказано передать ее вашему командиру. Он будет решать, что с ней делать, - отрезала она. Осмотрев двор, ассасин не увидела других выходов, кроме ворот. Все, что сейчас было в ее силах, это тянуть время, ведь если солдатня доберется до девчонки, вырвать ее уже вряд ли удастся. – Ты, - она ткнула пальцем в одного из солдат, - проводи нас к командующему, - тоном, будто имеет полное право приказывать, потребовала женщина.

Отсюда должен быть другой выход! Может, получится выяснить это у сопровождающего по дороге. А если нет… Мира видела только один последний шанс – захватить начальника казарм и заставить его вывести их за ворота. Очень туманный, ускользающе крохотный шанс… Но все-таки бросать девушку здесь индианка не собиралась. Она сделает все, что сможет.

Короткая прогулка по коридорам не принесла желаемых результатов. Показывавший дорогу стражник оказался не из разговорчивых, и никаких возможностей ускользнуть незаметно Мира по пути тоже не увидела. *Это идиотский план. Из-за тебя мы обе здесь погибнем,* - сухо прокомментировала Кьяра. *Предложи что-нибудь лучше, я с радостью выслушаю,* - отпарировала индианка. *Не ввязываться в заведомо проигрышное предприятие,* - ответила Тамплиер и мысленно отгородилась, ясно давая понять, что помогать в поиске решения не настроена.

Пока проводник шел впереди женщин, ассасин достала из-за голенища сапога нож и незаметно протянула своей спутнице. Пусть у девушки будет хоть какое-то средство защиты. Командующего посетители застали за работой. Мира остановилась перед его столом, покорно дожидаясь, пока на нее обратят внимание. Спешить не стоит, нужно подобраться ближе.

Цитата Mia111 "Начальник стражи Раис"
- Полагаю Вы, - чуть поморщился, - доставили мне наложницу, - прозвучало скорее утвердительно, чем вопросительно, - замечательно, - поднялся сделав шаг к Аяле, рассматривая ее симпатичное личико, - думаю мои люди оценят щедрость Аллаха и Повелителя. Вы свободны, - посмотрел на сопровождающую строго, избавляясь будто от назойливой мухи.


– Да, по приказу Повелителя эта женщина поступает в Ваше распоряжение, - соблюдая субординацию, ответила она, хоть высказывание начальника стражей в ответе и не нуждалось. Воительница тянула время, искала повод приблизиться к нему, но мужчина, разглядывая будущую наложницу подошел сам. – Боюсь, я не могу оставить Вас так быстро. – Мира шагнула к нему, вскидывая левую руку. Тонкое лезвие скрытого клинка скользнуло между сочленениями доспехов и уперлось командующему в бок. – Девушка пойдет со мной. А Вы поможете нам покинуть стены казармы.

Цитата Mia111 "Начальник стражи Раис"
- Отсюда никто не выйдет! - прорычал сквозь зубы, откидывая мысль позвать своих людей, что дежурили у двери, хватая ее руку с кинжалом, вдыхая глубоко, позволяя ножу проникнуть между ребрами, ударил второй рукой по руке противницы, выхватывая из своей раны ее же собственный нож, приставляя к горлу воительницы, уходя ей за спину. Сверкающими глазами наблюдая за жертвами: - Итак, кто ты и зачем пришла сюда? - прорычал ей на ухо, следя за наложницей


Рука дернулась, вдавливая лезвие в плоть мужчины, прежде, чем Мира успела среагировать. Глаза женщины изумленно распахнулись, она не ожидала от противника такого хода. *Почему ничего никогда не идет, как задумано?!* Индианка попыталась перехватить руку, завладевшую ее клинком, но командир стражей оказался быстрее. Ее пальцы замерли на его запястье, когда острие неприятным холодком коснулось кожи на шее.

Впрочем, надолго задерживаться в роли жертвы ассасин не собиралась, как и объяснять, что здесь делает. Вместо ответа она ударила командующего локтем в раненый бок, одновременно оттягивая от себя его руку. Резко развернувшись, добавила тяжелый удар в челюсть и отступила. Провела рукой по горлу. Пальцы окрасились красным. И все-таки царапина не в пример лучше вскрытой глотки.

Шум в кабинете начальника привлек караульных по ту сторону двери. Из коридора донеслись шаги и обеспокоенные голоса стражников. Дверь приоткрылась, но Мира подскочила к ней и дернула на себя, закрывая обратно. Последняя надежда выбраться из казарм без лишнего шума лопнула, как переспелая дыня. Остается прорываться с боем.

Нужна помощь! – из последних сил удерживая дверь, индианка повернула голову к девушке. – Когда я отпущу, вместе бьем по двери, - предложила она.

Дождавшись подтверждения, отпустила ручку и с силой ударила ногой в дверь. Воительница рассчитывала в лучшем случае оглушить стражей, обеспечить себе небольшую фору для серьезного удара, но результат превзошел все ожидания. Сдвоенные усилия бдительных часовых и отчаявшихся женщин снесли многострадальную дверь с петель. Та, с треском деревянных досок, рухнула на пол, накрывая двух стражников.

Бежим! – крикнула Мира, выталкивая соучастницу по образовавшемуся помосту из комнаты. Нужно было уносить ноги, пока на грохот не сбежались все обитатели казарм.

biggrin


Пришибленные стражники быстро пришли в себя и бросились в погоню. Из боковых ответвлений к ним на помощь спешили другие. Женщины петляли по коридорам и, как могли, пытались усложнить задачу преследователям, опрокидывая им под ноги редкие предметы мебели или стойки с оружием. Уже перед выходом Мира перевернула пару высоких открытых светильников, надеясь, что потенциальный пожар займет стражей на какое-то время. Масло быстро растеклось по полу и вспыхнуло, отрезая воинам дорогу.



На улице ассасин перешла на быстрый шаг, чтобы не привлекать внимания. Но не успели беглянки сделать и нескольких шагов по двору, как по ушам ударил колокольный звон. Решетка на воротах опустилась, запирая двух женщин в ловушке каменных стен. – Проклятье! – прошипела индианка, хватаясь за рукоять меча. Теперь не оставалось ничего – только драться. Сколько сможет…

Начальника стражи она заметила слишком поздно. Брошенное им копье швырнуло ее к двери казармы, второе чудом не задело бок. Следом и девушка, которую воительница так неудачно пыталась спасти, оказалась в том же положении. Они бы не успели вырваться, но главу стражников атаковали сзади. Назир – а никем другим ассасин в маске быть просто не мог – появился очень вовремя!

Пока солдаты отвлеклись на поединок, Мира рванулась вперед, пропуская древко удерживавшего ее копья в им же проделанные прорехи одежды. Несколько стражей повернулись и двинулись к ней. Она отступала от них, отвлекая и уводя за собой в сторону, чтобы дать соучастнице время освободиться. Когда пригвожденная девушка осталась за спинами воинов, индианка остановилась и достала меч, развернув его в ладони обратным хватом, привычным для нее, но неудобным для большинства противников.



Она первой бросилась в атаку. Проскользнула мимо одного, ударом локтя в основание шеи убирая его с дороги. Метнулась к другому и толкнула на его товарища, разделяя противников, чтобы те не могли напасть одновременно. Ассасин кружилась среди мужчин, будто в танце, отбивая их удары или нанося собственные. Встретив очередного нападающего прямым уколом в грудь, она с удивлением обнаружила, что осталась единственной, кто стоит на ногах.



Отдышавшись, женщина обвела взглядом двор. Большинство стражников по-прежнему были заняты дуэлью своего командира с таинственным ассасином. Ворота охраняли всего двое. Она махнула рукой неудавшейся наложнице, чтобы та осторожно направлялась к воротам, и сама двинулась к часовым, обходя скопление стражей посреди двора вдоль стены.

Охранники заметили ее маневр. Они бросились на нее вместе. Звон стали потонул в общем гомоне, когда ее меч встретился с клинком стражника. Выпад второго воительница приняла между лезвиями катара, повернула рукоять, отводя его меч, вместе с этим ударом ноги выводя из строя первого. Еще два быстрых рубящих удара окончили короткую схватку.



Не теряя времени, индианка ухватилась за выступ и нырнула через окошко бойницы во внутреннее помещение у ворот, в прыжке познакомив удивленное лицо находившегося там стражника с подошвами своих сапог. Добавила ударом в челюсть и отправила того спать. Скрепя зубами от напряжения, Мира провернула колесо механизма, пока решетка не поднялась достаточно, чтобы можно было пройти. Затем подсунула под одну из ручек колеса бессознательное тело стража, чтобы не дать противовесу снова опуститься, и тем же путем вернулась во двор.



Снаружи ее поджидали. Воительница сцепилась с новой парой стражей, но ее внимание было рассеяно. Из-за спин противников она ощупывала взглядом двор в поисках Назира и девушки, которую тот назвал своей сестрой. Отвлекшись, ассасин чуть не пропустила выпад, но нападающий захрипел и упал со стрелой в спине. Назир позвал подмогу из Братства? Хорошо, если так. Она не знала, сколько сможет удерживать ворота в одиночку, но не собиралась отступать, пока через них не пройдут оба ее товарища по несчастью.

народец))




Сообщение отредактировал Lyna - Воскресенье, 29.11.2015, 09:22
 
Strangerous
Охотник
Дата: Понедельник, 30.11.2015, 01:18 | Сообщение # 1032
Принц Тьмы
Группа: EliteGamer
Сообщений: 2154
Статус: Offline

Награды: 19
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Казармы городской стражи>

(ПОЛДЕНЬ)




Мира Наир (Кьяра) - Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси) - Начальник стражи Раис - Назир (Джулиан)


После разговора с Назиром, Аяла отпустила свое тело, отдавая его в полное распоряжение Эггси. Она была слишком измучена и подавлена, чтобы терпеть еще болевые ощущения от многочисленных синяков и ссадин. В голове у девушки звучал только один вопрос: "Что же мне теперь делать?"

Эггси и сам не знал ответа. С одной стороны, он был готов принять решение Назира, выпить его зелье и если не сбежать, то хотя бы уберечь Аялу от позорной смерти на площади. Спокойно уснуть, пусть и навечно, было куда приятнее, чем быть забитым камнями, а может и того хуже... С другой стороны, тамплиер ощущал волнения в душе девушки. В такой безнадежной ситуации она еще умудрялась переживать за других пленников, за священника и европейца.

- Им помочь мы уже точно ничем не сможем... - с сожалением выдохнул Эггси в темноту. Сказал он это скорее сам себе, чем девушке. Не хотелось расстраивать ее еще больше.

В коридорах темницы началась какая-то возня. Стража заволновалась, из обрывков фраз Эггси смог понять, что в тюрьму пожаловала какая-то важная шишка.

*Должно быть, сейчас нам вынесут приговор...* - подумал Эггси, цепляясь за прутья решетки и с трудом поднимаясь на ноги, и вовремя. К его камере подошла женщина (Мира). Лицо ее было не знакомо тамплиеру, но в ее взгляде он уловил что-то похожее на... сочувствие?

Незнакомка была из асассинов и довольно вежливо попросила тамплиера пройти с ней, подхватив его под руку, словно поддерживая, а не обвиняя. Это было странно, все вокруг были враждебно настроены по отношению к иноверцам и предателям, и либо эта женщина была слишком мягкосердечна, либо она была другом Назира. Второй вариант казался Эггси очень обнадеживающим. Если это действительно было так, то он мог попытаться сбежать с помощью этой асассинши.

*Что ж, может быть все не так уж и безнадежно, как я думал...* - решил про себя Эггси, молчаливо переставляя ноги рядом с незнакомкой, что было нелегко, так как хрупкое девичье тело было слишком измождено всеми выпавшими на его долю испытаниями, и в конце-концов сдалось. Достигнув пункта назначения, тамплиер не выдержал и рухнул на колени, прямо перед каким-то статным арабским мужчиной, с суровым и глубоким взглядом.

Стоило только взглянуть ему в лицо, и сердце девушки захлестнула такая невообразимая волна страха, с которой даже Эггси не смог справиться. Аяла несомненно знала, кто сейчас стоял перед ней, да и тамплиер уже видел это лицо на желтых, потертых страницах хроники. Это был Саллах ад-Дин. Великий вождь асассинов.

Цитата Саллах ад-Дин ()
Но вернул он взгляд на несчастную (Аяла) и... вдруг присел на корточки, заговорив уже на арабским:

– Мой народ... мои дети. – заговорил он вдруг, коснувшись ее разбитого подбородочка


От этого касания по спине Эггси пробежал жуткий холод, он вздрогнул всем телом и подался назад от мужчины. На столько его жест был мягким и невинным, но таил в себе ужасающую угрозу. Сердце подскочило куда-то к подбородку, и тамплиер с ужасом осознал, что у него плывет перед глазами.
*Ну же, Аяла... держись!!! Не сдавайся, девочка! Мы выберемся отсюда! Клянусь! Даже если мне придется голыми руками драться с сотней мужиков, обещаю, я не дам тебя в обиду!!!!*

Цитата Саллах ад-Дин ()
И как отцу ты причинила мне... боль своим предательством. – подобрал лямочку и натянул на плечико в садинах. Он видел одеяло страха, которое окутало ее душу и тело, и потому нашел в себе снисхождение для неё, – Если силой была обращена в веру недругов..., – предположил о ее судьбе, – должна была прекратить свою жизнь, дабы не жить в позоре... – осуждал её назидательно, но как-то по-отцовски, – Ты причинила невыносимую боль своему Отцу и братьям, что сражаются со злом, пришедшим в наши земли... – заглядывал в ее затравленные глазки, – Но я ...пощажу тебя. – кивнул с тщательным одолжением, убрал прядки с её лица за плечо


От этих слов где-то в глубине души у Аялы затеплилась надежда, но Эггси не был так же наивен, как и девушка, от того, он даже был готов, к тому, что последовало дальше, он знал, что раз с ним общаются с таким снисхождением, значит девчонке уготована куда более жуткая участь, чем смерть.

Цитата Саллах ад-Дин ()
– Ты искупишь свои грехи, утоляя боль ...своих братьев, – говорил он о сарацинских воинах, – загладишь свою вину потерянным целомудрием. Будешь согревать их горющие сердца теплом своего порочного тела. ...Только так они простят тебя за гибель своих сослуживцев, на кого ты навлекла врага. – как шпионку и предательницу он намеревался отдать ее в руки тех, кто все это время страдал от ловушек и западни. Поднялся на ноги, выпрямляя старую спину, – Доставьте эту женщину в казармы городской стражи. – вынес свой вердикт.


К горлу подкатила такая тошнота, что, Эггси был вынужден прикрыть дрожащей рукой рот. Пустой желудок заходился в спазмах, от чего все тело сотрясалось, словно в конвульсиях, но тамплиер нашел в себе силы поднять полный ненависти взгляд на предводителя асассинов.

*Так, значит, ты заботишься о своих детях, ублюдок?! Это по-твоему пощада?! Отдать беззащитную женщину на поругание своим грязным прихвостням?! Скольких невинных девушек ты так помиловал?! Гореть тебе в аду, сучий выродок!* - Эггси хотел выкрикнуть это прямо в лицо араба, но сходящая с ума от ожидавшей ее участи Аяла не позволила. С губ сорвался только приглушенный стон, а затем всхлип, и с глаз девушки хлынули горькие слезы.

Цитата Саллах ад-Дин ()
– Уже рассвет. – обратился многозначительно к Назиру, – Город просыпается. – с явным заделом, – Вывозите пленников на рыночную площадь. – подозвал жестом двух стражей (Дамир и Робер) в помощь тем, кто уже облачил приговорённых в робы, – ...Пусть умрут с первыми лучами солнца. Усильте охрану.


Аяла с новой силой зашлась в рыданиях, пусть и практически беззвучных. По словам Саллах ад-Дина она поняла, что Якоба и Кармелита казнят на рассвете. Ситуация складывалась явно не в пользу заключенных.

Девушку сопроводили к повозке и затолкали в клетку, которая должна была вывезти ее в казармы. По пути, краем глаза она заметила избитых и замученных Якоба и Кармелита, которых волокли в другую повозку. От этого зрелища Аяла не смогла сдержать крика. Оттеснив на край сознания Эггси, девушка забрыкалась, стала вырываться из рук стражников, протягивая расцарапанные ладошки в сторону других заключенных.

- Якоб!!! Якоб!!!! - кричала она, всхлипывая, - Нет! Отпустите! Не троньте меня!! Якоб!!! - взывала он к своему другу, но все было бесполезно. Ее клетка захлопнулась и тронулась с места, и как бы Аяла не старалась выбить прутья, ей это было не под силу, ее увозили все дальше и дальше, приближая момент, когда ее жизнь будет кончена.


Сердце девушки колотилось о ребра в бешенном ритме. Казалось бы, после всех злоключений у нее не должно было остаться сил на такие сильные эмоции, но даже удерживая своими силами контроль над телом Аялы, Эггси ощущал этот панический ужас, поднимающийся из самых глубин ее души.

*Я что-нибудь придумаю, что-нибудь... я вытащу нас отсюда...* - приговаривал тамплиер про себя, чтобы успокоить бедную девчонку, которая и так слишком много пережила за последние дни.

*Черт... а если сбежать не удастся? Что тогда? Дерьмо...* - но мысли о единственном выходе в этом случае Эггси гнал от себя прочь, поддаваться страху он не собирался. Все просто не могло кончится так плохо. Клетка подпрыгивала на каждой кочке, заставляя тамплиера морщиться от боли в усталом и изможденном теле.

Бросая умоляющие взгляды на девушку-асассина, которая, кажется, была не согласна с решением Салах-ад-Дина относительно Аялы, Эггси пытался спровоцировать ее на какие-нибудь совместные действия, которые могли бы открыть им путь для побега. Взявшись дрожащими ручонками за прутья клетки,Эггси внимательно и как можно более жалобно взглянул на асассиншу: *Ну давай же... Пожалуйста... Помоги мне... Я чувствую, что тебе не все равно, что со мной будет...*

Клетка резко притормозила, малочисленные домики и пустынные дороги сменились какими-то внушительными постройками с высокими стенами, и Эггси понял, они въехали на территорию казарм. *О, нет... твою мать... уже?! Живым не дамся! Клянусь!* - стискивая решетку клетки в кулаках, Эггси сжал губы в тонкую и напряженную полоску, готовясь изо всех, возможно, последних сил, сопротивляться.

Цитата Мира ()
Повозка неспешно вкатилась во внутренний двор, и Мира первой соскочила со своего места, широким шагом обошла клетку и открыла дверцу.
- Не бойся, ты не одна, - беря девушку за предплечье, чтобы вывести, шепнула она, прежде чем стражники подошли к ним. Сказать больше она не рискнула. Один из подбежавших солдат попытался перехватить у нее пленницу, но воительница дернула ее к себе. – Мне приказано передать ее вашему командиру. Он будет решать, что с ней делать, - отрезала она.


Эггси был благодарен незнакомке за эти слова и эту заботу. Сейчас ему было необходимо чувствовать хоть чью-то поддержку. И конечно же тамплиер помнил о Джулиане, в тайне надеясь, что напарнику удастся договориться с Назиром и организовать спасительную операцию.

*Сакс... не подведи... Я рассчитываю на тебя, дружище...* - взмолился про себя Эггси, до боли сжимая руки в кулаки, чтобы не дать эмоциям одержать верх.

Цитата Мира ()
Пока проводник шел впереди женщин, ассасин достала из-за голенища сапога нож и незаметно протянула своей спутнице. Пусть у девушки будет хоть какое-то средство защиты.


Эггси удивленно взглянул на женщину-асассина, но, черт возьми, как же он был рад этому холодку в руке.
- *Слава Аллаху... Тьфу... Вот мать твою, что я такое несу?!*
Эггси незаметно кивнул своей спутнице в знак благодарности, пряча нож под полами холщовой накидки.

Они прошли в кабинет, где за столом сидел, очевидно, начальник стражи. По спине тамплиера пробежал холодок, когда мужчина подошёл слишком близко.

Цитата Раис ()
– Боюсь, я не могу оставить Вас так быстро. – Мира шагнула к нему, вскидывая левую руку. Тонкое лезвие скрытого клинка скользнуло между сочленениями доспехов и уперлось командующему в бок. – Девушка пойдет со мной. А Вы поможете нам покинуть стены казармы.


Цитата Раис ()
Вместо ответа она ударила командующего локтем в раненый бок, одновременно оттягивая от себя его руку. Резко развернувшись, добавила тяжелый удар в челюсть и отступила. Провела рукой по горлу. Пальцы окрасились красным. И все-таки царапина не в пример лучше вскрытой глотки. Шум в кабинете начальника привлек караульных по ту сторону двери. Из коридора донеслись шаги и обеспокоенные голоса стражников. Дверь приоткрылась, но Мира подскочила к ней и дернула на себя, закрывая обратно. Последняя надежда выбраться из казарм без лишнего шума лопнула, как переспелая дыня. Остается прорываться с боем. – Нужна помощь! – из последних сил удерживая дверь, индианка повернула голову к девушке.


Мужик был силён и достаточно крепок, поэтому, прежде чем покинуть кабинет, Эггси с прыжка ударил араба ногой в живот, отбрасывая к стене, когда тот направился в их сторону.

- Отдохни... - бросил тамплиер презрительно и подскочил к дверям, где его помощи ждала асассинша. Совместными усилиями девушки вынесли стражников, уронив на них деревянные двери. Пробегая по головам противников, Эггси не смог отказать себе в удовольствии малость попрыгать по недоумкам, намериваясь еще больше дезориентировать, дабы они не бросились тут же в погоню.

Нужно было уносить ноги. Вместе с незнакомкой, Эггси дал деру по извилистым коридорам казарм, сбивая по пути нескольких караульных, и опрокидывая на них тяжелые ящики с провиантом и снаряжением.

- Черт бы вас побрал, шакалы! - шипел Эггси, отталкивая от себя загребущие руки и выбегая следом за асассиншей во двор.

Цитата Раис
Ухватившись за веревку здоровой рукой, что свисала по стене, глава стражи спустился вниз, схватил у ближайшего стража копье, бросив сходу в воительницу, цепляя ткань ее одежды, отбрасывая назад к двери. Она не заслужила легкой смерти. Полетели щепки от двери, пригвождая женщину к ней. Второе копье просвистело следом, впиваясь вплотную с ее боком.


- С*ка! - выдохнул в гневе тамплиер, замечая, как Начальник стражи пригвоздил женщину-асассина к стене копьем. Вынув нож, Эггси бросился в атаку, нанося ряд быстрых, хоть и не таких профессиональных ударов. Сказывалась усталость и слабое физическое состояние Аялы. Араб отбил каждый выпад, и Эггси оказался у стены, пригибаясь от сильного удара в живот.

Свист ножей заставил тамплиера вскинуть голову.
- Твою мать! - сдавленно выдохнул Эггси, разглядывая как ловко чертов стражник пригвоздил его. Один из ножей ощутимо полоснул по коже в области ребер. Порез жгло как огнем, но молодой тамплиер, понимал, что драка еще только началась. Освободившись, он бросил мельком взгляд на Миру, что отвлекала часть охраны на себя.

Начальника стражи занял неизвестно откуда появившийся асассин, в котором Эггси узнал Назира.
- Джулиан... Аллилуя... - выдавил из себя улыбку молодой тамплиер, ощущая воодушевление и прилив сил.
*Все получится...* - адреналин бил по голове не хуже молотка, Аяла сражалась изо всех сил. Эггси чувствовал ее поддержку, и она заставляла его двигаться вперед, уворачиваться от вражеских клинков и разбивать носы противникам.

Но силы были не равны. Тяжелое дыхание и расплывающиеся перед глазами фигуры, давали тамплиеру понять, что долго он так не протянет, и что кровь стремительно покидает его тело, сочась из свежей раны.
*Только держись, Аяла... Я уверен, Назир нас вытащит... Только держись!* - шептал обветренными губами Эггси, чувствуя как его теснят в тупик, с каждой минутой оставаться в сознании становилось все сложнее, но он боролся... и собирался драться до самого конца.

ребятушки
спаситель?




Сообщение отредактировал Strangerous - Понедельник, 30.11.2015, 01:38
 
Mia111
Охотница
Дата: Вторник, 01.12.2015, 13:28 | Сообщение # 1033
★Сияющий Пегас ★
Группа: Аллергия на флуд
Сообщений: 2022
Статус: Offline

Награды: 83
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Казармы городской стражи>

(Полдень)



Мира Наир (Кьяра) - Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси) - Начальник стражи Раис - Назир (Джулиан)




Начальник потянувшись неспешно, отложил перо в сторону. Ночь и прошлый день выдался, волей Аллаха, суетным и загруженным. Вся стража была поднята по тревоге, а следом и отправлена в каменоломни Соломона. Некоторые не вернулись и из первой напасти и второй. Начальник свел темные брови к переносице, каждого из нашедших свое последние пристанище он знал лично. Единственным утешением в этот час скорби посчитал он решение Повелителя, даровавшему новую наложницу для его людей. Он наслышан был об этой странной истории соотечественницы, что попала в сети захватчиков, но сомневаться в решении Повелителя... *Да сохрани меня Аллах от этого* и потом он не мог отрицать пользы подобной удачи, что сама шла в руки. У него давно образовался список подчиненных, которые заслужили награду. Мысли об этом заставили его подняться и выйти наружу на стену казармы, что огораживали двор со всех сторон. Шум и суета привлек его внимание, но обнаруживать себя он не спешил, зачерпнув холодной воды и сделав глоток, вытер губы, рассматривая девушек внизу, что спорили с его людьми.

Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
– Ты, - она ткнула пальцем в одного из солдат, - проводи нас к командующему, - тоном, будто имеет полное право приказывать, потребовала женщина.


Солдат к которому обратилась одна из них, поднял голову, находя высокую фигуру командующего на стене, уловив едва заметный кивок головок, сделанный снисходительно, но в тоже время несколько недовольно. Командующий не любил когда распоряжались на его территории. Тем более те, кому положено сидеть дома с детьми. Чтобы изменить его убежденность было мало одного воинственного наряда. Он давно выработал свою систему оценки людей. Неспешно прошел в комнату, что была отведена ему, дожидаясь визитеров, продолжив свое прерванное занятие.

Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
Командующего посетители застали за работой. Мира остановилась перед его столом, покорно дожидаясь, пока на нее обратят внимание. Спешить не стоит, нужно подобраться ближе.


Шум шагов прошелестел рядом и остановился, но командующий не поднял головы, показывая кто здесь хозяин. Дописав, поднял неспешный внимательный взгляд на вошедших, разглядывая женщин перед собой: - Полагаю Вы, - чуть поморщился, - доставили мне наложницу, - прозвучало скорее утвердительно, чем вопросительно, - замечательно, - поднялся сделав шаг к Аяле, рассматривая ее симпатичное личико, - думаю мои люди оценят щедрость Аллаха и Повелителя. Вы свободны, - посмотрел на сопровождающую строго, избавляясь будто от назойливой мухи.

Цитата Strangerous "Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси)" ()
Они прошли в кабинет, где за столом сидел, очевидно, начальник стражи. По спине тамплиера пробежал холодок, когда мужчина подошёл слишком близко.


Начальник поднял руку, касаясь щеки пленницы с нажимом, показывая кому она здесь подчиняется. Он не собирался "снимать пробу первым", но женщине стоило понять свое положение до того как ее выведут отсюда. В обмен на послушание он бы смягчить ее участь, а не просто бросить полуголую в казармы полные мужчин. Погибни она вряд ли бы кто-то потребовал у него отчета, но все же начальник хотел извлечь максимум пользы из этой ситуации. Возможность договориться и смягчить условия ее пребывания здесь была наиболее приемлема для него. Лучшая еда, удобная постель, возможность выходить во двор и защита руководства, что может быть надежнее в данной ситуации в обмен на послушание и удовлетворение его людей в нормальных условиях. Об этом думал он убирая руку с ее лица. Легкая оценка заставила его нахмурится, он перевел недовольный взгляд на сопровождающую.

Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
Мира шагнула к нему, вскидывая левую руку. Тонкое лезвие скрытого клинка скользнуло между сочленениями доспехов и уперлось командующему в бок. – Девушка пойдет со мной. А Вы поможете нам покинуть стены казармы.


Тонкий отблеск клинка ударил по глазам и уперся в бок, касаясь рубашки и царапая кожу. Он побагровел от такой наглости, сжав с хрустом тяжелые кулаки. Сколько раз ему угрожали оружием, ранили, пытались убить, но в СОБСТВЕННЫХ покоях никогда! Ярость вскипала внутри, пульсируя по венам. Он не позволит вывести себя отсюда как заложника, да еще двум шакальим выродкам-недоноскам. Глава чуть повернул голову в сторону угрозы, чувствуя как лезвие уперлось сильнее в бок.

- Отсюда никто не выйдет! - прорычал сквозь зубы, откидывая мысль позвать своих людей, что дежурили у двери, хватая ее руку с кинжалом, вдыхая глубоко, позволяя ножу проникнуть между ребрами, ударил второй рукой по руке противницы, выхватывая из своей раны ее же собственный нож, приставляя к горлу воительницы, уходя ей за спину. Сверкающими глазами наблюдая за жертвами:

- Кто ты и зачем пришла сюда? - прорычал ей на ухо, следя за наложницей, обращаясь к ней - выйдешь отсюда и она умрет, - прошипел ей. Они явно были заодно.

Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
Впрочем, надолго задерживаться в роли жертвы ассасин не собиралась, как и объяснять, что здесь делает. Вместо ответа она ударила командующего локтем в раненый бок, одновременно оттягивая от себя его руку. Резко развернувшись, добавила тяжелый удар в челюсть и отступила. Провела рукой по горлу. Пальцы окрасились красным. И все-таки царапина не в пример лучше вскрытой глотки.


Удар в бок был сильным и пришел по свежей ране, начальник едва сдержал крик, но сцепив плотнее зубы, шагнул вперед, едва восстановив дыхание на инстинктах, намереваясь ударить шакалье отродье, но она оказалась быстрее и ее удар на мгновение дезориентировал его, заставив отступить.

Цитата Strangerous "Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси)" ()
Мужик был силён и достаточно крепок, поэтому, прежде чем покинуть кабинет, Эггси с прыжка ударил араба ногой в живот, отбрасывая к стене, когда тот направился в их сторону. - Отдохни... - бросил тамплиер презрительно и подскочил к дверям, где его помощи ждала асассинша.


Несколько мгновений замешательства оказалось достаточным, чтобы пропустить и второй удар от наложницы. Его шатнуло к стене, но схватившись за стол, мужчина устоял на ногах.

Цитата Lyna "Мира Наир (Кьяра)" ()
Дождавшись подтверждения, отпустила ручку и с силой ударила ногой в дверь. Воительница рассчитывала в лучшем случае оглушить стражей, обеспечить себе небольшую фору для серьезного удара, но результат превзошел все ожидания. Сдвоенные усилия бдительных часовых и отчаявшихся женщин снесли многострадальную дверь с петель. Та, с треском деревянных досок, рухнула на пол, накрывая двух стражников.– Бежим! – крикнула Мира, выталкивая соучастницу по образовавшемуся помосту из комнаты. Нужно было уносить ноги, пока на грохот не сбежались все обитатели казарм.


Цитата Strangerous "Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси)" ()
Совместными усилиями девушки вынесли стражников, уронив на них деревянные двери. Пробегая по головам противников, Эггси не смог отказать себе в удовольствии малость попрыгать по недоумкам, намериваясь еще больше дезориентировать, дабы они не бросились тут же в погоню.


Дверь вылетела, придавив его людей. Отбросив дверь стражники бросились в погоню, повинуясь коротким шестам начальства. Сам же глава стражи, скрипнув зубами, прошел следом, повинуясь приливу ярости.



Выбежав на стену, он увидел женщин уже внизу, зазвонил колокол, извещая о побеге. Заскрипела лебедка, опуская решетку, отрезая двор от остального мира.



Ухватившись за веревку здоровой рукой, что свисала по стене, глава стражи спустился вниз, схватил у ближайшего стража копье, бросив сходу в воительницу, цепляя ткань ее одежды, отбрасывая назад к двери. Она не заслужила легкой смерти. Полетели щепки от двери, пригвождая женщину к ней. Второе копье просвистело следом, впиваясь вплотную с ее боком.

Цитата Strangerous "Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси)" ()
Вынув нож, Эггси бросился в атаку, нанося ряд быстрых, хоть и не таких профессиональных ударов. Сказывалась усталость и слабое физическое состояние Аялы. Араб отбил каждый выпад, и Эггси оказался у стены, пригибаясь от сильного удара в живот.


Взглянул на наложницу, что мешалась под ногами, ловя в руку меч, слишком велико было желание убить их обоих. Отпихнул от себя, как собаку сапогом к напарнице, чтоб знала свое место. Сдернул с пояса четыре ножа для метания, стремительно отправляя их следом, прихватывая лохмотья на плечах и по бокам. От бега и ранения дышалось тяжело, но боли он не показывал, сверкая глазами зло смотрел на женщин. Двор заполнялся стражей, понимая что сейчас будет беспощадная расправа.

Цитата Brook "Назир"
Сдёрнув верёвку с крепления лебёдки, по которой поднимали на стены тяжёлые орудия и оружие, Назир ухнул вниз, перелетая через двор и сапогами сбивая Начальника с места. Деревянная платформа крякнула и разбилась в щепки о перекладины, срывая из с парапета… Ассасин обхватил коленями его торс и рухнул верхом на нём в землю, подминая рослого воина лицом вниз. Поднялись столбы пыли, удушая поверженного. Клинок шаркнул лезвием из ножен под рукой ассасина и оцарапал сарацину подбородок. Другая рука пятернёй вцепилась в растрепавшиеся волосы и дёрнула на себя, чтобы его ещё недавние товарищи узрели своего Начальника в столь опасном, …и унизительном положении. Он молчал, чтобы не выдать своего голоса, но и дёрнул голову товарища, начальника и друга назад настолько резко, чтобы тот понял требование и отдал страже приказ отступить, открыть ворота…


Едва почувствовал Раис небольшое довольство над непокорными отродьями как его сшибло с ног чье-то тело. Раис закашлялся, глотая песок, зажмуриваясь от взметнувшейся пыли, в горле саднило, мотнул головой, отряхиваясь, ища причину столь бесцеремонного падения, скрипнув зубами, чувствуя давящую тяжесть. Обломанные доски вздыбились вокруг них, Раис глянул из-за плеча хмуро на причину происшествия, встречаясь глазами с новым противником в разрезе маски. Холодное лезвие коснулось подбородка, вызывая улыбку, несколько минут назад он тоже проделал с шакальим отродьем. Выдохнул резко, откидывая голову назад под действием силы нападавшего, бок прострелило, но этого было слишком мало, чтобы он сдался. Раис понимал чего от него хочет безмолвный, но упорно молчал, будто оценивая ситуацию.

Сжал песок в кулаке, выжидая удобного момента, почувствовав слабину, бросил песок прямо в глаза нежданному гостю, нанося короткий сильный удар локтем по лицу, второй рукой рывком отстраняя нож и выскальзывая из его объятий, переворачиваясь с размаху нанося удар с разворота мечом в корпус, поднимаясь на ноги, идя вновь в атаку, оценивая противника. Мотнул головой своим людям, чтобы не приближались, он должен был разобраться с Маской сам. Их окружили стражники, но держались на расстоянии, наблюдая за пленницами и дракой. Ворота казарм закрылись, отрезая путь к побегу. Все должно было остаться в этих стенах. Раис напряженно следил за противником, отмечая что-то неуловимо знакомое в ее движениях и стати.

Движения нападавшего изменились, но казались непривычному ему и неудобными, как будто хотел запутать. Раис нахмурился еще больше, он явно что-то упускал в происходящем и разобраться в этом был только один способ. Чуть отступил под его напором, удивившись когда кончик меча уперся во что-то на левой руке противника. Бровь удивленно поползла вверх, слишком уж характерным казалось подобное приспособление, задумавшись на мгновение получил в нос, едва отклонившись корпусом назад, пытаясь уйти от удара. Боль раскатилась по лицу, несколько капель крови упали на песок. Закашлялся от удара по горлу, инстинктивно выставив меч вперед, отступая назад, делая короткие вдохи из-за раненного бока. Запнулся не глядя под ноги, едва не упав, как вдруг его схватили за одежду.

Раис вскинул глаза в прорези маски, встречаясь глазами с противником. Его отпихнули рывком, поймал в руку веревку, что натянулась, останавливая падение, выпрямился, отвечая с вызовом. Держась за веревку побежал вперед, перехватывая ее чуть повыше, отразил удар сабли своим мечом, нанося сильный удар ногами в корпус противника, откидывая его на землю. Отпустил веревку, приземляясь на землю подле него, нанося удар сапогом поддых. Наступил рывком на запястье, заставляя разжать руку и выпустить саблю.

Едва противник приподнялся, перехватил его руку со скрытым клинком своей рукой, заламывая назад, дернул к себе, стягивая капюшон, приставляя меч острием к его животу:

- Что хашашинам понадобилось здесь? - коленом уперся ему в позвоночник, ища возможность сорвать с него маску.

Цитата Brook "Назир"
– Моя женщина. – дёрнулся в сторону Аялы, - Произошла ошибка. И теперь…, – задыхался в неудобной позе в духоте железного щита на лице, – власть имущие шакалы обрекают её жизнь на вечный позор, – выдохнул, – …на глазах Аллаха. – шипел Ассасин, пытаясь отвоевать в сжавшиеся лёгкие глотки воздуха, – Мой плод в её чреве. – зло врал на ходу Назир в глаза Раиса.


Раис зашипел от удара в раненный бок, но жажда узнать правду оказалась сильнее. Он слушал молча его сбивчивые объяснения, приблизился с нажимом:

- Твоя женщина... - прошелестел в ответ, - знаешь что она путалась с христианами, я бы задумался кто в ее чреве и есть ли там кто-то вообще. Ты пришел сюда с мечом, от него и погибнешь, Брат. Да смилуется Аллах над тобой, - в глубине души пробежала дрожь, сомнение *а если это правда?*, но в тоже мгновение вспомнились ему события. *Нет, нет, не бывает столько совпадений.*

Его задача спокойствие этого города и его жителей. Слишком много сил было потрачено на освобождение земли этой от неверных, чтобы теперь отдавать ее кому бы то ни было, позволять вносить смуту и тревожить жителей. Повелитель сказал свое слово и его приказ он чтил всегда.

Раис стиснул зубы, прошипев:

- Слова твои легко проверить, сложи оружие и мы поговорим, - готов отбросить был свою гордыню и нападение в собственном доме. Знакомые нотки в его голосе, заставили его оцепенеть на мгновение лишь лихорадочно запрыгали мысли в безумном предположение.

Цитата Brook "Назир"
Да и откинулся головой – резкий удар тому затылком в нос, а себе – звон в ушах. Но забыл Назир, что на этом самом затылке ремень, который держит маску на его лице…


Упущенный момент пришелся одновременно с его рывком, Раис упал на спину, сжав ногами торс противниками, стискивая до боли в мышцах, выдохнул протяжно, прикусывая губу. Перед глазами пошли круги от удара в бок в нелепой попытке уйти от него. На мгновение глава стражи потерял сознание от второго удара, что пришелся в разбитый ранее нос, не размыкая ног.

Тряхнул головой едва придя в себя, сжимая руку на его горле, перекрывая доступ воздуха, подковыривая пальцем маску, последнее шальное предположение... Он должен был его развеять, опровергнуть иначе эта мысль будет долго мучить его. Он не даст ему уйти пока не узнает всю правду, скрипнул зубами, рывком отталкивая маску от его лица, которая покатилась по песку. Шепот удивления прокатился среди стражников, Раис с жадностью заглянул из неудобного положения в лицо противника и застыл. Сбылось худшее предположение. Предательство! Самое страшное слово для Раиса, то чего он всегда опасался сбылось. От подтверждения руки разжались, давая предателю невольную свободу, будто оставляя одного на суд товарищей.

Цитата Brook "Назир"
- Ты всегда был силён и мудр, Раис. – последовало своеобразное приветствие и он снял перчатку с левой руки, что прежде выдавал как «это ожог, я стыжусь этого увечья». Положил эту руку, лишённую безымянного пальца, расправленной четвёркой на грудь – приветствующий знак ассасинов. Так он представлял свою истинную суть, - …Но ни настолько, чтобы узреть врага по правую руку. Истинно говорят, «самое тёмное место в комнате – под свечой». – выдерживал достоинство, хотя по огню в глазах Начальника иерусалимской стражи видел огненную бурю от боли до ярости…




Эмоции сменяли одна другую стремительно, оставляя лишь следы на его лице. Непонимание, неверие, обида, злость и наконец ярость. Сказанные слова засели винтом у него в голове, вкручиваясь глубже. Слова ... жесты...Теперь он точно знал кто перед ним, ярость отхлынувшей волной уступила место сожалению, разочарованию, боли. Столько пройдено вместе, пережито... Раис ответил тихо и хрипло, заплутав в ворохе своих эмоций и лжи, не в силах отделить, просеять их отношения через сито, раскопать крупицы правды в пройденном ими:

- Всему приходит конец... - отрезая будто разом и их почти дружеские отношения, и дела служебные, и предательство. Он будто отстранился от Назира в мгновение выстроив неприступную стену. Сил думать что дальше не было, да и не было в принципе о чем. Смерть... стала единственным выходом и не потому что так хотел сам Раис, исключая самое первое мгновение ярости. Это был его долг и действовать следовало незамедлительно, ибо узнай Повелитель о шпионе хашашинов, Назиру пришлось бы испытать на себе ужасы пыток. Раис отдавал себе отчет, что может впасть в немилость из-за "поспешного решения" и казни шпиона, но это было последним что мог он сделать для того, кого считал почти братом, ровно как и вывести семью Назира из города затем. Быстрая смерть в память о том через что они прошли вместе... о том чем когда-то были... мощь, сила и мудрость, сплетенные воедино. Раис на мгновение прикрыл глаза, сжав рукоять меча, выдыхая, будто собирая крупицы силы, шагнул решительно вперед, занося меч для смертельного удара как в песок между ними ударила стрела, разделяя два полюса вновь...

Назир
Команда


 
AlterEgo
Охотница
Дата: Вторник, 01.12.2015, 19:24 | Сообщение # 1034
Гость
Группа: EliteGamer
Сообщений: 46
Статус: Offline

Награды: 0
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим,

Казармы городской стражи, двор>

(Полдень)



Мира Наир (Кьяра) – Аяла бинт аль-Мехдиш (Эггси) – Начальник стражи Раис – Назир (Джулиан)



Он следовал за повозкой с женой брата по крышам, тихо убирая на своём пути стражников и лучников. “Ассасин в железной маске” использовал отравленные дротики, размером с палец. Они с резкой болью входили в плоть, обманывая жертву болью в сведённых мышцах, как это бывает от долгого застоя на посту. Но прежде, чем те нащупывали торчащие острые концы, он мягко увлекал их в темноту за углы, прислоняя к стенке. Зажимал им рот, чтобы те не поднимали предметного крика в агонии. Так и оставлял их «спящими на посту».

Вилять по постройкам на крышах было крайне несподручно. Он старался поспешать за ходом телеги, всё ждал сигнала, когда мог бы прийти на помощь. Но всё тщетно. Словно само проведение Всевышнего было против них и их планов. Как же так? В тот момент, когда была возможность выступить…, когда он мог спрыгнуть позади телеги по ящикам на землю…, сразить конвой позади и с левого фланга, Мира же – с правого и возницу…

Им на встречу вышел отряд стражей. Как раз они покинули казармы и шли в город на посты. Вот неудача…

Телега выкатилась из-за угла и через 7 конских крупов оказалась в воротах и скрылась за высокими стенами крепости гарнизона.

Вот не задача-то вновь! “Ассасин в железной маске” выругался и сбавил ход. Нужно было решаться быстрее. Устраивать спасательную операцию посреди бела дня! Среди «своих»! Но не мог он оставить за этими стенами ни сестры по Братству, ни злосчастной родственницы.

Спрыгнул в тень переулка. Перебежал через дорогу, нырнув под телегу молочника, рискуя попасть под колёса, и оказался у оборонительных стен.

Глянул наверх, сдёрнул с пояса две «кошки» и, цепляясь их крюками за щели между камней, стал взбираться наверх.До самого края стены, где подцепил за шею одним из крюков подошедшего стражника и скинул вниз на дорогу. С глухим «ыыых!» тот разбился о каменную насыпь каменных блоков, которыми заделывали бреши в стене после недавнего поджога… Взобрался и юркнул за парапет, притаясь у дозорной башни.

Было ему удивлением, почему этот участок стены в это время опустел от дозорных… Даже всегда ленивых, но всё же стражников, не было! Он прокрался к внутреннему парапету, и тут стало ясно их общее положение. Авантюра провалилась! Сам Начальник! Раис! Назир ахнул под душной маской. Меньше всего он желал именно этой встречи. Хоть он и был шпионом в рядах его людей, близкое знакомство, почти дружба вне стражничьих доспех, и пост его помощника открыли этого человека ему с неожиданной стороны.

Ассасин проникся к этому сарацину глубоким уважением, и в то же время осознавал угрозу от него. Но, тем не менее, считал Раис человека достойным, и желал, чтобы Аллах никогда не свёл их на линии двух разных сторон. В делах повседневных Раис умел приходить к компромиссу, выбирать из двух зол меньшее, и быть безжалостным в ситуациях чрезвычайных. Но с другой стороны, была возможность вывести этого опасного стратега и отличного воина из рядов городского гарнизона. Если ассасины попадут в немилость городским правителям, братьям придётся туго вести свои дела, если стражей будет командовать он. Есть возможность …убить его. Или нанести такое ранение, чтобы тот не скоро оправился?

– *Прости меня, друг мой…* – решился Назир, наблюдая сцену скорого наказания женщин за дерзость.

Он обещал позаботиться об Аяле как о кровной родственнице, а Мира была ему добрым соратником в Братстве, и его… первой любовью.

Сдёрнув верёвку с крепления лебёдки, по которой поднимали на стены тяжёлые орудия и оружие, Назир ухнул вниз, перелетая через двор и сапогами сбивая Начальника с места.

Деревянная платформа крякнула и разбилась в щепки о перекладины, срывая из с парапета… Ассасин обхватил коленями его торс и рухнул верхом на нём в землю, подминая рослого воина лицом вниз. Поднялись столбы пыли, удушая поверженного. Клинок шаркнул лезвием из ножен под рукой ассасина и оцарапал сарацину подбородок. Другая рука пятернёй вцепилась в растрепавшиеся волосы и дёрнула на себя, чтобы его ещё недавние товарищи узрели своего Начальника в столь опасном, …и унизительном положении. Солдаты сразу поспешили прикрыть своего Начальника:


Он молчал, чтобы не выдать своего голоса, но и дёрнул голову товарища, начальника и друга назад настолько резко, чтобы тот понял требование и отдал страже приказ отступить, открыть ворота… Сверкнул железным лицом в сторону пригвождённой Миры и напуганной до полусмерти Аялы, давая знак не мешкать и высвободиться из плена клинков.

Кровь на боку Раиса он заметил ещё в полёте, ощутил судорогу под собой уже на земле, а сейчас невольно сместил колено ниже, чтобы не давить на рану, не усиливать кровопотерю. Без сознания Раис будет ему бесполезен, он – его единственный козырь. Так Назир оказался в плену личных мотивов и заинтересованности, да отвлёкся в своём переживании за троих близких ему людей. Ослабил хватку, давая третьему из них – пленнику под собой, возможность скинуть себя…

Цитата Mia111 "Начальник городской стражи Раис" ()
Сжал песок в кулаке, выжидая удобного момента, почувствовав слабину, бросил песок прямо в глаза нежданному гостю, нанося короткий сильный удар локтем по лицу, второй рукой рывком отстраняя нож и выскальзывая из его объятий, переворачиваясь с размаху нанося удар с разворота мечом в корпус, поднимаясь на ноги, идя вновь в атаку, оценивая противника.

Мгновение замешатиельства опытный воин в его хватке не упустил и сделал ход. Горсть песка с мелким шорохом ударила по корпусу литой маски и угодила в прорези глаз. Назир зажмурился, а, получив глухой «дзынь» по железным губам отступил, отклонив корпус назад. Успел подставить железный щиток на наруче под лезвие меча в руке прежнего боевого товарища.

На повторную атаку Раиса, дёрнулся в сторону и той же рукой отвёл удар Начальника стражи. Неприятной болью эхо удара встряхнуло кости. Вскинул колено и отпрянул, подрываясь на ноги. Выдернул свою турецкую саблю, выставляя к противостоянию. Назир пошёл кругом, выдерживая дистанцию, подгадывая момент, когда удастся поддеть концом своего клинка его меч. И в какой-то момент вдруг Назир заметил, что противник непросто оценивает его. Дал отбой страже на поддержку. Неужели заподозрил? …Ну, конечно! Сколько раз они сходились на тренировках в свободное от службы время. Кажется, Раис задумал испытать его и узнать?

Тогда ассасин сменил переступающую ногу и посадку, отвёл локоть с мечом иначе, а скрытый клинок под наручем поднял на уровень выше челюсти. Стало… неудобно, но Назир верил в своё мастерство и верил, что сможет разыграть эту партию иными повадками. Переступая ногами, вдруг дёрнулся раз, а на второй пошёл в атаку.

Скрытым клинком под левой рукой отвёл меч соперника, а рукоятью своей сабли дал в нос. Доработал локтем той же руки с саблей тому под подбородок, держа её клинком вниз. И лишь с мгновенным замешательством, догнал тупым ударом колена по кровоточащей ране Начальника раз, два. Скрытым клинком удерживал напор его меча, не давая замахнуться на себя, в рукой с рукоятью сабли давил в грудь.

Вынуждал дробящими ударами того отступать и пасть на колено. Но неожиданно для себя оттеснял соперника к навалу переломанных досок, одна из которых торчала колом, и друг запнулся за неё.

Назир сообразил, что сделал, уже когда ткань начальничьей одежды треснула в его кулаке от рывка – он ухватил соперника за грудки прежде чем тот упал спиной на кол.


Замер…

Во дворе ахнули. Толи от дыхания смерти в спину Начальника, толи от действий ассасина.

Назир под маской взмок как вымоченный, и раздражённый за собственный рефлекс, разжал кулак, грубо отпихнув соперника в сторону от свалки переломанных досок.

Вздёрнул железное “лицо” с вызовом «ты мне должен».

Цитата Mia111 "Начальник городской стражи Раис" ()
Раис вскинул глаза в прорези маски, встречаясь глазами с противником. Его отпихнули рывком, поймал в руку веревку, что натянулась, останавливая падение, выпрямился, отвечая с вызовом. Держась за веревку побежал вперед, перехватывая ее чуть повыше, отразил удар сабли своим мечом, нанося сильный удар ногами в корпус противника, откидывая его на землю. Отпустил веревку, приземляясь на землю подле него, нанося удар сапогом поддых.

Назир выдохнул с напряжением, что друг не заметил смысла этого неуместно заботой жеста, и был рад, что смог замаскировать его издёвкой соперника. А вот манёвра с верёвкой он никак не ожидал и оттого немного стушевался, как соперник себя поведёт.

Потому Ассасин кинулся в атаку первым с замахом сабли снизу-вверх. Но та встретила блок, а его грудная пластина доспех встретилась с сапогами Раиса. Ассасин крякнул и отлетел. Ему отплатили его же монетой, с которой он вернулся. Назир прокатился куборем по земле, упёрся локтями в пыль, а тут получил и поддых, который его вздёрнул, уронив его на четвереньки.

Этот пинок выбил воздух из лёгких. Ассасин закряхтел в душную маску, сплюнул бы, но…

Цитата Mia111 "Начальник городской стражи Раис" ()
Наступил рывком на запястье, заставляя разжать руку и выпустить саблю. Едва противник приподнялся, перехватил его руку со скрытым клинком своей рукой, заламывая назад, дернул к себе, стягивая капюшон, приставляя меч острием к его животу: – что хашашинам понадобилось здесь? – коленом уперся ему в позвоночник, ища возможность сорвать с него маску.

А вот и заскрипел наруч под сапогом Начальника. Хруст сустава вынудил его разжать пальцы и выпустить рукоять меча, который тут же отшвырнули тем же сапогом в сторону. Тогда Назир вскинул с колен другой рукой локтем в раненный бок прошлого товарища, но и там его перехватили и заломили вперёд. Назир зашипел от боли в плече.

Тяжёлое дыхание противника со спины за ухом. А в груди Ассасина колотилось так, что отдавало в ушах. А вот и колено в поясницу, которое выгнуло его дугой, вынуждая запрокинуть голову. Сквозь глазницы маски ударил небесный свет, ослепляя. Назир пыхтел в стиснутые зубы:

– Моя женщина. – дёрнулся в сторону Аялы, – Произошла ошибка. И теперь…, – задыхался в неудобной позе в духоте железного щита на лице, – власть имущие шакалы обрекают её жизнь на вечный позор, – выдохнул, – …на глазах Аллаха. – шипел Ассасин, пытаясь отвоевать в сжавшиеся лёгкие глотки воздуха, – Мой плод в её чреве. – зло врал на ходу Назир в глаза Раиса, в этом злом рычании скрывая истинные ноты своего голоса и говора, часто-часто задышал, и прежде, чем Раис понял, что он собирается с силами для рывка, – …И я уведу их обоих!! – перехватил свободной рукой того за шкирку и ногами вупор в землю оттолкнулся, нападая на своего захватчика.

Цитата Mia111 "Начальник городской стражи Раис" ()
Раис стиснул зубы, прошипев:
- Слова твои легко проверить, сложи оружие и мы поговорим, - готов отбросить был свою гордыню и нападение в собственном доме. Знакомые нотки в его голосе, заставили его оцепенеть на мгновение лишь лихорадочно запрыгали мысли в безумном предположение.

Меч соскользнул, а Ассасин в тонких доспехах рухнул и придавил собой раненного Раиса. Думал рвать в сторону, но каким-то образом оказался в захвате, толи рук, толи ног противника. Шакал! Вот же неудобно! Эта возня без смелости убить друга начинала раздражать Ассасина своей сложностью. Он с чувством вдохнул и приложился ещё и ударом локтя тому в бок по ране. Подло? Но «В бою все подлости – есть мастерство!» Да и откинулся головой – резкий удар тому затылком в нос, а себе – звон в ушах.

Но забыл Назир, что на этом самом затылке ремень, который держит маску на его лице…

Цитата Mia111 "Начальник городской стражи Раис" ()
На мгновение глава стражи потерял сознание от второго удара, что пришелся в разбитый ранее нос, не размыкая ног. Тряхнул головой едва придя в себя, сжимая руку на его горле, перекрывая доступ воздуха, подковыривая пальцем маску, последнее шальное предположение... Он должен был его развеять, опровергнуть иначе эта мысль будет долго мучить его. Он не даст ему уйти пока не узнает всю правду, скрипнул зубами, рывком отталкивая маску от его лица, которая покатилась по песку. Шепот удивления прокатился среди стражников, Раис с жадностью заглянул из неудобного положения в лицо противника и застыл.

Прихватившая за горло рука Раиса душила, Назир пытался подцепить её и оттянуть от себя. Но в то же самое время сам Раис пытался подцепить его маску:

– *Вот шакал упёртый… Я всегда это знал!* – кряхтел он, пытаясь финтом ног выкрутиться из захвата.

И вот пальцы подцепили таки маску, …и в глаза Назира ударил прямой дневной свет. Он зажмурился и… Нервный выдох у уха. Ассасин понял, что его личность раскрыта… Он осторожно перевёл взгляд к кончику носа Раиса, медленно поворачивая голову…


– *Я всё могу объяснить?* – нет, Назир ничего не мог объяснить, только признаться…

Сглотнул. Щека нервно дёрнулась в подобии ухмылки. Холодный пот прошибло под одёжами и тонкими листами доспех. Хватка ослабла. Ассасин отклонился и сел. Схватка потеряла обороты. Тайна раскрылась… Теперь его семья под угрозой… А сослуживцы во вдоре… Назир повёл стеклянными от внезапного потрясения глазами по линии окружения… Он слышал, как сердце колотилось в его груди. Эти выражения лиц, стеклянные взгляды. Они получили удар в спину, и теперь выглядели расстерянными. Гнев ещё не коснулся их сердец.

Быть разоблачённым вот так, в открытую, прилюдно…, было болезненно и весьма неприятно. Совесть? Стыд? Или разочарование за провал? Все эти чувства смешались, и Ассасин запутался в них. Но, кажется, эти глаза вокруг ранили его часть или самолюбие сильнее чем мысль о позорном отчёте перед Повелителем ассасинов в Масиафе.

Пошатываясь, Назир поднялся с земли, обваленный в пыли, не торопясь обернуться к предательству лицом и держать ответ глаза в глаза.

Ему казалось, что он слышит дыхания вокруг и стук нарастающего негодования из глубин потрясения. Переминаясь с ноги на ногу, Назир, ассасин из Масиафа, стал оборачиваться к преданному Наставнику и товарищам, пусть они и не были изначально его истинными Наставником и товарищами… И всё же, личная защита чувств Ассасина дала трещину.

Он обернулся и поднял гордо голову, признавая свой грех перед ними и не каясь. Лишь сожалел, что истинная его жизнь надломила жизнь ложную, но хоть и ложную, что так тяжело ему давалась своим лицемерием:

– Ты всегда был силён и мудр, Раис. – последовало своеобразное приветствие и он снял перчатку с левой руки, что прежде выдавал как «это ожог, я стыжусь этого увечья». Положил эту руку, лишённую безымянного пальца, расправленной четвёркой на грудь – приветствующий знак ассасинов.

Так он представлял свою истинную суть, – …Но ни настолько, чтобы узреть врага по правую руку. Истинно говорят, «самое тёмное место в комнате – под свечой». – выдерживал достоинство, хотя по огню в глазах Начальника иерусалимской стражи видел огненную бурю от боли до ярости…

Цитата Mia111 "Начальник городской стражи Раис" ()
Раис ответил тихо и хрипло, заплутав в ворохе своих эмоций и лжи, не в силах отделить, просеять их отношения через сито, раскопать крупицы правды в пройденном ими:

- Всему приходит конец... - отрезая будто разом и их почти дружеские отношения, и дела служебные, и предательство.

Раис на мгновение прикрыл глаза, сжав рукоять меча, выдыхая, будто собирая крупицы силы, шагнул решительно вперед, занося меч для смертельного удара как в песок между ними ударила стрела, разделяя два полюса вновь...

Это один из стражей на стене приметил, как Ассасин завёл руку за спину, пытаясь вытащить метательный нож с пояса, и выпустил стрелу, которая отпугнула предателя.


Назир отступил на шаг назад и взгляд поднял у кромки бровей к парапетам внутренних стен. Кто видит его?...


Сакс, запертый всё это время окрепшей волей араба, с немым ужасом метался в стенках черепной коробки решительного вспыльчивого Ассасина. Он осознавал всю самоубийственность этой операции, и совсем не собирался умирать смертью бравого Ассасина! Страх за жизнь, которая не принадлежала аналитику тамплиеров, начинал путаться с чувствами самого Назира. Подобную драму Джулиан наблюдал только в исторических фильмах, и никак не ожидал стать свидетелем этого наяву, и так живо сопереживать её участникам. Назир открылся ему с другой стороны. И это было приятно. Приятно осознавать, что лаже среди таких категоричных людей человеческие чувства и «слабости» не вымерли. Что и заклятый враг давал слабину в таких простых житейскихъ вопросах, как дружба. Как аналитик и доктор социологии, Сакс понимал, что воинская жизнь сблизит любого. Ему известны случаи ещё во время Второй Мировой. А во времена прежние нравы были проще… Тамплиер в теле Ассасина даже забыл, за кого он переживает больше – за себя или за Назира, или за соперника Назира перед ним. Сакс сам по себе очень ценил дружеские отношения в собственной жизни и в Ордене. …Всё внутри него похолодело, когда стрела шаркнула по краю сапога.
Внезапно, воины со стен, которые держали Назира на наконечниках стрел, вдруг стали с хрипами и воплями падать один за другим. Кто-то атаковал точечными ударами стрел полупустые казармы снаружи!


На территории дневной казармы было всего человек 30, и теперь они были в полной растерянности, какой такой повод заставил ассасинов атаковать их и изнутри и снаружи. Женщина тамплиеров? Неужели они недооценили простую шлюху?

В своём противостоянии Назир стоял спиной к решётке, выжидая и просчитывая, когда Раис нападёт на него, чтобы отразить удар железным правым наручем и ударить куда-нибудь под мышку скрытым клинком под левым…

Цитата Lyna "Мира Наир" ()
Скрепя зубами от напряжения, Мира провернула колесо механизма, пока решетка не поднялась достаточно, чтобы можно было пройти. Затем подсунула под одну из ручек колеса бессознательное тело стража, чтобы не дать противовесу снова опуститься, и тем же путем вернулась во двор. …Она не знала, сколько сможет удерживать ворота в одиночку, но не собиралась отступать, пока через них не пройдут оба ее товарища по несчастью.

Вдруг тяжёлая решётка за тяжёлыми толстыми воротами заскрипела, заскрижетала и поднялась…


Воины, что были ближе к воротам, вздрогнули и кинулись к воротам, прижимая их ладонями. Они ничего не понимали.

- Почему активирована решётка?! - глянули наверх, откуда повалились стражники.


А потом вдруг какая-то невиданная сила разбросала и их самих. Напуганные до смерти, взывая к защите и святости Аллаха, они разбежались… Засов упал с креплений и тяжёлые двери со скрипом и ворохом песка разошлись…

Спасители, вторая волна?
Невидимка?)))))) XD


«Мы так привыкли притворяться перед другими, что под конец притворяемся перед собой.»
/Франсуа де Ларошфуко/


Сообщение отредактировал AlterEgo - Вторник, 01.12.2015, 19:29
 
Shollye
Охотник
Дата: Суббота, 05.12.2015, 23:12 | Сообщение # 1035
.:Tamashi o tabe:.
Группа: Модераторы
Сообщений: 2277
Статус: Offline

Награды: 57
<ЛЕТО 1190г., ИЕРУСАЛИМСКОЕ КОРОЛЕВСТВО, Иерусалим, улицы города>

(ПОЛДЕНЬ)



Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет) - Малик Аль-Саиф

Робер де Сабле (Дезмонд) - Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)


Утро. Малик не любил это время. Тьма отступала, проигрывая свету. Его звали Вороном не только за цвет волос, которые были подобны вороньему крылу. Он любил сумерки и ночь. А утро…было не его временем.

Поднявшись сегодня с ковров, он обнаружил уже одевающегося Альтаира. Малик поспешил за братом, но как всегда отставал на один шаг, на один взмах крыла. Ворон был тенью Орла. Всегда второй. Всегда не достаточно хорош…во всём. Даже для младшего брата кумиром был Альтаир, а не он.

Молодой ассасин шёл за братом в полном молчании. Малик предпочитал настраиваться в тишине. Гул просыпающихся улиц был для него не более, чем шелест перелистываемых Повелителем листов книг. Альтаир забрался на дозорную башню, а Аль-Саиф был неподалёку на крыше дома. Он ждал сигнала. Был наслышан, что сегодня случится что-то важное, но будучи не любимчиком и не главой операции, Малик не знал всей информации.

Цитата AlterEgo"Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)"
сложил руки в ракушку и подал брату (Малику) знак птичьим криком, возвещая о начале, что тамплиеры начали действовать.

Ворон принял приказ и поспешил по указанному направлению. Он летел низко, не так красиво, как делал Орёл, но это не умаляло его значимости. Малик был частым напарником зазнавшегося Альтаира. С остальными надменный Орёл просто не мог работать. Это было и честью и проклятьем Ворона.

Малик следил за телегой с пленными, а вот Ла-Ахада нигде не было видно. *Прохвост. Считаешь себя выше слежки? Ученик!* Ассасин следовал по маршруту телеги по крышам. У него не было способности «видеть», но чутьё подсказывало, что что-то здесь ни так. И вот это «ни так» произошло. Крики со стороны отвлекли слух молодого Ворона…

Цитата AlterEgo "Райхан (Ада)" ()
– Пожар! Пожар! Умоляю! Спасите мой дом!! Там!! – и завлекла за собой, уводя с улицы, по которой будут угонять телеги с пленниками...

Был бы он не на задании, то ринулся бы на помощь. Он хоть и был скрытен, но старался помогать простым людям. Стража побежала на голос, уходя с улицы, а телега продолжала ход. Малик нахмурился в темноте капюшона. *Да что происходит?* Было похоже на то, что кто-то пытается отвлечь внимание стражи от телеги с христианами. Аль-Саиф отнял глаза от телеги и взглянул вперёд, увидел брата и как-то выдохнул с облегчением, хотя сам этого не понял. И тут случилось то, что просто не вписывалось в картину мира молодого ассасина. Стражник пронзил другого стражника. *Как такое возможно?! Что?!*

Цитата AlterEgo"Альтаир ибн Ла-Аха́д (25 лет)"
Считая это дело пустяковым, вспомнил, как брат допустил оплошность в прошлый раз, и великодушно дал знак ладонью, уступая право атаковать передового (Дамира), что вел телегу

Альтаир вновь подал знак. Малик сокрушённо вздохнул, но приказ есть приказ. Он пробежался по краю крыши и прыгнул вниз, прямо на ведущего телегу. Аль-Саиф оттолкнулся левой ногой от уступа и потому был сильный толчок, но из-за сколотого угла траектория была не точной. Телега двигалась…

Ворон раскрыл клинок, готовый забрать жизнь лже-стражника, но совершил ошибку. Опять. Его тень появилась перед телегой слишком рано. А что бросает тень на дорогу, да ещё и такую крупную? Клинок Малика прошёлся по кольчуге плеча врага по касательной, ибо страж успел отклониться в сторону. В этот момент напал Альтаир на второго стража. Малик быстро выпрямился, готовый к контратаке, да изогнулся телом, защищая живот от возможного нападения.

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)"
Взгляд темных глаз вскинулся на соперника. Удерживая одной рукой поводья, Дамир ударил в солнечное сплетение, отклоняясь назад. Перехватил занесенную руку за запястье, ударяя ногой в бедро, отпустил на миг поводья, накидывая как удавку на шею противника, нанося удар нижней частью ладони в переносицу, пытаясь одновременно и удушить его и притормозить лошадь, что неслась вперед галопом.


*Длиннорукий?* Малик не рассчитал, что страж будет таким неформатным и иметь длинные конечности. Удар был сильным, но не таким, как у Альтаира. Здесь похвалил брата заслуженно. Ворон вскинул руку, чтобы вновь ударить соперника, да только тот оказался проворнее…Крыло было зажато в тисках этого негодяя. Аль-Саиф видел его глаза…тёмные глаза арабской крови. *Перебежчик? Предатель?!* Ассасин дёрнулся, стараясь сбросит с запястья клешню, но угодил в удавку поводьев. Пал Ворон коленями в пол, да хрипло задышал. Катастрофически не хватало воздуха. Черные глаза блестели из недр капюшона. Малик изогнулся в пояснице, отталкиваясь пяткой от пола, да ударил коленом стража в ухо, быстро скинул с себя удавку и нанёс удар носом сапога в район почки.

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)"
Соперник продолжал теснить его, оттолкнув его на мгновение, спружинил-оттолкнулся ногами, перепрыгивая на лошадь, что несла повозку. Конь взбрыкнул, но продолжил бег. Дамир вцепился в упряжь, притормаживая лошадь одной рукой, второй вытаскивая саблю из-за спины. Улучив момент, перепрыгнул на телегу, нанося удар сверху, клинки зазвенели скрестившись.

Малик спокойно следил за действиями противника. Холодный расчет. Это был его конёк. Ассасин вытащил свой меч и рубанул по одной из лямок упряжи, кособоча теперь повозку. Стражу будет сложнее управляться с лошадьми. Если он убьёт противника и пленных в телеге, то будет лучшим, а Альтаир останется ни с чем. Подняв руку со скрытым клинком вверх вовремя остановил удар арабского предателя. Малик протянул ногу вперёд и сделал подсечку, роняя мужчину в латах на раненных пренных. Теперь просто нужно обрудить второй конец лямок и лошадиная сила сломает крепление телеги, остановив её. Аль-Саиф замахнулся, да только ударил не он, а его. Ворон грудью упал на круп лошади впереди, цепляясь за неё, чтобы не упасть под колёса, да только ноги волочились по земле.

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)"
Обрыв слева и поворот дороги стремительно приближался, Дамир нырнул вперед, намереваясь поймать упущенные поводья, саданув оппонента в висок, едва дотягиваясь пальцами до лямки, натягивая на себя, ударил ногой ассасина в бок, пытаясь сбросить его.

Перед глазами потемнело. Ассасин был оснащён очень легко, чтобы быть мобильным, а стража защищали латы, которые его тормозили, но в позиции, когда Белая смерть не может защищаться, медленный, но тяжелый удар – самое то, чтобы дезориентировать. Ворон затряс головой, стараясь смахнуть с глаз пелену, да тут получил удар в бок. Рука соскользнула, и тело грозилось попасть под колёса. Аль-Саиф подтянулся и оседлал наконец коня.

Цитата Mia111 "Дамир Ибн аль-Асир (Даниэль Джексон)"
Собравшись с силами Дамир прыгнул на спину лошади, открывая спину врагу, цепляя узду пальцами, натягивая, вписывая бешеный галоп в поворот. Едва выдохнул как...

Перед глазами пролетела тень. Страж пытался остановить бег коней. Малик наклонился в сторону и увидел край оврага. *Плохо дело.* Они были соперниками, врагами…но жить хотелось и каждому. Ворон потянулся рукой к лямкам меж лошадьми. Стражник смог вписаться в поворот, а Малик остановил их бег. Телега встала. Ассасин тяжело дышал. Он смотрел на спину врага и вдруг сказал.
- Я не бью в спину. Повернись!
- Араб знал, что его поймут на родном-то для обоих языке. Кони нетерпеливо перебирали ногами, били копытами. Малик был готов к драке, да только с крыши близь лежащего дома скатилась черепица и разбилась о землю. В тишине звон был громким. Кони встали на дыбы, Ворон не удержался и упал, быстро перекатился к стене здания, чтобы не попасть под копыта и колёса, и теперь наблюдал, как кони и телега вновь помчались по переулку. Аль-Саиф потерял цель. Упустил. *Альтаир снова будет издеваться. Ха! Он то вообще отстал. Надменный павлин!* Малик встал на ноги, отряхнул белые одежды от пыли и быстро по ящикам взобрался на крышу, пытаясь вычислить, где же находится теперь телега с пленными, да и где носит его несносного младшего брата Ла-Ахада.

Орёл
Стража


 
Форум » Ролевая Elite Gamers Team » Игры » Происхождение (В процессе!)
Страница 69 из 75«1267686970717475»
Поиск:

AllStarz Top Sites OZON.ru

ТВ-СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ.РФ СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ-ТВ.РФ

Supernatural является собственностью The WB Network / The CW Network
Все используемые аудиовизуальные материалы, размещенные на сайте, являются собственностью их изготовителя (владельца прав) и регламентируются Гражданским Кодексом Российской Федерации, а также международными правовыми конвенциями. Вы можете использовать эти материалы только в том в случае, если использование производится с ознакомительными целями. Эти материалы предназначены только для ознакомления - для прочих целей Вы должны приобрести лицензионный продукт . Используемый формат кодирования аудиовизуальных материалов не может заменить качество оригинальных лицензионных записей. Все материалы представлены в заведомо заниженном качестве. Eсли Вы оставляете у себя в каком-либо виде эти аудиовизуальные материалы, но не приобретаете соответствующую лицензионную запись - Вы нарушаете законодательство РФ, что может повлечь за собой уголовную и гражданскую ответственность.

Все материалы, расположенные на сайте запрещено использовать без разрешения администрации сайта. Помощь сайту.
ТВ-СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ.РФ СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ-ТВ.РФ