ВАЖНЫЕ АНОНСЫ
ВХОД РЕГИСТРАЦИЯ Забыл пароль

Страница 1 из 11
Модератор форума: ayrina, ymka, KGB 
Форум » Фанфикшен » Разное » Начало всех начал... (У каждой Истории есть своя Предыстория...)
Начало всех начал...
Hyoni
Охотница
Дата: Понедельник, 02.01.2012, 22:27 | Сообщение # 1
Собиратель душ
Группа: Проверенные
Сообщений: 489
Статус: Offline

Награды: 33
Название: Начало всех начал…
Автор: Hyoni
Бета: нет
Жанры: AU, фэнтези, флэшбек к разговорам Михаила и Люцифера из моего фанфика «С чистого листа» ( http://tv-supernatural.ru/forum/48-4566-1 )
Тайм-лайн: альтернативный седьмой сезон из «С чистого листа», в воспоминаниях Михаила – задолго до начала Истории
Спойлеры: нет
Персонажи: Михаил, Люцифер, Бобби, оригинальные и оригинализированные персонажи мифов разных времен и народов
Рейтинг: PG-13
Предупреждения: это самое злостное AU и очень вольное обращение с мифами, как древними, так и современными
Дисклеймер: персонажи шоу – Крипке, остальные – сами по себе
Содержание: у каждой Истории есть своя Предыистория…
Статус: завершен
От автора: 1. Написано для Sirena_82 по заявке: Все-таки очень прошу самостоятельную историю Эшхары и Михаэля/Дингира. 2. Имена оригинальных персонажей взяты из разных мифов или образованы автором за счет произвольного смешивания корней слов из реконструкций некоторых праязыков.

…Прошлое – тени, лишенные жизни.
Будущее – тени, не обретшие жизнь.
Настоящего нет:
только что свершившееся будущее –
уже прошлое.


Гайя, «С чистого листа»


Часть I

***

...Люцифер внимательно рассматривал что-то видимое только ему одному на стене, сплошь заставленной полками с книгами, и внезапно спросил, по-прежнему не глядя на архангела:

- Как ее звали?

- Эшхара, – бесстрастно ответил тот.

Сингер не успел удивиться, как Люцифер понимающе кивнул и снова спросил:

- Почему я никогда не слышал об этом?

- Потому что об этом знают только трое: я, Безликий и Гайя, – Михаил резко повернулся, пресекая новый вопрос: – Тема закрыта!

***


Тени прошлого


***

…Дингир стоял в одиночестве на вершине скалы, бесстрастно глядя, как поднималась в небо из пылающего горизонта стена огненного света.

Они победили. Отстояли новый мир. Отступники изгнаны из Эдины, а порождения Темной Матери заперты во мраке.

Снизу, из лагеря, доносились крики ликования, но радоваться вместе со всеми он не мог, потому и поднялся сюда, приказав стражам никого не пропускать к нему.

Слишком тяжело далась победа. И Дингир вновь подумал, что, возможно, ошибся, предложив бессмертным отказаться от части своих сил, чтобы заплатить ими за оружие Сина.

Не все, к кому он приходил, согласились с этим. Большинство вежливо отказались, объяснив, что сами справятся с порождениями мрака, не в первый раз. А то и вовсе грубо «посоветовали» не указывать им, что делать. Впрочем, все они последовали его примеру, объединив усилия с подобными себе «отказниками», чтобы возвести крепости, непроницаемые для детей Темной Матери.

А те, что заключили предложенный им союз и принесли клятву побратимства… Треть уже отступилась – и среди них тот, чья семья когда-то приняла его, чужака, отвергнутого собственной родней. Тот, кто вернул ему веру в себя самого, кому он поклялся быть братом, защищал от Тьмы, научил сражаться и побеждать, кто не однажды рисковал собственной жизнью, спасая его... И сколько еще будет таких, особенно теперь, когда установлен мир и можно не опасаться обвинений в измене и дезертирстве?

Дингир услышал за спиной шорох раздвигаемых ветвей и недовольно поморщился на бесцеремонное вторжение незваного пришельца. Впрочем, Тилик был единственным, кого он разрешил пропускать к себе в любое время.

- Я исцелил раненых, – бесстрастно произнес пришедший.

- Благодарю, брат, – откликнулся Дингир.

- Я только сожалею, что не могу исцелять болезни души.

- Мы отдали свои души в обмен на бессмертие, – он почувствовал укор в словах брата по клятве и повернулся к нему: – У нас нет ничего, что могло бы болеть.

- Ты понимаешь, о чем я говорю. О ком, – смуглокожий, с острыми чертами лица и короткой курчавой бородкой, Тилик неодобрительно посмотрел на воина. – Сын Зари понимал, что делал.

- Я знаю, – коротко ответил Дингир. – И не виню себя в его падении.

- Но тебя что-то беспокоит, – заметил целитель.

- Будущее этого мира, – он провел рукой над цветущей долиной у подножья скалы.

- Здесь не о чем беспокоиться, – с легким недовольством сказал Тилик. – Создатели продумали все пути.

- Создатели – да, – согласился Дингир. – Но не все бессмертные решились открыто поддержать Светозарного. И кто скажет, сколько таких осторожных среди нас?

- Ты прав, – поспешно согласился Тилик. – Но что мы можем сделать? Ждать, когда они проявят себя или обвинить сомневающихся без доказательства вины? Впрочем… – он ненадолго задумался. – Можно провести испытание, которое подтвердит их верность присяге.

- Нет! – от резкого окрика Дингира в потемневшем на мгновение небе вспыхнула молния. – Это не выход.

- Значит, ты решил оставить решающую битву потомкам? – сдержанно уточнил Тилик.

- Битвы, особенно «решающие», – также сдержанно ответил тот, – были, есть и будут всегда. Такова природа людей. И воля Создателей.

Тилик перевел взгляд в сторону огненной стены и, будто нехотя, спросил:

- Ты слышал о полукровках?

- Уже? – поморщился воин, не глядя на брата, и понимающе кивнул. – Азис. Полагаю, что Син с этим справится.

- Он ничего не делает, – сухо заметил целитель.

- Что?!

Тилик не успел ответить, их отвлек шум внизу:

- Да пропустите меня! – раздался молодой, почти мальчишеский голос.

Над скалами прокатилось звонкое эхо и рассыпалось золотым светом. Дингир и Тилик, непонимающе переглянулись и поспешили вернуться в лагерь, пока неожиданный гость не заставил стражников петь или что там еще придет ему на ум.

- Отпустить! – бросил Дингир охране и холодно смерил взглядом светловолосого юношу: – Кам! Какого дьяу ты здесь забыл?!

- Я сказал, что мне надо поговорить с тобой, а они не пускают! – быстро ответил тот, прямо глядя в глаза воина.

Тилик усмехнулся на обиженные нотки в голосе Кама и с любопытством посмотрел на Дингира.

- Они выполняли мой приказ! – жестко сказал тот. – И тебе давно уже следует понять, что такое дисциплина…

- Ты должен вернуться! Поговори с Сином! Он никого не хочет видеть, заперся у себя и...

- Спокойно, – остановил его Дингир. – А теперь еще раз. Что происходит в Эдине?

- Я полагаю, что Кам говорит о новых отступниках и их потомстве от человеческих женщин, – невозмутимо произнес Тилик.

- Да, – кивнул юноша. – Они живут среди людей, отдельно, но... Их силы... Они погубят этот мир, – едва слышно прошептал Кам, и в его голубых, как северные озера, глаза блеснули слезы. – Син… Он сказал, чтобы я убирался и не приставал к нему с пустяками…

- Дингир, он послушает только тебя, – вздохнул Тилик.

- Да, – нехотя согласился тот и перевел взгляд на Кама: – Останешься здесь. И пока я не вернусь – ни шагу отсюда!

***

Прежде, чем отправиться к Сину, Дингир решил лично выяснить, насколько правдивы слухи о полукровках Азиса.

В словах Кама Дингир не сомневался, но как каждый поэт, певец, сказитель тот неосознанно мог изменить любое слово так, что оно воспринималось как иное, порой чуждое собственному значению. И даже среди бессмертных мало кто был способен увидеть под созданным им узором изначальный смысл слова...

Но чем ближе Дингир подходил к поселению отступников, тем медленнее становился его шаг.

Он намеренно появился в этом мире на расстоянии в день пути от колонии, чтобы узнать, что сами люди говорят о полукровках. И по дороге сюда достаточно наслушался рассказов о чудовищной, «неправедной» силе бастардов, для которых нет ни человеческих законов, ни Божественного. А ведь это только начало… Дингир не хотел думать о неизбежном, но, к его собственному вечному сожалению, он слишком хорошо знал, что происходит, когда сила бессмертных, как свет через призму, преломляется через человеческую душу…

Солнце уже опускалось к горизонту, когда на дороге показался одинокий путник, идущий навстречу – девушка, едва вступившая в пору юности. Ее облик был смутно знаком человеческому взгляду Дингира, и ему хватило одного взгляда бессмертного, чтобы узнать душу той, кого он потерял в незапамятные времена, когда еще был человеком, простым кочевником, жившим на просторах великого Ур-Эдена.

***

…Дингир, едва достигший восемнадцатилетия, уже считался опытным воином, пройдя за четыре года через десятки битв и по праву заслужив уважение тех, кто сражался вместе с ним. Но, не смотря, ни на славу непобедимого воина, ни на то, что был сыном вождя, не часто присутствовал на приемах послов. Однако именно сегодня отец попросил его встретить послов от западных родов вместе с ним и старшим братом.

- Они должны увидеть, что наш род един и не нуждается в их богах. А, кроме того, они наслышаны о твоих победах, – прямо сказал он сыну. – Им известно, что ты не проиграл ни одной битвы. Так пусть увидят того, кто однажды утолит кровью их жажду золота.

- Если это будет угодно Небу, – бесстрастно ответил Дингир.

- Угодно, – кивнул вождь. – В отличие от них мы чтим законы Отца-Неба и Матери-Земли.

И вот теперь молодой воин с хорошо скрываемым любопытством рассматривал живой подарок, который преподнесли его отцу в знак «вечного мира» западные соседи.

- Эта юная дева с далекого севера, – торжественно объявил седовласый, но еще крепкий мужчина в бордовом парчовом плаще, срывая легкое покрывало с головы «подарка». – Она прекрасна, как лилия долин, непорочна, как непросверленная жемчужина, норовиста, как необъезженная трехлетняя кобылица…

Дингир не сумел скрыть испуг, промелькнувший в ярко-синих, как у матери-северянки, глазах, когда пленница громко и четко объяснила расхваливавшему ее непорочность послу, куда тот может идти и что делать.

- Любую кобылицу можно укротить, – отец бросил слегка укоризненный взгляд на младшего сына и ответил послу не менее цветисто, благодаря за столь щедрый подарок.

А Дингир подумал, что девушке не иначе как кто из Начальных Богов покровительствует, потому что язык, на котором она говорит, знают только вождь и он сам. И потому что оскорбление гостя карается смертью.

Впрочем, обрадовался юный воин рано. Девушка, по всей видимости, сообразив, что ее красноречие пропало втуне, повторила все сказанное уже на общем языке, добавив еще несколько красочных сравнений.

В шатре вождя стало тихо настолько, что, казалось, было слышно, как растет трава. Дингир моментально подобрался, готовясь отразить нападение, от кого бы оно ни исходило. И так же напряженно замерла охрана послов.

- Любую кобылицу можно укротить, – задумчиво повторил вождь, и Дингир в который раз поразился, насколько безупречно его отец умеет владеть своими чувствами. – Так почему бы и не сейчас? – Он знаком подозвал к себе начальника стражи и указал на девушку: – Свяжи ее покрепче и отвези на поле для скачек. Сегодня лучшие из лучших будут бороться за этот подарок.

- Отец! Позволь и мне!.. – вырвалось у Дингира.

- Как я могу запретить тебе? – улыбнулся вождь, но в его глазах на мгновение мелькнула тревога…


***

- Далеко ли идти до постоялого двора? – с улыбкой спросил Дингир, возвращаясь из воспоминаний в реальность нового мира.

- Далеко, – улыбнулась в ответ девушка, исподволь рассматривая молодого мужчину и даже не пытаясь прикрыть лицо покрывалом. – Зато недалеко мой дом, и мы всегда рады гостю. Если, конечно...

- Меня это устроит, – поспешно согласился Дингир. – Как твое имя?

- Эшхара.

- Рассветное солнце… Красиво… И верно.

Дальше они шли молча, но Дингир постоянно ощущал на себе ее взгляд…

***

…Только выехав на поле для скачек вместе с двумя десятками воинов, Дингир в полной мере осознал, что в этот раз не может проиграть. И не потому, что сын вождя и считается непобедимым воином, а потому, что северянка должна принадлежать ему и никому другому. А уж чтобы девушку разорвали, как тушу козы, когда ее тянут в разные стороны сразу несколько сильных рук…

И когда прозвучал сигнал, Дингир сразу вырвался вперед, не позволяя никому обойти себя.

До этого мгновения он не задумывался, почему из множества женщин, которые у него были – свободных или пленниц – только эта дерзкая девчонка с первого взгляда стала единственной. А ведь еще в детстве ему довелось услышать от матери, что так и бывает, когда встречаются две половинки единой сущности, разделенной когда-то злобными дьяу. Вот только встречи такие настолько редки, что известны лишь из древних преданий. Но тогда, он и в самом деле избранник Начальных Богов, как сказал шаман, нарекая младшего сына вождя Дингир – Вечное Небо, если те, кому он посвящен, послали ему такой дар…

Топот копыт за спиной, тяжелое дыхание, азартные крики и удары плеткой по соперникам и их коням – все это Дингир слышал, видел, чувствовал, будто не сам находился среди рвущихся к желанной добыче воинов, а так, словно внимал рассказу искусного сказителя.

Он уже мог различить искаженные ужасом черты лица «добычи», только сейчас осознавшей, что ее ждет. Видел, как она пытается отползти, чтобы вырвать у жизни несколько лишних мгновений...

Но Дингир не зря, выбирая имя для своего коня, назвал его Беркутом: казалось, что тот не скачет – летит над степью. Лишь на краткий, как взмах ресниц, миг, конь замер над потерявшей сознание девушкой, позволив всаднику подхватить ее, крепко прижав к груди, и продолжил свой бег-полет.

Так и не позволив ни одному преследователю коснуться его или Беркута плеткой, Дингир вместе с «добычей» остановился перед вождем, с довольным видом слушавшим приветственные крики то ли в честь своего младшего сына, то ли в честь Отца-Неба:

- Дин! Дин! Дин!

И никто из людей, радуясь победе молодого вождя, не заметил парящую в высоком небе серебристую птицу со змеевидным телом...


***

...Идти и вправду оказалось недалеко. Они сошли с дороги, спустились в небольшую лощину и, пройдя под переплетенными кронами деревьев, оказались на открытом пространстве.

Дингир на мгновение замер, восхищенно глядя на шелковистые переливы ковыльных волн с редкими золотистыми и серовато-синими островками бессмертника и синеголовника. Вдохнул горьковато-терпкий аромат полыни, и невольно прижал руку к груди, будто пытаясь сдержать биение сердца. Показалось, завеса времен дрогнула и расступилась, вернув на краткий миг прежний мир Ур-Эдена. Тот, которого уже никогда не будет...

Из небольшого, чисто выбеленного дома, вышел седой, но еще крепкий мужчина, с беспокойством посмотрел на дочь в сопровождении незнакомца.

- Этому путнику нужен ночлег, – быстро сказала Эшхара, подходя к отцу и обнимая его.

- Утром я уйду, – негромко произнес Дингир. – И я не хочу стеснять вас и могу переночевать под открытым небом.

- Гость в доме – к радости, – степенно ответил хозяин. – А места у нас достаточно...

***

...Когда по окончании пира Дингир вошел в своей шатер, рабыни, низко поклонившись, поспешили уйти, оставив его наедине с «добычей».

Та, уже выкупанная, причесанная, в длинной белой рубашке, опоясанной тонкой золотой цепочкой, сидела у столба в центре и надменно смотрела на него. Будто не ее этим утром хотели разорвать на части, и будто не она теряла сознание от ужаса.

- Как твое имя? – бесстрастно спросил Дингир, с усилием переводя взгляд с низко повязанного пояса с бусинами из сердолика и агата на лицо пленницы.

- Для тебя его нет! – дерзко ответила девушка.

Дингир быстро скользнул к ней и, схватив за толстые рыжие косы, вздернул на ноги:

- Имени, – четко сказал он, – нет только у рабынь. Ты рабыня? – он потянул сильнее.

- А у тебя оно есть? – в серо-зеленых глазах сверкнули злые огоньки.

- Я – Дингир.

- Сура, – выдохнула она.

Дингир отпустил ее, подошел к низкому столику, уставленному неглубокими мисками с жареным мясом и свежими лепешками, и мягко спросил:

- Тебя покормили?

- Я не буду есть! – разозленной кошкой прошипела Сура, торопливо расплетая косы.

Дингир даже не услышал ее ответа, восхищенно глядя на сверкающий солнечно-рыжий водопад волос, окутавший девушку. И разочарованно вздохнул, когда Сура снова заплела косы. Все равно, что стянуть все солнечные лучи в один, даже темнее стало, – невольно подумал он и, не успев осознать, что говорит, спросил:

- Ты действительно непорочна?

- А ты проверь! – насмешливо фыркнула Сура.

- Проверю, – кивнул Дингир. – Но поклянись, что ты не знала мужчин. – И когда она недоверчиво посмотрела на юношу, серьезно сказал: – Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

- У тебя мало жен? – девушка все еще пыталась дерзить, но Дингир видел, что она лишь скрывает собственную растерянность. – Или для ровного счета еще одной не хватает?

- У мужчины только одна жена, – спокойно ответил он. – Но вождь может взять любую женщину, которая пожелает разделить с ним ложе, чтобы родить сына. И...

- Это… – Сура брезгливо отшатнулась. – Дикость!

- Почему? – удивился Дингир. – Я беру только ту, кто сама приходит ко мне с такой просьбой. Воины признали за мной право водить их в походы, и за четыре года сражений я не получил ни одной раны. А, значит, мои дети будут крепкими и здоровыми. И хорошими воинами.

- Но… – девушка озадаченно замолчала и снова уселась возле столба. – Вы могли бы жить мирно…

- Там дальше, – Дингир указал на юг и восток, – земли, оттуда возят золото и пряности, шелк и драгоценные камни. По договору с народами тех стран мы охраняем их границы. Не нападаем на тех, кто живет в других землях, но защищаем себя и своих союзников. А теперь скажи, откуда ты? Ты говоришь на языке, похожем на язык моей матери.

- Твоя мать из Меру? – вскинулась Сура и быстро пояснила. – Это столица нашего царства.

- Не знаю, – покачал головой Дингир. – Она досталась отцу как военная добыча. – И, увидев испуганный взгляд девушки, мягко сказал: – Нет. Сура, мы никогда не берем женщин, если они этого не хотят. У нас говорят: мужчина-Небо изливает воду жизни в лоно женщины-Земли, и она, взрастив в себе новую жизнь, приводит ее в этот мир. Но если женщина ненавидит мужчину, то семя прорастет ненавистью. Поэтому никто из нас не возьмет женщину против ее воли...


Чтобы быть реалистом, надо верить в чудо

"Честное слово, поручать Раю конец света - то же самое, что детский сад нанять для евроремонта" (ц)
 
Hyoni
Охотница
Дата: Понедельник, 02.01.2012, 22:32 | Сообщение # 2
Собиратель душ
Группа: Проверенные
Сообщений: 489
Статус: Offline

Награды: 33
***

...Когда стемнело, Дингир вместе с семьей пастуха – он сам, жена, трое их сыновей с женами и Эшхара – устроились вокруг низкого столика, на котором стояли миски с тонкими ароматными лепешками, жареным мясом и скатанными с травами и маслом сухими шариками творога. А когда все насытились, Эшхара, немного смущаясь, сама подала гостю ароматный напиток, в котором Дингир определил ромашку, шалфей и чабрец.

- Почему вы живете так далеко от них? – Дингир кивнул в сторону колонии.

- На здешнем пастбище сочные травы, – спокойно ответил хозяин дома. – А еще нам не нравится то, что делают пришельцы.

- Я слышал о них разное, – задумчиво обронил гость.

- Да, несомненно, многое из того, что они предлагают, полезно и облегчает наш труд, – вступила женщина. – Но как на это посмотрит Создатель?

- Не знаю… – не сразу ответил Дингир.

Но обязательно спрошу при личной встрече, – едко добавил он про себя.

***

...Через год после того, как Дингир взял в жены Суру, главой рода стал его брат.

Убийца отца сбежал и укрылся в западных землях. А когда новый вождь потребовал у них выдать убийцу, те прислали его голову с заверениями в вечном мире.

- Они не позволили ему рассказать, кто приказал отравить отца! – сказал Дингир.

- Да, – мрачно кивнул Эрек. – А еще они предлагают мне дочь одного из своих вождей в жены. Я думаю согласиться.

- Эрек, это…

- Да, мне это тоже не нравится. Я сказал, что должен держать траур еще несколько месяцев, и они не настаивают на немедленном заключении союза, но если я откажусь… Ты сам знаешь, что наследник восточной империи восстал против своего отца. Мы остались одни и должны быть вместе, Дингир. И нам нужны новые союзники.

- В какую сторону мне выезжать?

- На юг. И возьми с собой жену.

Дингир лишь вопросительно посмотрел на брата, но взгляд Эрека оставался бесстрастным...

Миссия Дингира на юге прошла удачна. Возможно, свою роль сыграло то, что для переговоров приехал он сам, возможно, разумные советы Суры, но то, что ждало его по возвращении домой…


***

Солнце давно уже опустилось за горизонт и в лиловом бархате ночи звезды сияли как бриллианты, образуя незнакомые созвездия. Дингир до рези в глазах всматривался в искаженные до неузнаваемости, но такие родные Повозку и Онагра, Лук и Волка, Коня и…

Он услышал осторожные шаги, и Эшхара неуверенно опустилась на его ложе.

- Зачем ты здесь? – Дингир приподнялся на локте, пристально рассматривая девушку.

- Обычай велит, – прошептала она.

- Какой обычай? – растерялся Дингир. – Откуда он у вас? Здесь его никогда не было!

- Те говорят, – Эшхара махнула рукой в сторону поселения отступников, – что в этом случае дети рождаются сильными и красивыми... – Она замолчала и быстро проговорила: – А еще я не могу выйти замуж, пока с меня не снимут печать невинности.

Дьяу тебя задери, Азис! – выругался про себя Дингир.

- Поэтому, когда наступает подходящее время, я хожу в храм... – продолжила девушка и вздохнула: – Только напрасно. Меня никто не видит… – она окончательно смутилась. – Потому что я некрасивая.

Дингир, когда понял, что Эшхара не заигрывает с ним, а действительно уверена в собственной некрасивости, впервые за несколько тысяч лет растерялся настолько, что не нашел слов для ответа.

- Я не такая, как другие… – потеряно шептала она. – Те женщины, что служат в храме, прекрасны: их кожа, как бронза, а волосы темны, как ночь, а я... Бледная, будто смертельно больна, и волосы как солома...

- Ты – само совершенство! – вырывалось у Дингира. – Поверь, я видел многих женщин... – он обнял дрожавшую девушку, и из самых глубоких тайников его человеческой памяти пришли давно забытые слова: – Тело твое белизной своей подобно молочному опалу, стан твой гибок как тростник. Волосы твои сияют, как солнце и мягки, как руно ягненка. Глаза твои как степной ковыль под полуденным солнцем, ресницы твои как мохнатые шмели, румянец на щеках ярче утренней зари. Уста твои, – он прикоснулся к ним губами, – сладки, как сахар...

Дингир уже не думал ни о том, что он давно не человек, ни о собственном решении никогда не сходиться со смертными, ни о том, что девушка, которую он целует, хоть и обладала душой Суры, но не помнила ничего о своей прежней жизни.

Он еще успел перенестись вместе с ней в свое тайное убежище – часть Великой степи, что сохранил для себя, а потом...

Миры сотрясались в извечном ритме рождения новой жизни, и звезды кружились в спиральном хороводе. Вспыхивали в ночном небе синие молнии, шумел дождь, и земля принимала теплый весенний ливень. А над слившимися в объятиях мужчиной и женщиной, будто оберегая их, раскинулся невидимый полог.

...Когда Эшхара очнулась от сладкого дурмана, солнце было уже высоко в небе, а над ней склонялся темноволосый синеглазый мужчина. Мгновение она непонимающе смотрела на него, а потом, вспомнив всё, рванулась в сторону:

- Ты не человек! Ты такой как те, да?!

- Да. Нет, – ответил тот и замолчал, не двигаясь и не мешая девушке поспешно одеваться. Но когда она беспомощно оглянулась на бескрайнюю степь и медленно текущую широкую реку, негромко продолжил: – Эшхара, они – мои названные братья, но даже рожденные в одной семье не всегда похожи друг на друга. – Он поднялся на ноги и повторил: – Я не такой, как они.

- Кто ты? – Эшхара недоверчиво посмотрела на него: – Как твое имя?

- Дингир, – ответил он на второй вопрос и шагнул к девушке. – Останься. У нас еще много времени. Не смотри, что солнце в зените, потому что в твоем мире лист, упавший с нижней ветки дерева, еще не коснулся травы...

***

...Когда Дингир вернулся, заключив договор с новыми союзниками, Эрек встретил его вместе с молодой женой. Но не это встревожило Дингира, а то, что вместе с Исой пришли жрецы Богов-Близнецов. Они рассказывали о вечно борющихся друг с другом светлом и темном богах и призывали людей следовать за светлым и отвергать темного.

Дингир, следуя обычаям, никогда не вмешивался в дела тех, кто говорит с духами, но помнил слова отца: чтить законы Отца-Неба и Матери-Земли. Но где и в каком законе говорится, что ради власти над миром дети одних отца и матери должны убивать друг друга? И не только Дингир возмущался новой верой.

- Мы чтим законы Начальных Богов и следуем им, – повторяли его воины. – Что может добавить или изменить жертвоприношение? Разве что утолить жажду золота тех, кто утверждает, будто говорит от имени Бога...


Часть II

***

Люцифер искоса посматривал на брата, всем своим видом показывая, что хочет задать какой-то вопрос, но не хочет нарываться на очередную трепку.

- Спрашивай уже! – поморщился архангел, и Люцифер тут же выпалил:

- Ты даже не попытался ее спасти? Она ведь не просто была «приятна для зрения», раз ты до сих пор помнишь ее имя?

- Снова начинаешь? – устало вздохнул Михаил. – Ферри, я отвечу, если обещаешь больше не касаться этой темы, – и когда тот торопливо закивал, прижав в знак искренности руки к груди, сказал: – Я не могу забыть ее имя, потому что, поддавшись чувствам, совершил ошибку: я спас Эшхару. Вывел из деревни за миг до того, как туда вошли каратели. Перенес в безопасное место и укрыл от всех. Она стала Тенью. И если ты считаешь, что для падения этого недостаточно, то нам больше не о чем говорить.

- Но если эту историю знают только ты, Безликий и Гайя… – Люцифер отложил в сторону обрез. – Насчет Безликого понятно, но как ты уговорил Гайю изменить запись в Таблице Судеб? – И нарочито безразлично пожал плечами: – Да, ладно, я понял, что ты натворил тогда и чего добиваешься сейчас. Но мне вот что интересно: ты кем себя в тот момент возомнил? И почему остался безнаказанным?

- Безнаказанным? – холодно переспросил архангел. – Хочешь заглянуть в мой Ад?

***

Тени будущего

***

…Дингир, не обращая внимания на преградившую ему путь стражу и не говоря ни слова, развел в стороны поспешно скрещенные перед ним алебарды и прошел во внутренние покои чертогов Сина.

- К нему лучше не ходить, – донесся из-за спины тяжелый вздох.

Дингир молча кивнул и, чуть помедлив перед запертой дверью, стукнул по ней кулаком.

- Син! Или ты откроешь сам, или я выбью дверь! Ты меня знаешь!

От звука его голоса воздух сгустился, сжался в темный плотный комок и с силой ударил в дверь, заставив содрогнуться чертоги. В тот же миг дверь распахнулась, и едва Дингир переступил порог, захлопнулась.

- Как ты смеешь?! – от бешеной ярости Сина в воздухе зазмеились молнии. – Я приказываю здесь! Ты не вправе ничего требовать от меня!

- Не забывай, кто вручил тебе силы! – Дингир втянул в поднятую ладонь извивающееся змеями белое пламя

- И получил взамен оружие! – приходя в себя, бросил ему Син. – Помни об этом.

- Я – помню, – бесстрастно ответил тот, останавливаясь в центре зала. – А ты? Ты предпочитаешь не замечать, что творит Азис и его сообщники, хотя знаешь, насколько опасны такие полукровки!

- Мы оба это знаем, Дингир, – с горечью ответил Син, устало опускаясь на трон. – Потомки тех, в ком текла моя кровь, настолько увлеклись познанием тайн, что Атлан пришлось уничтожить огнем и водой, чтобы сама память о нем...

- Потомки тех, в ком текла моя кровь, – с болью отозвался Дингир, – развязали войну, в которой сгорело почти все живое. Выжили единицы… Из миллиардов… – он замолчал и не сразу решился задать вопрос: – Ты поэтому создал искусственный разум?

- Да, – кивнул Син. – Я сделал так, чтобы они только выполняли приказы и никогда не могли выйти из повиновения... – и нехотя произнес: – Я уверен, что все правильно сделал, но часть из них – среди отступников Светозарного и Азиса. И я не понимаю, как такое могло произойти.

- Нельзя, чтобы судьбы Ур-Эдена и Атлана повторились в новом мире, – Дингир прямо взглянул в глаза Сина: – Я сам уничтожу отступников и их бастардов, – и, явно пересиливая себя, попросил: – Не запирайся больше. Это смущает других. И... Кам, он чувствителен к такому...

- Мне не нравится этот юноша, – оборвал его Син.

- Он не нарушит присягу, – твердо произнес Дингир и, поклонившись, направился к выходу.

- Ты говорил так и о Сыне Зари, – донесся упрек, Дингир на миг замер, но не оглянулся. – Будь осторожен в своих привязанностях, брат. Такие, как Фер или Кам… Они умные, честные, никогда не станут лгать, не ударят в спину, но думают они только о себе.

- Второго бунта не будет! – твердо ответил Дингир и вышел из тронного зала.

***

…Дингир вернулся в лагерь, когда солнце было уже высоко. Коротко кивнул страже и вошел в шатер целителя.

- Ну? – нетерпеливо подался навстречу Кам. – Что он сказал? – И замолчал, увидев, как Дингир извлекает из ножен меч, пылающий ослепительно-белым светом.

- Он так легко согласился? – удивился Тилик, отставляя в сторону ступку, в которой растирал пряные травы.

- Нелегко, – задумчиво глядя на участившуюся пульсацию света вокруг меча, ответил Дингир. – И я не думаю, что он скоро забудет, если забудет, наш с ним разговор.

- Дин… – раздался приглушенный голос Кама. Юноша стоял рядом, не в силах отвести взгляд от меча, и заворожено проводил пальцами над мягким сиянием. – Позволь мне…

- Что? – одновременно повернулись к нему Тилик и Дингир.

- Я должен! – с отчаяньем воскликнул он. – Вы не понимаете, но я должен доказать всем, что я не такой как Фер! То, что мы дружили, что… Неужели вы думаете, что я не слышу того, что говорят у меня за спиной? «Они были друзьями», «они всегда были заодно», «за ним надо присматривать, а лучше выгнать, потому, что он такой же, как тот»…

- Я практически вырастил Фера, – холодно оборвал его Дингир, – я научил его всему, что знаю сам. И мне никогда не дают забыть об этом. Но я никому и ничего не доказываю.

- Потому что ты уже доказал! – снова крикнул Кам. – Ты сражался с теми, кто пошел за ним! А меня не допустили к битве…

- Ты знаешь, почему не допустили, – вмешался Тилик.

- Да, – хмуро ответил юноша. – Построить стену, отделяющую Эдину от мрака. Да любой из братьев справился бы с этим!

- Но ты лучший из тех, кто мог справиться, – заметил Дингир. – Я уже не говорю о том, что ты никогда никого не убивал…

- Ошибаешься! – в серо-голубых глазах сверкнули злые огоньки. – Я стал бессмертным раньше вас обоих, даже Сина, и…

- Ты никогда не убивал людей, глядя глаза в глаза, – все также холодно продолжал Дингир. – Ты не знаешь, каково это: смотреть, как гаснет свет в их глазах, слышать предсмертный хрип, чувствовать, как течет по твоим рукам чужая кровь. Зачем тебе этот опыт? Только потому, что кто-то шепчется за твоей спиной?!

- Я должен доказать, – упрямо повторил Кам.

Дингир долго смотрел на юношу, потом резко кивнул:

- Держи! – он вложил меч в ножны и протянул Каму. – Только обещай…

- Дин, я не подведу! – выдохнул тот, бережно принимая оружие. – Вот увидишь, я…

- Обещай, что запомнишь, – настойчиво повторил Дингир: – Доказывают себе, других – убеждают.

- Я запомню…

***

- Не думал, что ты настолько… – Тилик замялся, подбирая слово, хотел было сказать «чувствителен», но промолчал.

- Настолько хорошо помню первого убитого мной человека? – Дингир не сводил внимательного взгляда с целителя. Он понял, что тот собирался сказать, но предпочел не заметить и заговорил о другом. – Да. А еще помню, что там, где проходили мои армии, не оставалось ничего живого. Дым от пожаров превращал день в ночь, из отрубленных голов складывали курганы высотой в шестьдесят локтей, и кровавые реки текли по улицам городов. И это не преувеличение сказителей, Ти.

- И ты отдал такую силу… – пробормотал тот. – Впрочем, как и я, и другие. Но Син передал нам оружие, сохранив за собой право отменить любой наш приказ своим созданиям… И все-таки и Фер, и Азис сумели переподчинить их. Интересно, как?..

- Я знаю, как они это сделали, – невозмутимо ответил Дингир, ввергая целителя в ступор. – Но не вижу такой необходимости для себя.

- Почему? Ты опасен для Сина…

- Тоже ты говорил и Ферри, верно? – холодно спросил он.

- Наш брат сам принимал решение, – Тилик отвернулся, не выдержав пристального взгляда воина.

- Я тоже принял свое решение, Ти, – голос Дингира был уже ледяным. – Еще одного бунта не будет.

- Ур-Эден погиб не из-за тебя! – не выдержал тот. – Ты не можешь винить себя в том, что сделали люди! – Дингир не успел ответить, пораженный внезапный видением-приказом, и Тилик тут же подался к нему: – Что?

- Син только что приказал уничтожить всех… – прошептал воин. – Не только отступников и полукровок, но и жен, и родичей жен, от младенца до седобородого старца! Я должен…

- Он подставляет тебя! – вцепился в него Тилик, удерживая на месте. – Хочет замарать невинной кровью! Дин, не делай глупостей! Пусть их гибель падет на Кама, ты… – и растерянно замолчал, когда Дингир исчез во вспышке молнии.

Но Тилик ошибался, думая, что воин отправился за Камом.

В этот момент Дингир не думал ни о ком, кроме Эшхары. Лишь на краткий миг он появился перед девушкой, подхватил ее, а в следующий они оба были в его тайном убежище…


Чтобы быть реалистом, надо верить в чудо

"Честное слово, поручать Раю конец света - то же самое, что детский сад нанять для евроремонта" (ц)
 
Hyoni
Охотница
Дата: Понедельник, 02.01.2012, 22:38 | Сообщение # 3
Собиратель душ
Группа: Проверенные
Сообщений: 489
Статус: Offline

Награды: 33
***

…Шесть зим миновало с той поры, как вождем стал Эрек.

Жрецы Богов-Близнецов, что пришли вместе с его женой, обретали все большую власть. И все больше людей принимало новую веру.

Единственные, с кем Иса и жрецы избегали говорить о Богах-Близнецах, были Дингир и его жена. Только они и те воины, что ходили в походы с Дингиром, держались старой веры. И с каждым днем Эрек, глядя на брата, хмурился все сильнее.

…Однажды на охоте, когда они отдалились от остальных, на Дингира набросилась охрана вождя, опутывая арканами.

- Может быть только один вождь, – сказал Эрек, не глядя на брата, когда того поставили перед ним на колени. – Ты отвергаешь новую веру. Твоя приверженность старым обычаям мешает, привязывает наш народ к прошлому и не позволяет жить так, как люди запада.

- Эрек, это погубит нас! – рванулся было к нему Дингир, но воины удержали его на месте.

- Это прославит нас! – убежденно крикнул Эрек, посмотрел на брата и вновь отвел взгляд. – Для всех ты погиб на охоте.

- Ты прольешь кровь брата? – неверяще спросил тот. – Во имя новой веры?

- Нет, – едва слышно ответил вождь. – Я не пролью твоей крови.

Эрек подал знак, и Дингир только сейчас понял, почему они оказались здесь: все уже было готово для казни. Он не просил пощады и не пытался сопротивляться. Молчал, даже когда его подтащили к бревну, лежащему на крестообразных подпорках. Даже когда бросили на бревно спиной и навалились, ломая позвоночник.

- Я не пролил твоей крови, – сказал Эрек, глядя в помутневшие от боли глаза брата. – И даю слово, что тебя похоронят по традициям наших предков. Твоя женщина и дети… Обычаи требуют, чтобы они последовали за тобой, – и жестко усмехнулся: – И если ты так предан старой вере, то попроси Небо и Землю помочь тебе! Или признай силу истинных богов!

- Я не верю тем, кто болью доказывает свою божественность, – прошептал Дингир.


***

Дингир скользнул взглядом по окаменевшей охране у входа в тронный зал и вошел внутрь.

- Мои поздравления, Дин! – зло крикнул ему Кам. – Значит то, что ты говорил…

- Я предлагал уничтожить отступников и бастардов, я не говорил убивать всех! – он оборвал юношу и с не меньшей злостью посмотрел на Сина: – Какого дьяу?!

- Они все виновны! – прорычал тот. – И не ты, а я решаю, кого покарать! И вот мое слово: мы оставим тех, кого не коснулась зараза, чьи кровь и души чисты! Все остальные будут уничтожены. Мы начнем все заново.

- Без меня! – Кам хотел было бросить меч, но, перехватив предостерегающий взгляд Дингира, передал оружие ему: – Он твой. Для меня это слишком тяжело, а тебе...

- Сбегаешь к Феру? – холодно поинтересовался Син.

- Тебя это меньше всего касается! – Кам пропел несколько нот, и Дингир и Син застыли, не в силах пошевелиться. – Как только я уйду, вы снова сможете двигаться, – и, забавляясь попыткам Сина освободиться из невидимых пут, нахально пояснил ему: – Слова, которыми ты пользуешься, состоят из звуков. А звуки подвластны мне, – и уже серьезно сказал: – Я не знаю, кого и зачем ты хотел запятнать кровью невинных: меня, потому что тебя пугают мои возможности, или Дина, потому что он поругался с тобой или потому что его силы не меньше твоих. В любом случае, я ухожу не к Феру – он такой, как и вы. Я создам свой мир, для себя.

Едва он исчез, способность говорить и двигаться вернулась.

- Его надо остановить! – рявкнул Син.

- Зачем? – равнодушно пожал плечами Дингир. – Хочешь объявить отступником и наказать за то, что он выполнил твой приказ? – и когда Син, опомнившись, невесело усмехнулся, спросил: – То, что ты говорил об уничтожении остальных…

- Их плоть – из плоти Темной Матери, – начал объяснять тот, – их кровь – из Хаоса, а в их душах – Свет создания. Они не будут жить от одного пророчества до другого, повинуясь нашим прихотям, у них будет выбор: Хаос, Тьма или Свет. Но такой выбор мы оставим только незапятнанным. Мы начнем все с чистого листа. Еще не поздно переписать историю. Я нашел тех, кто… У него жена, три женатых сына, была еще дочь, но она недавно пропала, – Дингир при этих словах насторожился. – Я уже объяснил человеку, что следует сделать, и он исполнил. Но мне понадобится твоя помощь, – и пояснил в ответ на удивленный взгляд Дингира: – Воды недр. Ты сможешь расколоть землю?

- Да, – спокойно кивнул тот и уточнил: – Когда?

- Сейчас. Уже все готово.

Дингир, не задавая больше вопросов, поднял к небу меч. С его острия сорвалась синяя молния, рванулась вверх, к фиолетово-черным тучам, разорвала их, и в появившемся просвете вспыхнула одиночная алая молния. Она стремительно разрасталась, опутывая пылающими ветвями небо, замерла на миг и ударила в землю, раскалывая ее как хрупкое стекло. Воды океанов хлынули в отворившуюся бездну, обнажая дно с развалинами городов, что считались легендарными еще во времена Атлана и Ур-Эдена. А потом донесся низкий, на грани слышимости, гул, и воды недр вырвались на поверхность, поднялись гигантской коброй и обрушились на землю, сметая все живое...

***

…Звезды зажглись в темном бархате неба, когда с высоты скользнула змея с полупрозрачными крыльями и обернулась женщиной с глазами цвета расплавленного серебра.

- Мне понравился твой ответ, – ее голос прозвучал хрустальными колокольчиками, и она улыбнулась, заметив тревогу в глазах Дингира: – Нет, твой стражник не видит меня. Потому что я являюсь только тем, кого избрала.

- Кто ты? – он не услышал свой голос и понял, что говорит с ней мысленно. – Кто ты?

- Гайя. Та, кто пишет судьбы всему живому. Так говорили ваши… – она ненадолго задумалась. – «Те, кто говорит с духами». На самом деле, я черчу основные знаки, а все остальное вы сами пишете своими мыслями, словами и поступками. А потом мои помощницы заносят это в Книгу Судеб. – И кивнула: – Да. Ты уже не увидишь рассвет.

- Зачем ты говоришь мне это? – равнодушно спросил Дингир.

- Ты молил Начальных Богов, чтобы мы оберегли твою жену и детей. Но уже поздно, юный воин, потому что твоя жена умрет, узнав о твоей смерти. А ваших детей усыновит твой брат и воспитает как своих, – Гайя по-женски вздохнула и объяснила: – Эрек хотел причинить тебе боль, поэтому и сказал, что твоя семья уйдет за тобой. Но он не собирается этого делать, даже рискуя рассориться с родней собственной жены…

- Сура… – прошептал Дингир. – Поэтому Эрек…

- Да, – ответила Гайя, присаживаясь рядом. – Ты не увидел этого, опередив брата, когда вызвался участвовать в той игре. Но ваш отец собирался отдать пленницу старшему сыну, потому что видел, как тот смотрит на нее.

- И поэтому он был так встревожен, когда согласился, чтобы я участвовал в игре, – горько произнес Дингир. – И когда Эрек требовал, чтобы я всегда брал Суру собой, он всего лишь хотел избавить себя от соблазна… Но теперь…

- Он не сможет уберечь твою вдову, потому что новая жена не позволит, чтобы у нее появилась соперница, – спокойно заметила Гайя. – А я никого не могу вернуть, после того как Таблица Судьбы разбита. Зато могу начертать новую, хотя это не так просто. Потому что тебе придется спуститься в Пустоту. И вернуться.

- Всего лишь? – усмехнулся Дингир.

- Нет, – вернула ему усмешку Гайя. – Ты станешь Бессмертным. Богом войны или защиты – решишь сам, но ты уже никогда не будешь человеком, Дингир. Хотя внешне ты останешься прежним. Ты пережил двадцать четыре зимы? Таким ты и останешься. И однажды ты встретишь ту, что сейчас носит имя «Сура».

- Зачем я тебе? – прямо спросил Дингир.

- Равновесие мира нарушено, – печально произнесла Гайя. – А ты можешь восстановить его. Вставай, нам пора.

Он попытался приподняться, и внезапно понял, что стоит, глядя на свое неподвижное тело. А в следующий миг Дингир и Гайя оказались на каменистой равнине под темно-багровым небом, и прямо перед ними из ниоткуда появилась самая обычная дверь.

- Там, – указала Гайя на распахнувшуюся дверь, – Пустота. Иди. Возьми с собой все воспоминания, не забывай, кто ты и чего хочешь. И помни: без тебя твой народ и твой мир будут уничтожены.

Дингир молча кивнул и шагнул через порог...


***

…Дингир появился в чертогах Гайи, отстранил с дороги одну из переписчиц, стремительно прошел мимо стен, уставленных полками с глиняными табличками.

- Юный бог, – хрустальными колокольчиками прозвучал голос хозяйки чертогов. – Что привело тебя ко мне?

- Мне нужна Таблица Судеб, – бесстрастно ответил он. – Сура. Эшхара.

- А ты не много на себя берешь, воин? – недобро прищурилась Гайя. – И убери меч, не в твоих силах меня убить.

- Знаю, – холодно сказал Дингир. – Но ранить смогу. И восстанавливаться ты будешь долго.

- Что ты собираешься делать? – она легким жестом притянула к себе одну из табличек и протянула Дингиру.

- Я не позволю тебе снова отнять ее! – неуловимо быстро он провел лезвием меча по своей ладони, а когда появилась кровь, прикоснулся к Таблице Судеб. И торжествующе посмотрел на хозяйку чертогов Судеб: – Мы связаны с Эшхарой. Навсегда.

Гайя бесстрастно наблюдала, как меняются знаки, насыщаясь бело-голубым сиянием, а когда изменения завершились, усмехнулась:

- А теперь оглянись, юный бог.

Дингир уже понял, кто сейчас появится, и насколько мог спокойно, повернулся к новому гостю.

- Ты вмешиваешься в дела Создателей, – из тени соткалась фигура в плаще с низко надвинутым капюшоном.

- Я спасаю ту, которую люблю, – сдержано ответил Дингир. – И которая любит меня.

- Она должна была исчезнуть из этого мира, – бесстрастно произнес Безликий. – И через какое-то время ты получил бы ее вновь как награду. Но сейчас… Или ты думаешь, я не смогу достойно наказать тебя за своеволие?

- Дингир угрожал мне, брат, – вмешалась Гайя. – В моих чертогах. И вот мое слово: с его избранницей все будет так, как он решил.

Дингир и Безликий с одинаковым изумлением взглянули на Гайю.

- Наш юный бог уже наказан, – усмехнулась та. – Он смешал свою кровь с ее. Но он бессмертен, а она нет.

- И что это значит? – нетерпеливо спросил Безликий.

- А это значит, что однажды она все равно умрет. Да, она не будет знать болезней, и даже в девяносто лет будет выглядеть не старше тридцати, но однажды она уснет и не проснется. И вот тогда… – Гайя жестко взглянула на Дингира: – Смешав вашу кровь, ты обрек ее на участь бессмертного. А для вас после ухода из мира живых нет ничего, кроме Пустоты за гранью миров. – Она снова посмотрела на Безликого: – Поэтому нет смысла придумывать наказание для этого юного бога – он уже наказан. А, поскольку ты не провожаешь души в Пустоту, то провожать ее тоже придется Дину.

- Гайя… – умоляюще прошептал тот.

Часть III

***

Он сидел на нагревшемся за день валуне и печально смотрел вокруг. Всё не так. Да, конечно, прошли тысячи лет, и даже горы не стоят вечно, но…

Послышался шорох складываемых крыльев и перед ним появился молодой темноволосый мужчина:

- Надо поговорить, Ферри. – Он безразлично кивнул и подвинулся, приглашая нежданного гостя сесть. Тот осторожно устроился рядом и виновато вздохнул: – Я солгал тебе.

- Я знаю, – чуть улыбнулся Люцифер. – Рафаил не посмел бы начать Апокалипсис без твоего согласия. Как и Азазель не нашел бы дверь к моей темнице, если бы ты не подсказал ему. Но зачем?

- Чтобы убить тебя и, используя твою силу, вывести из Пустоты Эшхару, – просто ответил Михаил. – И ее потомков.

- Что?! – Люцифер вскочил с валуна и неверяще уставился на архангела.

- Фер, я ведь говорил, что спас ее, – мягко напомнил Михаил. – Она прожила долгую жизнь… Естественно, что у нее были дети, а у тех свои дети…

- Стоп! – прервал его Люцифер. – После той истории с «гибридами» Отец очистил Землю от всех, кроме нескольких избранных им людей, чья кровь и души были чисты. Эшхара… – он оборвал себя и понимающе кивнул. – Да, я забыл, что она стала незримой для Него.

- И ее потомки тоже, – с горечью прошептал Михаил. – Рай закрыт для них. Ад примет, если они сами отдадут себя… Из них получались самые сильные и жестокие демоны… Но для всех остальных – Пустота, без надежды на воскрешение.

- Их наказали потому, что ты присвоил себе право начертать Таблицу Судьбы, – усмехнулся Люцифер.

- Гайя сказала, что у меня будет только один шанс спасти их… – Михаил замолчал, и Люцифер понимающе кивнул:

- Когда она начнет писать Судьбу нового мира. Только тогда можно изменить судьбы тех, кто оказался в Пустоте. Но чтобы родился новый мир, надо уничтожить прежний.

- Да. И поэтому я приказал начать Апокалипсис, – подтвердил Михаил…

***


Мгновение между Прошлым и Будущим

***

…Уже на следующий день Дингир вновь пришел к чертогам Гайи, умоляя позволить ему переговорить с Госпожой Судеб.

- Давно меня так не называли, – улыбнулась Гайя, приглашая во внутренние покои.

- Я… Я был неправ, – произнес Дингир – Но ты знаешь…

- Знаю, – легко согласилась она. – Что ж, ты всегда был послушен, хотя и поступал всегда по-своему. Поэтому я дам тебе шанс. Но только один. И не смей говорить: сделаю все, что угодно! Потому я потребую все, что угодно мне! Эшхара уйдет в Пустоту, и ты проводишь ее – этого я изменить не могу. Но когда я буду писать новую судьбу мира, я смогу изменить и ее.

- Чтобы появился новый мир, старый должен погибнуть, – Дингир посмотрел на Гайю, заставляя себя не отводить взор от обжигающего сияния серебра в ее глазах.

- Но не так, как вы это сделали с Сином, – заметила Гайя. – Хотя, должна признать, это довольно забавно… Хаос, Тьма и Свет… Очень забавно… – и внезапно спросила: – Знаешь, почему тот, кого ты называешь «Фер», стал отступником?

- Он не мог понять, почему Син решил сделать смертных равными нам, – невозмутимо ответил Дингир, недоумевая, причем здесь его названный брат. – Ферри же считал себя выше их, потому что родился бессмертным, так бывает, хотя и редко…

- Нам был нужен тот, кто получит силу Отступника, – прервала его Гайя. – Потому что если ты планируешь создать что-то, ты всегда планируешь и то, что это «что-то» может уничтожить. – И остановила попытавшегося задать вопрос Дингира: – Нет. Это знание не для вас. Тебе достаточно знать, что уничтожить этот мир может Отступник. Тебе же я предлагаю стать тем, кто остановит его. Ты станешь почти равным нам, «Подобным Сущему». Мир будет спасен и готов для новой судьбы…

- Ты хочешь, чтобы я убил своего брата? – прервал ее Дингир, не веря услышанному.

- Я знаю, что Дингир не сможет убить названного брата, – Гайя не сводила с него внимательного взгляда. – Но когда Подобный Сущему низвергнет Противника в вечный мрак, я смогу написать судьбу нового мира. И только тогда ты сможешь вернуть и Эшхару, и ее потомков.

- Но… – растерялся Дингир. – Она…

- Семена будущих жизней зарождается в теле женщине, когда она сама еще плод в чреве своей матери, – сдержанно объяснила Гайя. – Ты бессмертный, и когда ты сошелся с ней, ее тело изменилось. Теперь, кто бы ни стал отцом ее детей, но все они будут нести на своей душе отпечаток твоей силы. И их участь – следовать в Пустоту. Что теперь скажешь, юный бог?

- Что будет с Сином? – уточнил Дингир.

- Наш старший брат заинтересовался его работами с искусственным разумом и взял к себе, – Гайя скрыла улыбку, понимая, что Дингир уже принял нужное им решение.

- Я согласен принять новую судьбу, – спокойно произнес он.

Гайя, не говоря больше ни слова, подняла открытую ладонь, и из нее вырвался бледно-голубой луч, окутал бессмертного, впитался под кожу и вырвался из спины крыльями света.

Дингир распахнул и снова сложил крылья, привыкая к ним, и прислушиваясь, как меняется звучание незримых нитей, что связывали его с другими бессмертными…

- Промолчать – не то же, что солгать, не так ли, Госпожа Судеб? – вымученно улыбнулся он. – Я принял новую судьбу, и теперь изменился не только я, но все, с кем я связан клятвой побратимства. Этого ты не сказала.

- Я не сказала также и то, что только ты сохранил память о себе прежнем, – строго заметила Гайя. – Но если твоя новая судьба тяжела для тебя…

- Я сделаю так, как ты хочешь, – прервал ее Дингир. – Но я сам выберу, когда сразиться с Противником. И еще, Госпожа Судеб. «Низвергнуть во мрак» не означает «убить»...

- Да будет так, Михаэль – Подобный Сущему...


***

- Апокалипсис свершился, – Люцифер не сводил пристального взгляда с архангела. – Гайя начертает новые Судьбы, но даже она не в силах изменить закон – душа за душу. Если ты останешься в Пустоте, кто будет охранять этот мир? Я? Не смешно. Дин Винчестер? Адам? Кастиэль? Или ты нашел еще кого-нибудь?

- Никто, кроме меня, – Михаил отвел взгляд в сторону. – Гайя сказала, что я никому не могу передать силу Подобного Богу. Только временно, на хранение, да и то душа, согласившаяся принять ее, будет сожжена. Поэтому, – архангел прямо посмотрел на Люцифера, – я прошу тебя забрать силу Падшего у Сэма Винчестера и вернуться в Клетку.

- Вернуться? – прошептал тот, прикрыв глаза. – Забыть себя и вновь стать сатаной? Да, я понимаю… Мы с тобой всегда будем сражаться, пока Безликому и Гайе не надоест эта игра, но… Но почему я?!

- Жребий, – также тихо ответил Михаил. – Они решили, что силу Отступника получит тот, кто первым проявит неповиновение. Как когда-то в жертву выбирали того, кто первым перейдет мост или…

- Обычаи варваров! – перебил его Люцифер. – Ты знал?!

- Тогда – нет.

- Проводишь меня? – просто спросил он брата, и когда тот поспешно отвел взгляд, нарочито бодро сказал: – Мы их переиграем. В этот раз я не забуду, кто я. И ты поклянись, что не забудешь себя!

- Клянусь, Эосфор – Зарю Несущий.

***

Под ярко-синим небом, на покрытой серебристо-серой травой равнине, стоят двое. Одна – женщина в белой тунике, с пепельно-черными волосами и глазами цвета расплавленного серебра. Другой – мужчина в сером плаще с низко надвинутым капюшоном, под которым мерцает темнота.

- Наверное, однажды мы пожалеем об этом, – Безликий скользит взглядом по равнине. – Мир, населенный потомками человека, ставшего богом войны, а потом архангелом-защитником... Даже один такой – угроза порядку...

- Наверное, ты прав, брат, – соглашается Гайя. – Но не ты ли рассказывал легенду о птице, которая, почувствовав приближение смерти, сжигает себя, чтобы возродиться в блеске юности?

- Я понимаю, о чем ты говоришь, – кивает Безликий. – Бессчетное множество рас тихо угасли от старости, но не человечество. Люди подобны Фениксу: постоянно умирая и возрождаясь, они единственные, кто стали вечноживущими. И все-таки...

- Разве не это всегда искал наш брат? – тихо спрашивает Гайя. – Они – это мы, только в начале пути...


Чтобы быть реалистом, надо верить в чудо

"Честное слово, поручать Раю конец света - то же самое, что детский сад нанять для евроремонта" (ц)


Сообщение отредактировал Hyoni - Среда, 04.01.2012, 18:37
 
shalimar-00
Охотница
Дата: Среда, 04.01.2012, 16:14 | Сообщение # 4
Архидемон
Группа: EliteGamer
Сообщений: 1147
Статус: Offline

Награды: 79
Hyoni, я так рада читать эту историю))) ждала ее. Снова погрузилась в атмосферу того фика, вспомнила Дингира, Эосфора. Супер получилось!!! Дингира жалко, убил собственный брат cry (кстати, в том моменте есть опечатка):
Quote (Hyoni)
и навались

наверное навалились?

спасибо)))))))) было интересно


 
Hyoni
Охотница
Дата: Среда, 04.01.2012, 18:43 | Сообщение # 5
Собиратель душ
Группа: Проверенные
Сообщений: 489
Статус: Offline

Награды: 33
shalimar-00, спасибо! smile
Рада, что понравилось. Выкладывала с опаской, все-таки вольное изложение мифов вольным изложением, но кто знает, как воспримут настолько вольное смешение. И очень рада, что понравилось. ))

Quote (shalimar-00)
наверное навалились?

Точно! Уже исправила, спасибо. smile И чем, интересно знать, думает Word, если не заметил это несогласование?


Чтобы быть реалистом, надо верить в чудо

"Честное слово, поручать Раю конец света - то же самое, что детский сад нанять для евроремонта" (ц)
 
Sirena_82
Охотница
Дата: Пятница, 18.05.2012, 13:16 | Сообщение # 6
Демон
Группа: Проверенные
Сообщений: 591
Статус: Offline

Награды: 33
Hyoni - молодчинка! Прочитала и не жалею, что подождала наиболее подходящего момента, чтобы вдоволь насладиться работой и от всего сердца сопереживать героям. Дингир и Фер – мои любимчик. С этим уж точно ничего поделать не могу. В каких бы ипостасях они ни были – эти двое всегда западают в самую глубину души. Эшхара/Сура – такая робкая и по-детски трогательная и одновременно дерзкая, похожа на океан, который сейчас мерно накатывает на берег, а мгновение спустя пенистыми гребнями захватывает берега, разбивается о скалы – это моей впечатление от героини. Гайя и Безликий – эти двое, как были для меня неразгаданной загадкой, так и остались. В их разговорах – кратких и довольно завуалированных, снова и снова открыла для себя несколько простых истин. Эрек – страшно было читать тот отрывок, когда он просто наблюдал, как убивают брата. Вот что делает с людьми вера, доходящая в своих масштабах до фанатической преданности, которая слепа и глуха к словами родной крови. Страшно признать, что так по сути было и так случается по сей день.
В мире бессмертных, также как и в мире смертных за все назначена своя цена. И если пытаешься сберечь любимую, то будь готов к тому, какую цену придется за это заплатить.
Понравилась твоя мысль, что даже смертные люди бессмертны благодаря рождению новой жизни. Мое восприятие бессмертия до прочтения было прозаичным и знакомым каждому – бессмертие человека реализуется через бессмертие души и постоянное перерождение, но теперь – теперь мне близко и по душе именно такой взгляд на вечную жизнь.
Вот как-то так. Мои мысли, конечно, сумбурны, как обычно. Сижу под огромным впечатлением и понимаю, что вся эта красота просится на перечитывание. Стиль изложения – великолепен. Все-таки твои описания дорогого стоят. Вроде ты ограничиваешься буквально несколькими словами, но все они настолько гармоничны и как раз к месту, что складывается достаточно четкая картинка.
Hyoni, огромное тебе мое читательское спасибо за работу! Спасибо за оригинальность и неповторимость! Спасибо за вольное обращение с мифами, как древними, так и современными! Спасибо за «самое злостное AU»! И отдельно спасибо за исполнение моей заявки! Ты прости меня за то, что так долго тянула, но поверь, оно того стоило. Спасибо еще раз! Вот смотрю на монитор и думаю, что когда-нибудь все-таки притащусь к тебе нежданчиком с шампанским/вином и как минимум с коробкой конфет или тортиком, чтобы уж как следует отблагодарить за все твои работы!)) Hyoni, люблю тебя! Обожаю! Ценю все твои работы! И надеюсь, когда-нибудь раскрутить-таки тебя на полноценный оригинал и на издательство твоих работ!)) Чур Сирена – первая в очереди за подарочным экземпляром!))))


...У человека можно отнять все, кроме одного - последней свободы человека - выбирать собственное отношение к любым обстоятельствам: выбирать собственный путь...
 
Hyoni
Охотница
Дата: Пятница, 18.05.2012, 22:09 | Сообщение # 7
Собиратель душ
Группа: Проверенные
Сообщений: 489
Статус: Offline

Награды: 33
Sirena_82, спасибо! smile

Quote (Sirena_82)
Дингир и Фер – мои любимчик. С этим уж точно ничего поделать не могу. В каких бы ипостасях они ни были – эти двое всегда западают в самую глубину души.

Вот хотела я с ними попрощаться, да тут недавно одна идея появилась, так что в летний хиатус будет очередное миди (или макси), смотря какой мне график на лето сделают. wink

Quote (Sirena_82)
Понравилась твоя мысль, что даже смертные люди бессмертны благодаря рождению новой жизни.

Тут Гайя и Безликий говорят не столько о людях, сколько о человечестве в целом.

Quote (Sirena_82)
твои описания дорогого стоят. Вроде ты ограничиваешься буквально несколькими словами, но все они настолько гармоничны и как раз к месту, что складывается достаточно четкая картинка.

Краснею и смущаюсь. Мне ведь именно описания природы и обстановки даются труднее всего. Интрига, диалого - без проблем, а вот описания... И я рада, что они получились. smile

Quote (Sirena_82)
И надеюсь, когда-нибудь раскрутить-таки тебя на полноценный оригинал и на издательство твоих работ!)) Чур Сирена – первая в очереди за подарочным экземпляром!))))

Ох... Уже второй год подряд собираюсь довести до ума готовый ориджинал, да все как-то... Но как только - так сразу! wink


Чтобы быть реалистом, надо верить в чудо

"Честное слово, поручать Раю конец света - то же самое, что детский сад нанять для евроремонта" (ц)
 
Форум » Фанфикшен » Разное » Начало всех начал... (У каждой Истории есть своя Предыстория...)
Страница 1 из 11
Поиск:

AllStarz Top Sites OZON.ru

ТВ-СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ.РФ СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ-ТВ.РФ

Supernatural является собственностью The WB Network / The CW Network
Все используемые аудиовизуальные материалы, размещенные на сайте, являются собственностью их изготовителя (владельца прав) и регламентируются Гражданским Кодексом Российской Федерации, а также международными правовыми конвенциями. Вы можете использовать эти материалы только в том в случае, если использование производится с ознакомительными целями. Эти материалы предназначены только для ознакомления - для прочих целей Вы должны приобрести лицензионный продукт . Используемый формат кодирования аудиовизуальных материалов не может заменить качество оригинальных лицензионных записей. Все материалы представлены в заведомо заниженном качестве. Eсли Вы оставляете у себя в каком-либо виде эти аудиовизуальные материалы, но не приобретаете соответствующую лицензионную запись - Вы нарушаете законодательство РФ, что может повлечь за собой уголовную и гражданскую ответственность.

Все материалы, расположенные на сайте запрещено использовать без разрешения администрации сайта. Помощь сайту.
ТВ-СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ.РФ СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ-ТВ.РФ Создать бесплатный сайт с uCoz