ВАЖНЫЕ АНОНСЫ
ВХОД РЕГИСТРАЦИЯ Забыл пароль

Страница 1 из 11
Модератор форума: ayrina, ymka 
Форум » Фанфикшен » Сверхъестественное по - русски » А у нас на Руси...
А у нас на Руси...
illa
Охотник
Дата: Четверг, 31.01.2013, 13:40 | Сообщение # 1
Стажер охотника
Группа: Проверенные
Сообщений: 1625
Статус: Offline

Награды: 90
Название: А у нас на Руси...
Автор: ILLA
Жанр: романтика,мистика,чуть-чуть экшн
Рейтинг: PG-13
Герои: Денис и Степан Катюшины и др.
Дисклеймер: персонажи мои, но сами понимаете - фанфикшен.
От автора: всё будет хорошо.
Статус: в процессе


 
illa
Охотник
Дата: Четверг, 31.01.2013, 13:45 | Сообщение # 2
Стажер охотника
Группа: Проверенные
Сообщений: 1625
Статус: Offline

Награды: 90


Часть первая. Производственный брак.

Свою кличку «Бешеный» Илья получил отнюдь не из-за буйного нрава. Совсем наоборот.

Он был спокойным и уравновешенным человеком. И главное он не мог специально причинить никому боль, не мог убивать. Совсем. Он даже надоедливую муху ловил в кулак и осторожно выпускал в форточку. Но и трусом он не был. Совсем маленьким он не бегал от своих обидчиков и поэтому его постоянно били. Он молча вставал, отряхивался и никогда ни словом не пожаловался ни родителям, ни воспитателям детского сада. Просто замыкался в себе и старался избегать лишних контактов. Когда подрос – пошел в секцию самбо и с тех пор любую драку старался прекращать как можно быстрее. Да и любителей затевать их с ним резко поубавилось.

Свою кличку Илья получил, когда стал уже хирургом в травматологии центрального отделения скорой помощь. Там, за операционным столом, он не признавал поражения. Работать с Бешеным было просто кошмаром – он дрался за жизнь в том, что уже и человеком то часто не выглядело. Дрался отчаянно, до изнеможения и заставлял драться других. Кто-то его ненавидел, кто-то боготворил, кто-то считал ненормальным, но Илье это было безразлично. После двух неудавшихся браков он ещё больше стал нелюдим и замкнут. Всего-то и было у него два друга – Деня и Степан Катюшины.

Познакомились они несколько лет назад.
Илья шел домой после ночной смены, когда на него абсолютно неожиданно налетели три темные тени. Молча, без всяких предварительных «Есть закурить?» или ещё чего-то такого, что можно было превратить в оправдание своей агрессии, они начали его избивать. Да так, что никакое самбо вдруг не помогло. Было в той драке что-то нечеловеческое, звериное, первобытное, убийственное. А вот убивать то Илья как раз и не умел. А раз так – значит придется умирать. Илья уже смирился с этой мыслью, сжавшись в комок под градом ударов, когда вдруг его оставили в покое.

Раздался топот ног, крик «Не упусти их,Степа!» и наступила тишина.
Потом Илья почувствовал, что кто-то его ощупывает. И не с точки зрения пошарить в карманах, а довольно профессионально проверяет его кости на целостность. Он открыл глаза и увидел, что над ним склонился паренёк с лицом того самого «Иванушки-младшего брата», которые в конце всех сказок выходят в королевичи. Дерзкие карие глаза, торчащие во все стороны светлые вихры, губы, готовые в любую минуту сложиться в ядовитую усмешку
.
- Ну, ты как? – спросил «Иванушка».

-Никак – проворчал Илья – Не видишь – побили. И хватит меня лапать – я сам врач. Всё у меня цело. А вот у тебя на шее очень плохой порез. Чуть правее и всё было бы в кровище. Надо зашить.

- Ну так и шей, раз дохтур - рассмеялся парень и неожиданно сунул в руки Ильи аптечку – Давай. Чего тянуть.

В общем, когда вернулся высокий, сутулый, с хвостиком темно-каштановых волос «Степа», шов был наложен и Илья уже знал, что его спасителей зовут Денис (лучше просто Деня) и Степан (не вздумай назвать дядей Степой) Катюшины. Они то ли лесные рейнджеры, то ли какие-то спец. охотники, которые занимаются поиском и уничтожением всякого опасного зверья, которого развелось в последнее время из-за всякой радиации и загрязнений немеренно. Иногда и в город забредают. Вот и на Илью напала какая-то новая порода.

«Да какая порода» - хотел возмутиться Илья – У них руки и ноги были», но потом вспомнил, как чувствовал довольно острые зубы, которыми ему пытались добраться до горла через воротник толстой куртки, и промолчал. Может и порода.

Конечно пришлось слегка отметить. Слегка – потому что Илье завтра опять на смену, а братьям – на охоту.

Так и повелось. Иногда Катюшины то исчезали месяцами, а потом являлись к «своему дохтуру», осторожно придерживаю руку или другую часть тела, причем иногда и не своего, а совсем незнакомого Илье парня, порванную каким-то действительно неведомым зверем, то неожиданно заезжали на своём джипе и забирали Илью на гулянку.

Илья был не против. Хорошие ребята. Было в них что-то чистое, настоящее, человечное. То, что так редко встречается в наше смутное время.

Последняя гулька правда не удалась. Катюшины почему-то не могли усидеть на месте ни в одном баре больше десяти минут и тащили Илью за собой, как щенка на поводке. Потом им кто-то позвонил и они вообще исчезли, даже не попрощавшись. От злости на них Илья и напился, а потом подцепил роскошную блондинку. Или это его подцепили…

От воспоминая о той ночи, Илья аж передергивался от отвращения. У него осталось четкое ощущение, что его поимели. Грубо и бездушно. Хорошо ещё, что как нормального мужика, а не … Тьфу, вот вляпался.

Поэтому, когда через день он увидел знакомую спину Дениса в приемном покое, то обрадовался. Ну всё, сейчас он им выскажет, друзья называются.

Но Деня повернулся и Илья остолбенел. Такого даже он еще не видел.

Денис держал на руках какую то хрупкую, изломанную, залитую кровью фигурку.
-Вот – бормотал белый до синевы охотник, - ехал к тебе…а она… ну прямо под колеса…хорошо, что уже рядом с больницей…да я же и затормозить не мог…понимаешь, прямо под колеса… животом на бампер…я же её почти разрезал пополам…

И вот тут Илья превратился в Бешеного.
-В операционную – взревел он.
И никто даже заикнулся не посмел, что, мол какая операционная, что там уже нечего оперировать, что это бесполезно. Знали уже – не существует слова «бесполезно» для Бешеного. Лучше подчиниться – пусть сам перед начальством отдувается.

Илья потом не мог вспомнить, как оперировал, что делал с тем кровавым месивом, которое лежало перед ним на столе. Всплывали в памяти только какие-то отдельные мысли:
« Сердце сильное, выдержит …интересно, сколько ей лет… вот дура…из-за чего, интересно? …а это что? Даже узнать не могу… Поджелудочная цела, это хорошо…. Матка в клочья…дура, дура…А это что такое? Да как это складывать?... Осколки таза надо удалять, потом импланты ставить будем …Держись, я тебя новую соберу, а потом выпорю …ты только держись…»

Через шесть часов, когда Илья выполз из операционной и начал стягивать с себя пропитанный потом халат, он неожиданно услышал тихий шелест и сразу даже не понял, что это аплодировала ему, измученная не меньше него, его бригада.

Девчушка удивительно быстро пошла на поправку, но когда она на третий день открыла глаза и увидела дежурившего около неё Деню, едва не случилось непоправимое.
Её глаза захлестнул такой ужас, что Денис аж подпрыгну.
-Ты чего? – оторопел он – Ты же сама ко мне сунулась…

Но девушка мотала головой, хрипела « Нет, не здесь…только не здесь..» и пыталась хоть как-то отползти подальше от охотника. Кардиомонитор взвыл, а потом замолчал. Сердце, перенесшее тяжелейшую операцию, остановилось.

И опять Бешеный бился за её жизнь.
-Разряд! – звучало как «огонь» в бою.

Деня и Степан, сидевшие в коридоре, неожиданно почувствовали, что вон там, где работает их друг, идет настоящий бой. И что он боец, не хуже их.

-Послушай – неожиданно заговорил Степан – милиция ведь так и не определила, кто она?

-Да – ответил Деня. – А чего?

- А помнишь, Илюха, про ту красотку рассказывал, которую подцепил. Ну и как там его… А потом эта девушка…Она ведь в больницу шла… И тебя явно знает… И выздоравливает слишком быстро…

Глаза у Дени округлились.
-Да брось, ты что!

-А то. Мы же тогда так их и не нашли, кто-то предупредил амазонок. А Илюху могли использовать, что бы отомстить нам. Да и мужик он видный, солидный – как раз в их вкусе.

-Ну я же говорю, что она САМА под колеса полезла. Вон, даже менты ко мне не цепляется.

- Шла убивать и поняла, что не сможет. Сам же знаешь, как у этих амазонок с бракованными поступают. Вот и решила – так проще. Да ты посмотри на неё – она же вылитая Илья. Вся в папу.

- Едить её мать – прошептал Деня – Что же теперь делать?

- Рассказать правду – рявкнул Илья, который подходя к братьям, услышал их последние слова. И братья рассказали, потому что они уже тоже поняли, что иногда перечить Бешеному всё же не стоит.

Когда на следующий день амазонка опять открыла глаза, рядом с ней сидел не охотник, которого она испугалась буквально до смерти. Рядом с ней сидел тот, кого она шла убивать. Но ей почему-то совсем не стало страшно.
- Я – бракованная. – сказала она и тихо заплакала.- Я не должна жить.
-А будешь - улыбнулся её отец. – И никакой ты не брак. Просто у тебя мои гены. Я, понимаешь ли, тоже убивать не умею.

***
Через три дня, уже далеко от города, по дороге на новое задание, Деня неожиданно захихикал:
- Ну и ладно. Зато я теперь спокоен за нашего доктора. Она конечно уже не опасна и не так теперь сильна, но да поможет бог тому бандюку, что на Илюху посягнет. Да и дамочкам с ним поосторожней надо теперь быть.
А Степан задумчиво посмотрел на него и спросил:
- А как думаешь – если бы наши…ну дочки, с нашими то генами…они бы остановились?
Деня промолчал. Впрочем, они оба знали ответ.


 
Samarra
Охотница
Дата: Понедельник, 10.02.2014, 21:34 | Сообщение # 3
Гость
Группа: Пользователи
Сообщений: 49
Статус: Offline

Награды: 1
понравилось) а еще?
 
Драгана
Охотница
Дата: Четверг, 27.03.2014, 20:23 | Сообщение # 4
Гость
Группа: Пользователи
Сообщений: 43
Статус: Offline

Награды: 0
Вот так вот - с бухты-барахты - и появляются дети smile
 
illa
Охотник
Дата: Среда, 05.11.2014, 14:16 | Сообщение # 5
Стажер охотника
Группа: Проверенные
Сообщений: 1625
Статус: Offline

Награды: 90
Драгана, Samarra, ой девушки, и не заметил, что есть комментарии. Спасибо.Хотите ещё? А у нас с собой было biggrin


Часть вторая. СТИХИя.

Дом стоял на холме. Вдоль его фасада росли кипарисы, доставая своими качающимися на теплом ветерке верхушками до открытых окон третьего этажа. Болезнь смотрел из одного из этих окон, и ему казалось, что кипарисы, как кисти невидимого художника, рисовали на фоне голубого неба чудесную картину белого города, утопающего в зелени бульваров, сбегающего с других своих холмов ступенями и разрезанного пополам синей лентой воды.
Этот город разрушали не раз. Всадник помнил, как он со своими сотоварищами проносился над ним, когда дома, как осколки сгнивших зубов, торчали из мертвого тела выжженной дотла земли.

Вот так всегда - кажется, что ты уже победил, что ты уже хозяин этой планеты. Волны чумы, оспы, войн, катаклизмов природы стирали с её лица все признаки разума, уничтожали людей. Но проходило время, и города вырастали вновь. Поля опять зеленели и души умерших возвращались назад. Иногда с первым криком младенца, иногда цветком, иногда гордой птицей или стремительным зверем. Потому что убить тело мало. Мало отнять душу у жизни - надо отнять жизнь у души. А это гораздо сложнее.

Но теперь Болезнь был умнее. Он стал действовать иначе.
Хвалёная, так называемая западная цивилизация, позволяющая сохранять тело с помощью благ медицины, снявшая страх перед голодом и смертью, оказалась коварной ловушкой.

То, что дается даром - мало ценится. Люди перестали воспринимать сам дар Жизни как счастье. Им хотелось чего-то более захватывающего, более интересного, более будоражащего.
Они стали затуманивать свой разум алкоголем, наркотиками, пропадать в виртуальных выдуманных мирах, устраивать безумные соревнования друг с другом за обладание абсолютно лишней и ненужной роскошью. И разрушали этим не только свои тела, но и свои души.
Они перестали понимать, что мечты и фантазии даны им для того, чтобы претворять их в жизнь, а не для того, чтобы прятаться в них от жизни. Но после потери иллюзий приходила депрессия и люди стали сами себя убивать больше, чем их убивала Война.*
В храмах бандиты и подонки, обвешанные вычурными крестами, истово просили о чем-то бога. И бог позволял золотить купола этих храмов на кровавые деньги.

Разрушенные и потухшие ещё при жизни души уходили теперь навсегда.
Исчезали леса, гибли звери.
Стало меньше рождаться детей.
Чума души, а не тела, вот что, наконец, приведет к концу света.

А сейчас Болезнь стоял около открытого окна крохотной палаты реанимационного отделения небольшой больнички, прятавшейся в глубине парка на окраине того самого города, который он рассматривал. Этот город был так же болен, как и весь окружающий его мир.

За спиной всадника лежал больной, которого привезли в эту больницу ночью.
Ещё вчера этот парень был весел, бодр и нахален. Ещё вчера он позволял себе шуточки над смертью, страхом, болью.

Но вечером, случайно кашлянув, неожиданно увидел у себя на ладони сгусток крови. Дальше больше - рвота, спазмы, режущая тело напополам боль, обморок.
Ничего героического. Диагноз - желудочное венозное кровотечение.
Сейчас врачи накачали его кровеостанавливающими, обезболивающими и седативными средствами. Парень лежал, вытянувшись в струнку, прикрыв глаза и боясь даже дышать, чтобы не потревожить так внезапно предавшего его тело. О пережитом ужасе напоминали только иглы в венах и капелька крови, засыхающая на губах.

Болезнь отвернулся от окна и присел на постель к больному.
- Ну что же, дружок, - прошептал он. - Твоя тушка тебе больше не служит, она моя. Пришло время поработать с твоей душонкой, а то больно прытким ты был. О чем же ты думаешь теперь?
Болезнь проник в голову парня и, как занятные безделушки, стал перебирать его мысли.

"Так, это ты переживаешь о тех, кого можешь оставить одних...Хотя нет, не очень-то и переживаешь - знаешь, что им помогут, поддержат, веришь в них. Хм-м-м... Это плохо, тут я тебя не согну. Работа? Нет, тут ты тоже спокоен. На твоё место придут другие, может даже лучше тебя… Хорошо, давай-ка, подумай о себе. Вот так, так... Подумай, что у тебя больше ничего не будет, что это конец... Что? А это что такое?"

"И пусть я знаю, путь мой был недолгим,
Но, черт возьми, он всё же был не скучным...

Нет, так неправильно...
Но знаю, что он был не скучным..."
Нет, так тоже неправильно, ритм сбивается, второй раз "знаю"..."

"Он что, стихи, сочиняет? Мерзавец! Ну ладно, не боишься конца своей дороги, вспомни, что ты никогда уже не увидишь тех, кого любил... Не загордишься втихаря тем, что заставил, кого -то улыбаться ... Не придумаешь свой новый мир и не заставишь поверить в него других...Точно! Вот он, твой наркотик! Вот то, что тебе безумно жаль терять... А ведь все твои миры погибнут вместе с тобой... Исчезнет радость, которую ты так и не принесёшь...Твои старые сказки быстро надоедят и забудутся, а новых ты не расскажешь... Ага, больно? Несправедливо? Правильно, жизнь - несправедливая сука... Ты мог бы так много сделать, а она обманула тебя... Поманила лакомым кусочком и отняла...От тебя скоро не останется и следа... Твои дети вырастут без тебя... Они ещё маленькие, а у них память короткая... Чтобы тебя помнили, надо сделать гораздо больше, чем какие-то глупые россказни... Дом построить, дерево посадить - как вы там себе придумываете. Да в конце концов больше денег заработать. Ты ничего не успел, не смог... Всё было впустую..."

И так еле слышное дыхание больного почти замерло, стало хриплым и отрывистым. Лицо побелело и осунулось. Резче обозначились скулы. В уголке глаз закипела горькая слеза и, сорвавшись, покатилась по щеке. В конце своего пути она слилась с каплей крови на губах и замерла.
"Кровавые слезы - это хорошее начало... - Болезнь довольно потер свои сухие бескровные руки. - Теперь пора серьёзно поработать с тобой, наглец"


Говорила мне Болезнь
уговаривала.
Дурнотою сладкой мозги
парила.
А потом пугала
мукой вечною.
Медицины мастерами
заплечными.
Рядом Смерть сидела с ней
глазки строила.
Мол зачем тебе такая жизнь
неустроенная.
Проще с крыши головой,
что б не маяться.
Может кто-нибудь, глядишь,
да раскается.
Я лежал, стонал
и по глюкам бродил,
Но под простынёй
тихо шиш крутил.


Но тут из открытого окна, вместе с теплым ветерком, в палату вплыла мелодия.
Кто-то взял на пробу несколько аккордов и тихо, довольно неумело запел.

Смеюсь сквозь слезы и тружусь, играя.**
Куда бы ни пошёл, везде мой дом,
Чужбина мне — страна моя родная.
Я знаю всё, я ничего не знаю…


Эти простые и довольно путаные слова подействовали на Болезнь, как гвоздь, неожиданно вылезший из стула. Он метнулся к окну и выглянул.

Внизу, в парке при больнице, на старенькой деревянной скамейке, сидел спиной к Всаднику какой-то парень и тихо напевал, подыгрывая себе на гитаре. Второй парень стоял, лениво опершись об ствол кипариса и, прикрыв глаза, потягивал пиво.

Мне из людей всего понятней тот,
Кто лебедицу вороном зовёт.
Я сомневаюсь в явном, верю чуду.
Нагой, как червь, пышней я Всех господ.

«Ну я же тебя…» - злобно подумал Болезнь, прицеливаясь в вихрастую макушку.

- Не трогай парня. Это не я – вдруг раздался насмешливый голос в глубине палаты.

Болезнь зашипел, как брызги масла на сковороде, и резко повернулся.
Невысокий, худощавый, странно одетый мужчина подошел к кровати больного и присел прямо на постель.

- Вийон, проклятый французишка, когда же ты окончательно сдохнешь? – взвыл Болезнь.

- А никогда, – засмеялся Вийон. – Я же тебя предупреждал. Я буду возвращаться опять и опять. И ничего ты мне не сделаешь. И твой дружок, Война, кстати, тоже.

Вийон брезгливо поморщился и потер кисти рук.
- Там, на стадионе, фу… Это было не столько больно, сколько противно…Ну, убил он меня, и что?***
Вийон прислушался.

Я всеми принят, изгнан отовсюду.
Я скуп и расточителен во всём.
Я жду и ничего не ожидаю.
Я нищ, и я кичусь своим добром.


- Слышишь, вот он я, и никуда не делся. И этот бедняга, – француз наклонился и стер кровавую слезу, – тоже никуда не денется, обязательно вернётся. Пусть лучше живет, может, жизнь его ещё и сломает. А помрет сейчас – ищи ветра в поле, когда он ещё и в ком родится. Уходи, сегодня Не Твой День.

Через несколько секунд в палате уже никого не было.
Больной парень осторожно вздохнул и открыл мутные от боли и лекарств глаза.

****

«Денька, ты идиот , артист-недоучка, экспериментатор хренов…Чтобы я ещё раз повелся на твои идеи… «Всадник – стихия… мы ничего сделать не сможем… поэта спасет поэт… стихия против стихии...» Засада, блин, называется… Торчим тут, как два прыща на заднице, и ждем, что всё само собой рассосется…»

Степан от злости чуть не запустил бутылкой пива в стену больницы. Но нельзя – они же просто два приблатненных придурка, забредших попить пивка и потусить в тихий уголок, а не сбрендившие охотники Катюшины, устроившие охоту на Всадника. Вот и стой теперь, как пугало, и пялься в черный провал окна. А перед тобой в роли мишени сидит твой братишка и прямо на самом себе проверяет теорию о возможности вызова духа поэта, которая вполне может превратиться в смертельную практику… и по сведенной судорогой спине уже ползут ледяные струйки пота … да и из глаз, прикрытых ресницами, от напряжения сейчас потекут слёзы.

А вот Денис ни капли не нервничал. Ему казалось, что слова и музыка окутывают его и защищают от всех бед мира. Он самозабвенно перебирал струны, и над парком плыли бессмертные слова бессмертного поэта:

Трещит мороз — я вижу розы мая.
Долина слёз мне радостнее рая.
Зажгут костер — и дрожь меня берёт,
Мне сердце отогреет только лед.
Запомню шутку я и вдруг забуду,
Кому презренье, а кому почёт.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.
Не вижу я, кто бродит под окном,
Но звезды в небе ясно различаю.
Я ночью бодр, а сплю я только днем.
Я по земле с опаскою ступаю,
Не вехам, а туману доверяю.
Глухой меня услышит и поймёт.
Я знаю, что полыни горше мёд.
Но как понять, где правда, где причуда?
А сколько истин? Потерял им счет.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.
Не знаю, что длиннее — час иль год,
Ручей иль море переходят вброд?
Из рая я уйду, в аду побуду.
Отчаянье мне веру придаёт.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.


Деня ошибался. Иногда ни музыка, ни стихи не спасают, но это был Его День.


* По статистике во всем мире от самоубийств гибнет больше людей, чем от войн и других насильственных преступлений.

** Ф.Вийон «Баллада поэтического состязания в Блуа»

*** 15 сентября 1973 на стадионе в Сантьяго был убит поэт и певец Виктор Хара. Перед смертью ему раздробили кисти рук.




Сообщение отредактировал illa - Среда, 05.11.2014, 14:25
 
Форум » Фанфикшен » Сверхъестественное по - русски » А у нас на Руси...
Страница 1 из 11
Поиск:

AllStarz Top Sites OZON.ru

ТВ-СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ.РФ СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ-ТВ.РФ

Supernatural является собственностью The WB Network / The CW Network
Все используемые аудиовизуальные материалы, размещенные на сайте, являются собственностью их изготовителя (владельца прав) и регламентируются Гражданским Кодексом Российской Федерации, а также международными правовыми конвенциями. Вы можете использовать эти материалы только в том в случае, если использование производится с ознакомительными целями. Эти материалы предназначены только для ознакомления - для прочих целей Вы должны приобрести лицензионный продукт . Используемый формат кодирования аудиовизуальных материалов не может заменить качество оригинальных лицензионных записей. Все материалы представлены в заведомо заниженном качестве. Eсли Вы оставляете у себя в каком-либо виде эти аудиовизуальные материалы, но не приобретаете соответствующую лицензионную запись - Вы нарушаете законодательство РФ, что может повлечь за собой уголовную и гражданскую ответственность.

Все материалы, расположенные на сайте запрещено использовать без разрешения администрации сайта. Помощь сайту.
ТВ-СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ.РФ СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ-ТВ.РФ